Танки серии бт

Великая Отечественная война 1941-1945 гг.

Советский легкий танк БТ-7, таранивший немецкую штабную машину, август 1941 года/ Этот БТ-7 протаранил Horch 901, пренадлежащий штабу 25 танкового полка 7 танковой дивизии Вермахта

Танки серии бт

На 1 июня 1941 года в западных приграничных округах имелось 3243 БТ-7 и БТ-7М. Бт-7 были наиболее современными танками серии БТ, состоявшими на вооружении РККА. Количество их в механизированных корпусах западных военных округов очень сильно колебалось: (ЛВО) 1-й МК — 383 ед., 10-й МК — 62 ед.; (Приб. ВО) 3-й МК — 410 ед., 12-й МК — 239 ед.; (Зап. ОВО) 6-й МК — 250 ед., 13-й МК — 13 ед., 17-й МК — 24 ед., 20-й МК — 13ед.; (Од. ВО) 2-й МК — 354 ед., 18-й МК — 75ед.; (КОВО) 4-й МК — 297 ед., 8-й МК — 260 ед., 9-й МК — 90 ед., 15-й МК — 471 ед., 16-й МК — 126 ед., 22-й МК — 173 ед., 24-й МК — 4 ед. Такие механизированные корпуса как 9, 11, 13, 18, 19, 24-й насчитывали в своем составе от 220 до 295 танков, (при штатной численности 1031 ед.), в основном старых типов. А 17-й и 20-й МК из-за малого количества машин (соответственно 36 и 93) вообще нельзя было назвать механизированными соединениями.

Танк БТ-7 из состава 4-го МК подбитый на улице г. Немиров. 24.06.41.


Танки серии бт
Наиболее упорные бои и сражения в первые недели войны развернулись на северо-западном, западном и юго-западном направлениях.

В полосе действий войск Северо-Западного фронта боевые действия начались ударом 22 июня всей германской группы армий «Север», 3-й танковой группы и части сил левофланговых корпусов 9-й полевой армии группы армий «Центр» (в общей сложности 40 дивизий). В первом эшелоне наступали 25 дивизий, в том числе 6 танковых. Основными направлениями ударов противника стали шауляйское и вильнюсское.

24 июня 1941 года, бой на улице г. Немиров, на переднем плане расчет 37-мм противотанкового орудия РаК 35/36, справа возле домов раздавленные пехотные орудия SIG 33 13-й роты 211-го пехотного 71-й немецкой дивизии. Вдалеке подбитый советский танк БТ-7 из состава 4-го МК.

Танки серии бт

Этот же танк ближе

Танки серии бт
На правом фланге Северо-Западного фронта против войск 8-й армии наступала 4-я танковая группа (41-й и 56-й моторизованные корпуса) и 18-я полевая армия германских войск.


новной удар 4-й танковой группы (3 танковых и 2 пехотных дивизии) пришелся на позиции 125-й советской стрелковой дивизии прикрывавшей шауляйское направление, она была смята и стала отходить на восток. Передовые отряды танковых дивизий противника уже к 9.00 22 июня захватили Таураге.

На левом фланге Северо-Западного фронта, где оборонялась 11-я армия ситуация была не лучше. В направлении на Вильнюс наносила удар 3-я танковая группа и часть сил 9-й полевой армии противника. Против 5-ти советских стрелковых полков три танковых, одна моторизованная и шесть пехотных дивизий немцев. Советские части были не в состоянии отразить удар такой мощи и стали, неся большие потери в живой силе и технике, отступать.
Застрявший в болоте и брошенный экипажем танк БТ-7 из состава 4-го МК

Танки серии бт
Таким образом, оборона Северо-западного фронта была прорвана.

Командующий Северо-Западным фронтом генерал-полковник Ф.И. Кузнецов решил силами 12-го и 3-го механизированных корпусов нанести контрудар по вклинившемуся противнику в районе юго-западнее Шауляй. Согласно решению командира 12-го МК генерал-майора Н.М. Шестопалова 23 и 28-й ТД была поставлена задача во взаимодействии с соединениями 10-го и 11-го СК и 2-й ТД 3-го МК, нанести фланговый удар по 1-й и 6-й ТД противника в общем направлении на Скаудвиле.


Готовность к наступлению была определена на 4.00 23-го июня. Решение на проведение контрудара было верным, но не принимало в расчет реально сложившейся ситуации. Танковые дивизии корпуса должны были наступать с различных направлений, удаленных друг от друга на 60-70 км. 23-я ТД, вооруженная 333 танками Т-26, вначале(!) должна была вместе с 10-м СК уничтожить противника в районе Плунге, Кулей, а затем нанести удар из района лесов юго-западнее м. Тверы в направлении Скаудвиле, а 28-я ТД, имевшая на вооружении 239 танков БТ-7 — из района Рауденай (35 км северо-западнее Шауляй). Это усложняло вопрос организации и взаимодействия между ними, а также затрудняло управление контратакующими частями со стороны командования корпуса.

Брошенные ввиду невозможности эвакуации танки БТ-7

Танки серии бт
Боевые задачи танковым дивизиям были поставлены слишком глубокие — до 70 км. Времени на подготовку контрудара практически не отводилось, что крайне отрицательно сказалось на организации боевых действий корпуса. Решение на проведение контрудара было принято командиром корпуса без проведения рекогносцировки и разведки местности в полосе наступления. По этим же причинам не было отработаны вопросы организации взаимодействия как внутри корпуса, так и с общевойсковыми соединениями. Так как местность в полосе наступления была открытая, и не обеспечивала скрытности передвижения танковых частей, то требовалось тщательное прикрытие контратакующих танковых дивизий истребительной авиацией, как в исходном положении, так и на марше, а также в ходе нанесения контрудара. Однако, штабами всех уровней (фронта, армии, корпуса) в этом направлении ничего сделано не было.


К вечеру 22 июня, противнику наступавшему против войск Северо-Западного фронта удалось достигнуть значительных успехов. Части 4-й танковой группы силами передовых подразделений 56-го моторизованного корпуса захватили преправу на р. Дубисса у Айраголы. На шауляйском направлении противник вышел в район севернее Таураге, и продвинулся на глубину 25-35 км, угрожая отрезать дивизии 8-й армии от войск 11-й армии. Соединения 3-й танковой группы противника продвинулись на 55км, овладели районом Алитус и создали угрозу флангам Северо-Западного и Западного фронтов.

Брошенные советские танки БТ-7А. Украина 1941 г.

Танки серии бт
Танки серии бт
22 июня колонна 28-й танковой дивизии (ТД) подверглась первой бомбардировке, в результате из строя вышли 10 танков. Боевые действия 28-й ТД, под командованием И.Д. Черняховского, по осуществлению контрудара начались утром 23 июня. Выступив из района Рауденай, 28-я ТД к 10.00 вышла на рубеж Варняй — Ужвентис. Но сразу в наступление перейти не смогла, так как не было горючего для танков. До 15.00 дивизия стояла на этом рубеже и только с подвозом ГСМ возобновила наступление.


Двигаясь из Ужвентис на Скаудвиле, при подходе к Калтиненай, где вели бой разрозненные подразделения 125-й СД, передовые танки авангардного 55-го ТП встретили противника. Комдив решил развернуть 55-й ТП и во взаимодействии с частями 125-й СД с ходу атаковать немцев. К 22.00 полк успешно атаковал части 1-й ТД противника в двух направлениях. Одна группа в составе 17 танков БТ-7 уничтожила до двух рот пехоты и около 10 орудий и отбросила его на 5 км к югу. Вторая группа в составе 23 танков БТ-7 также успешно атаковала немцев и перерезала дорогу Калтиненай — Россиены, где уничтожила до роты мотоциклистов. В самом начале боя, при встречном выдвижении танков, немцам удалось сжечь 2 БТ-7 и 3 Т-26. Сам комдив полковник Черняховский в это время, находясь непосредственно в боевых порядках(!), руководил боем из своего командирского БТ-7РТ.

БТ-7 Черняховского, укрывшись в складках местности, сближался с танками противника. Вот, немецкий Pz-IV примерно с 800 метров подбил другой БТ-7. Танк комдива, развернув башню, выстрелил — рикошет. Тогда, зайдя в борт немцу, с 300-400 метров БТ-7 Черняховского поджег его. Одновременно танк БТ-7 сержанта Карло, вынырнув из низины, также в борт подбил еще два Pz-IV. Части 28-й ТД в бою 23 июня уничтожили и подбили 14 танков противника. Потери 55-го ТП составили 13 танков. Причем, комдив буквально находился на своем командирском танке в гуще боя!

Полностью сгоревший советский легкий танк БТ-7 на трассе Холм — Локня


Танки серии бт

В результате отсутствия связи с соседями и незнания общей обстановки перед фронтом своих частей Черняховский решил не вводить в бой дополнительные силы и приказал отвести 55-й ТП в лес 1 км севернее Пашиле с намерением атаковать противника утром 24 июня. От ударов авиации немцев 28-я ТД в течении 23 июня потеряла 27 танков БТ-7.

В бою у Пашиле 25 июня 28-я ТД наносила удар в направлении Каркленай — Полугуе — Ужвентис и была встречена сильнейшим огнем противотанковой и полевой артиллерии противника. Часть танков 55-го и 56-го ТП прорвались в глубину расположения противника и разгромили на марше выдвигавшуюся колонну 8-го моторизованного полка, уничтожив при этом 3 тяжелых и 14 противотанковых орудия. В результате 4-х часового боя танковые полки 28-й ТД уничтожили до 2-х батальонов пехоты, 450 солдат противника было взято в плен, захватили 6 тяжелых и 24 противотанковых орудия, несколько танков и других единиц техники. В ходе этого боя было подбито, застряло в болоте, и было добито артиллерией противника 48 танков БТ-7. В этот день 28-я ТД понесла самые большие потери в личном составе и технике. В район сбора не вернулись 84 танка. В бою погибли командир 55-го ТП майор С. Онищук, комбаты майор Александров и капитан Иволгин, помощник комдива по технической части подполковник Соболев со своей ремонтной бригадой. Погибла вся 3-я рота 1-го батальона 55-го ТП и ее командир лейтенант Мотвиненко. К 15.00 25 июня в 28-й ТД осталось около 30 исправных танков.

Сгоревший БТ-7, на заднем плане подбитый немецкий танк PzKpfw.IV


Танки серии бт
Контрудар 12-го и части сил 3-го МК имел ограниченный успех на тактическом уровне, лишь замедлив наступление противника на шауляйском направлении.

В числе причин обусловивших неудачный исход контрудара механизированных корпусов можно назвать:
1. Недостаток времени на подготовку контрудара.
2. Танковые дивизии 12-го МК действовали рассредоточенно, изолированно друг от друга.
3. Боевые действия механизированных корпусов проводились под постоянными ударами вражеской авиации, при полном отсутствии авиационного прикрытия с нашей стороны.
4. Отсутствие разведки противника, незнание положения своих войск и поспешность принятия решений приводило к ненужному изматыванию войск и разбрасыванию сил.
5. Неудовлетворительно организованная связь привела к незнанию реальной обстановки командованием фронта и армии, к запаздыванию решений.

Два неисправных танка БТ-7 брошенные на ж/д станции. Лето 1941 года.

Танки серии бт
После проведенного контрудара, части и соединения механизированных корпусов Северо-Западного фронта выполняли задачи, главным образом, по прикрытию отхода общевойсковых соединений на северо-восток.


к, например, 28-я ТД занимала оборону на южном берегу р. Мужа. К вечеру 27 июня колонна вражеских танков начала обходить правый фланг дивизии. С фронта огонь открыла немецкая артиллерия. В ходе боя танкисты 28-й ТД подбили 6 танков и уничтожили 2 орудия противника, ценой потери 8 танков БТ-7. В течении этого дня штаб дивизии получил от различных вышестоящих штабов три противоречивых приказа, ни один из которых не был выполнен. За период с 22 июня по 7 июля 1941г. боевые потери 28-й ТД составили 133 танка, по техническим причинам вышли из строя еще 68 машин. К 1 июля 1941 года 12-й мехкорпус практически перестал существовать — в нем осталось 35 танков, 22 орудия и порядка 600 человек личного состава. В последующем 12-й МК, в следствии потери боеспособности из-за понесенных потерь был выведен в резерв командующего Северо-Западным фронтом.

Не менее трагическая судьба постигла и 1-й МК (ЛВО). К началу войны в корпус входили 1-я и 3-я ТД, 163-я МСД, 5-й мотоциклетный полк и другие части корпусного подчинения. Наиболее показательна судьба 3-й ТД (38 — Т-28, 232 — БТ-7, 68 — Т-26, 50 — БА-10, 24 — БА-20).

Советский танк БТ-7, Ленинград осень 1941г.

Танки серии бт


Разгром 1-го МК и 3-й танковой дивизии начался 17 июня 1941 г. В этот день из состава 1-го МК была изъята 1-я ТД. 22 июня корпус совершил марш из мест постоянной дислокации (Струги Красные, Псков и Черех) в район Красногвардейска. 27 июня из состава 1-го МК, еще не вступившего в бой, были изъяты 3-й ТБ 25-го ТП 163-й МСД, зенитный дивизион 3-й ТД и 20 бронеавтомобилей. 30 июня корпус переподчинили командующему Северо-Западным фронтом, который на следующий день изъял(!) 163-ю МСД из состава корпуса и переподчинил ее командующему 27-й армией. 4 июля по приказу начштаба фронта 3-ю ТД покинул 3-й мотострелковый полк, а 5-й мотоциклетный полк — две мотоциклетные роты. Тем не менее, в этот же день командующий фронтом поставил задачу остаткам 1-го МК быть готовыми к нанесению удара в направлении Псков- Остров.

На следующий день в 15.25 5-й и 6-й ТП 3-й ТД атаковали г. Остров с севера и северо-востока. В результате боя с танками и артиллерией противника полки овладели г. Остров и вышли на левый берег реки Великая. Во время атаки полки не имели авиационной и артиллерийской поддержки. Пехоты для удержания занятого рубежа и очищения города от немцев не было (имелось до двух батальонов, сформированных из отходивших бойцов 111-й СД). К концу боя дивизия потеряла до 50% материальной части.

Подбитые и сгоревшие грузовики, танки БТ-7 и KB после боя под Великой. KB ранних выпусков с пушкой Ф-32 и экранированной башней. Северо-западный фронт, Псковское направление, август 1941 г.


Танки серии бт

Через полчаса при сильной артиллерийской и авиационной поддержке противник перешел в контратаку. Практически не имея пехоты, дивизия 2 часа упорно оборонялась. Однако под ударами пикирующих бомбардировщиков и сильнейшим артиллерийским и минометным огнем, неся большие потери, в 19.00 3-я ТД оставила г. Остров. К утру 6 июля в дивизии осталось: в 5-м ТП — 1 Т-28 и 14 БТ-7, в 6-м ТП — 2 КВ (10 КВ были получены накануне) и 26 БТ-7. В этот день 3-я ТД была подчинена командиру 22-го СК, а на следующий день переподчинена командиру 41-го СК. При этом командир 22-го СК оставил в своем распоряжении 5-й танковый полк и в дивизию его не вернул! 6-й ТП ушел в 41-й СК, — таким образом, с 7 июля 3-я ТД как самостоятельная боевая единица перестала существовать. Трудно сказать, кто внес больший вклад в разгром 1-го МК — немцы или наше собственное командование. Тем более это обидно, потому что БТ-7 был способен на равных вести бой с германскими танками.

Так, 23 июня 1941 г. ,лейтенант Совик из 93-го ТП 47-й ТД, семь раз ходил в атаку на БТ-7, уничтожив три танка, две автомашины, три орудия и до 200 человек пехоты противника. 25 июня сводная группа 9-го ТП 5-й ТД, в составе 4 БТ-7 и 6 БА-10, под командованием капитана Новикова, получив приказ захватить Ошмяны, обошла противника с тыла и атаковала Ошмяны с запада. В этом бою старший лейтенант Веденеев на БТ-7 уничтожил 5 вражеских танков и 4 ПТО!

Через два дня экипаж БТ-7 в составе старшего сержанта Найдина и красноармейца Копытова, из той же 5-й ТД находились в засаде. Обнаружив колонну из 12 вражеских танков, они подбили головную машину в колонне, а затем последнюю. Воспользовавшись растерянностью немцев, экипаж подбил и остальные 10 танков!

В полосе Западного фронта 250 танков БТ-7 в составе 6-го МК приняли участие в контрударе советских войск в районе Гродно 23-25 июня 1941г. Контрудар закончился фактически с тем же результатом, что и аналогичный наносимый в полосе Северо-Западного фронта. Причины провала были те же.

На Юго-Западном фронте танки БТ-7 приняли самое непосредственное участие в первом встречном танковом сражении ВОВ в районе Луцк — Броды — Ровно, 23 — 26 июня 1941г. Большое количество танков БТ-7 имелось в соединениях 4,8,15 и 22-го МК. Особенно хорошо действовали танкисты 15-й ТД полковника В. Полозкова. Дивизия входила в состав 16-го МК комдива А. Соколова. Танкисты 15-й ТД первые в РККА начального периода ВОВ (не от хорошей жизни) применили тактику танковых засад.

В середине августа 1941 г. в боях за Новгород полковник Черняховский также успешно применял метод танковых засад. Так, в бою 15 августа расположив на обратных скатах холмов свой последний резерв — 5 танков БТ-7, которые по словам самого командира 28-й ТД он держал «для эмблемы», Черняховский в критический момент боя вывел танки на гребни высот. Менее, чем за 10 минут танкисты подбили 2 немецких танка и обратили в бегство атакующую пехоту противника, не понеся потерь.

По выводам комиссии ГБТУ от 1953 г., причинами неоправдано высоких потерь РККА в танках вообще, и в легких танках БТ в частности, в ходе приграничных сражений лета 1941 г. являлось: низкая техническая готовность и неграмотное использование танков (неподготовленные лобовые атаки), плохое взаимодействие родов войск, а также отсутствие системы эвакуации и ремонта поврежденных машин.

В пяти приграничных округах 7% танков БТ нуждались в капитальном, а 10,3%- в среднем ремонте. Заявки промышленным наркоматам от округов на запчасти были приняты всего на 31%. Исправные танки БТ в приграничных округах составляли 82,7% от их общего количества. К тому же при крайней изношенности ходовой части и ограниченном моторесурсе танкам порой приходилось совершать изнурительные форсированные марши. Так, протяженность маршрута выдвижения на рубеж нанесения контрудара 6,9 и 8-го МК, где процент танков БТ был наиболее велик, составила 90,200 км и 500 км соответственно. И это при том, что межремонтный пробег большинства танков старых типов не превышал 500 км. Поэтому, если в составе 6-го и 9-го МК в контрударе приняло участие от 70 до 90% танков, то в 8-м МК — всего 48%.
Танки БТ-7 брошенные экипажами в парке. Начало войны, лето 1941

Танки серии бт
Например, 15-й МК, значительную часть танкового парка которого составляли танки БТ, в период с 22 июня по 1 августа совершил свыше 1500км маршей. Корпус не выходил из боев. При этом, осмотр и текущий ремонт танков не производился (!). В 10-й ТД 15-го МК из имевшихся к 22.06.41г. 181 танка БТ выступило в поход по боевой тревоге — 147 машин, потеряно в боях — 54, оставлено при отходе по разным причинам — 46 единиц. Причем большинство танков досталось противнику по причине таких технических неисправностей, устранение которых в полевых условиях при наличии организованного ремонта не вызвало бы никаких затруднений.

Потери танков БТ-7 в 8-й ТД 4-го МК к 1 июля 1941г. распределялись следующим образом. Из имевшихся 31 танка подбито в бою — 2(!), пропало без вести — 1, завязло в болоте — 1, оставлено и уничтожено экипажами — 12(!), эвакуировано на танкоремонтные заводы — 3, потеряно по неустановленным причинам — 1.

В период с 7 по 9 июля 1941 г. танки БТ-7 приняли участие в контрударе 5-го и 7-го МК под Сенно и Лепелем. Так, наряду с КВ и Т-34 танки БТ-7 имелись на вооружении 27-го и 28-го ТП 14-й ТД полковника И. Васильева, входившей в состав 7-го МК (вторая ТД этого корпуса была полностью укомплектована Т-26). Первые батальоны полков были укомплектованы танками новых типов, вторые и третьи — БТ. На период боевых действий 7-му МК были приданы 36-я МСД и два ОТБ ( в каждом по 40 БТ-5 и БТ-7). Танковые дивизии 7-го МК генерал-майора В. Виноградова были переброшены в район Витебска. Туда же были перенацелены и части 5-го МК генерал-майора И. Алексеенко, начавшего передислокацию в начале июня 1941 г. из ЗабВО. Корпус был укомплектован на 100% по штатам мирного времени и имел 924 танка, из них 33 КВ и Т-34, остальные БТ-7 и Т-26. В 7-м МК имелось 715 танков. В первом же бою у Черногостицы 28-й ТП 14-й ТД, имевший по прибытии только танки БТ-7 и доукомплектованный 5 танками КВ и 20 танками Т-34, уничтожил 56 противотанковых орудий и более полка пехоты противника. В бою 6 июля 1941 г. командир 27-го ТП майор С. Романовский бросил танки БТ-7 в обход деревень Тепляки и Панариво, а более защищенными танками Т-34 атаковал противника в лоб. Бой длился более часа и завершился полным разгромом немцев. Противник потерял 8 легких и 1 средний танк, несколько тяжелых орудий. Потери полка составили 5 танков БТ-7, сгоревших вместе с экипажами.

При переходе к обороне майор Романовский действовал так же грамотно: батальоны БТ были окопаны и встречали атакующего противника огнем с места из укрытий, а для проведения контратак привлекались танки КВ и Т-34. Всего за период боев с 30 июня по 20 июля 1941 г. 14-я ТД уничтожила 122 танка, 11 бронеавтомобилей, 50 противотанковых и 36 полевых орудий противника.

Д695874остаточно яркий след оставили танки БТ-7 при обороне Одессы. Танки Приморская армия получала прежде всего из ремфонда Южного фронта. Первый эшелон (12 танков БТ-7) поступил в Одессу в первых числах августа 1941г. Танки восстанавливались на заводе им. Январского восстания. Где проходили капремонт и экранировку (по инициативе представителя бронетанкового отдела Приморской армии ст. лейтенанта Г. Пенежко) 30-мм листами корабельной стали, запас которых был на заводе им. Марти. Экранировался корпус и башня, экраны служили неплохой защитой от огня румынских батальонных орудий. Танки с экранированной башней (листы полуметровой ширины устанавливались по обе стороны от маски орудия) имели причудливо-устрашающий вид. Всего за время обороны было отремонтировано и поставлено в строй 42 танка. Преимущественно БТ-7 и БТ-5. В ходе боев за Одессу танки БТ-7 и БТ-5 успешно боролись с легкими немецкими Pz-II, средними Pz-III, Pz-38t и даже французскими танками, состоявшими на вооружении 4-й румынской армии. Наиболее частым тактическим приемом были танковые и танкокавалерийские засады, а при благоприятных условиях и контратаки. В конце одесской эпопеи 14 исправных танков БТ были эвакуированы в Крым.

В вермахте трофейные БТ-7 получили индекс PzKpfw БТ-7 742 (r)

Танки серии бт
Танки серии бт
К осени 1941 г. количество БТ-7 в танковых частях сильно сократилось. Несмотря на это, оставшиеся машины применялись в боях с не меньшей эффективностью, чем новейшие Т-34. В 4-й (1-й гвардейской) танковой бригаде под командованием М. Катукова БТ-7 успешно использовались в танковых засадах при ведении оборонительных боев под Мценском. 9 октября, часть танков БТ-7 роты лейтенанта Самохина была закопана в землю, другая находилась в укрытии в качестве резерва. Дуэль между советскими и германскими танками продолжалась 4 часа, но немцы были вынуждены отступить.

В ноябрьских боях под Москвой Катуков столь же грамотно использовал имевшиеся танки БТ и в наступлении. Так, в бою за Скирманово 12.11.1941г. бригада атаковала противника в трехэшелонном боевом порядке: в первом эшелоне шли танки КВ и Т-34, во втором — Т-34 и БТ, в третьем БТ. Первый эшелон, состоявший из тяжелых и средних танков, действовал как таран. Второй эшелон использовался в качестве САУ (т.к. на тот момент на вооружении РККА САУ не было). Третий составлял резерв.

Танки БТ-7 1-й гвардейской ТБр, готовятся к атаке. Ноябрь 1941 г.

Танки серии бт
Танки БТ-7 принимали участие в историческом параде на Красной площади 7 ноября 1941 г. На парад были привлечены 70 танков БТ-7 из состава 31-й (командир — полковник А.Кравченко, будущий командующий 6-й гвардейской танковой армии) и 33-й ТБр (командир — подполковник С. Гонтарев) .

В конце ноября 1941 г. 1-я гв. ТБр поддерживала 316-ю СД генерала И.Панфилова, оборонявшуюся на Волоколамском направлении. Вот что пишет об этом сам М.Е. Катуков:

«17 ноября они (немцы) бросили на правый фланг дивизии Панфилова 30 танков. Им удалось потеснить оборонявший этот район 1073-й СП и занять Голубцово, Ченцы, Шишкино, Лысцево. Панфилов приказал восстановить положение и выбить гитлеровцев прежде всего из Лысцево. Для выполнения задачи, поставленной генералом Панфиловым, Гусев (командир 1-го ТБ) сколотил небольшую группу под командованием старшего лейтенанта Лавриненко. В нее вошли три танка Т-34 и три БТ-7. Договорившись с командиром стрелкового полка о взаимодействии, старший лейтенант Лавриненко решил построить свою группу в два эшелона. В первом шли БТ-7 Заики, Пятачкова и Маликова. Во втором эшелоне — «тридцатьчетверки Лавриненко, Томилина и Фролова. До Лысцево оставалось с полкилометра, когда Маликов заметил на опушке леса у села гитлеровские танки. Подсчитали — восемнадцать! Немецкие солдаты, толпившиеся до этого на опушке леса, побежали к своим машинам: они заметили наши танки, идущие в атаку. Началось сражение между шестью советскими танками и восемнадцатью немецкими. Продолжалось оно, как мы узнали потом, ровно восемь минут. Но чего стоили эти минуты! Немцы подожгли машины Заики и Пятачкова, подбили «тридцатьчетверки» Томилина и Фролова. Однако наши танкисты нанесли гитлеровцам еще больший урон. Семь фашистских машин горели на поле боя, охваченные пламенем и копотью. Остальные уклонились от дальнейшего боя и ушли в глубь леса….Лавриненко, а за ним и Маликов на большой скорости ворвались в селение Лысцево. Вслед за ними туда вошли и наши пехотинцы».

13 декабря 1941 г. произошел вообще уникальный случай. БТ-7 из 27-го бронетанкового дивизиона 20-й горно-кавалерийской дивизии находился в головном разведдозоре в районе Денисиха — Троицкое (район Кубинки). Экипаж БТ-7 обнаружил два немецких танка Pz-III. Двумя последними бронебойными снарядами командир БТ-7 Н. Обухин подбил один из них. Второй, продолжая движение, прошел мимо советского танка. Тогда командир танка БТ-7 принимает решение таранить вражескую машину. Механик-водитель П. Трайнин, лобовой частью корпуса ударяет по ведущему колесу Pz-III. У немецкого танка лопнула гусеница, но он начал разворачивать башню в сторону БТ-7, тогда Трайнин вторично таранит его и протащив юзом вражеский танк метров 8, сбрасывает его с обрыва в реку Озерни. После чего БТ-7 снова скрывается в лесу, осуществляя скрытное наблюдение. Только БТ-7 вернулся на прежнее место, из рощи напротив появился третий танк Pz-III, который на высокой скорости двигался по следам, проложенным первыми двумя танками. Увидев горящий танк, Pz-III остановился и немецкие танкисты, открыв башенный люк, стали осматривать местность в бинокль. Один из членов немецкого экипажа даже вышел из танка. И тут БТ-7 на высокой скорости, вылетел из леса и протаранил вторую машину, ударом лобовой части советский танк срезал ведущее колесо и порвал гусеницу вражеского танка. Немецкий экипаж бросился бежать, и был расстрелян из пулемета. Двигатель БТ-7 от удара заглох и завелся лишь с четвертой попытки. Это был единственный за всю историю Великой Отечественной войны задокументированный случай, когда экипажу легкого танка БТ-7 удалось результативно таранить два средних танка противника.

В ходе контрнаступления Красной Армии зимой 1942-1943 гг. под Москвой танки БТ-7 входили в состав ряда отдельных танковых бригад. Как правило, ими были укомплектованы вторые батальоны бригад.

В составе 16-й ОТБр на Волховском фронте, к концу февраля 1942 г. имелось 17 танков БТ-7. На Ленинградском фронте отдельные машины воевали вплоть до окончательного снятия блокады. Танки БТ-7 были первыми танками, переправившимися на захваченный советскими войсками плацдарм у Невской Дубровки. 30 сентября 1941 года 6 танков БТ-7 в составе 10-й СБр форсировали Неву в районе поселка Отрадное. До тех пор, пока саперы не построили переправу для танков Т-34 и КВ, «бэтэшки» оставались единственным подвижным средством усиления пехоты на Невском пятачке. Танки БТ-7, имел на вооружении 48-й ОТБ, участвовавший в декабрьских боях 1941 г. на Невской Дубровке, 287-й ОТБ действовавший с ноября 1941 г. и в течении всего 1942 г. на Ораниенбаумском плацдарме, а также 51-й и 86-й ОТБ. Там же, на Ораниенбаумском плацдарме отдельные сохранившиеся танки БТ-7 в составе 98-го ОТП приняли участие в общем наступлении Советской армии в январе 1944 г.

Ремонт танков БТ в осажденном Ленинграде выполнялся на ремонтном заводе №27. Восстанавливая танки БТ, ввиду отсутствия штатных двигателей М-17Т, в них устанавливали на танки дизели В-2. Необходимые запчасти снимались с подбитых и не подлежащих восстановлению танков Т-34. Параллельно, за счет экранирования, усиливалась броня башен, лобовой части корпуса и иногда борта. Для экранировки БТ-7 использовались броневые листы Ижорского завода.

Заключительной главой в почти пятнадцатилетней боевой биографии танков серии БТ стала Манчжурская наступательная операция, в ходе которой в августе 1945 г. советские войска разгромили Квантунскую армию японцев. К началу операции в войсках 1-го Дальневосточного фронта имелось 474 танка БТ-7, причем 377 из них было в исправном состоянии. В войсках Забайкальского фронта в тот момент имелось 49 танков БТ-5 и 422 танка БТ-7 различных модификаций. Все они входили в состав вторых полков и вторых батальонов танковых дивизий и танковых бригад (первые батальоны были укомплектованы Т-34).

Бт-7 на улице манчжурского села. 1945 год

Танки серии бт
За время боевых действий по освобождению Манчжурии и Кореи безвозвратно были потеряны только 10 танков БТ-7. Основная часть танков вышла из строя по техническим причинам (154 БТ-5 и БТ-7). Еще 35 танков БТ-7 были подбиты огнем артиллерии.
БТ-7 на параде в честь победы над Японией в г.Ворошилов-Уссурийский

Танки серии бт

Источники:
«Бронеколлекция» №5 1996
«Танк БТ-7. Наставления автобронетанковых войск РККА». М. Госвоениздат НКО СССР 1938 г.
«Танк БТ-7. Руководство службы». М. Воениздат НКО СССР 1941 г.
М. Павлов, И. Желтов, И. Павлов «Танки БТ» М. Экспринт 2001 г.
М. Барятинский «Советские танки в бою» М. Яуза 2006 г.

mihalchuk-1974.livejournal.com

Танки серии бт 

Самое совершенное, что когда-либо видел мир танкостроения – флагман унифицированной боевой платформы «Армата» ОБТ Т-14 — готовится к производству, пока, ввиду дороговизны инновационного танка, мелкосерийному. Вслед за ним в серию пойдут тяжелая БМП Т-15 и БРЭМ Т-16. Конкурентам пока нечем ответить российским новинкам.

В США на фоне устаревшего ядерного арсенала и возможного выхода из договора РСМД львиная доля принятого накануне бюджета ориентирована на создание и модернизацию ракетного вооружения, при этом в Пентагоне не могут не понимать, что отставание от РФ в сфере танкостроения вскоре может достигнуть критической точки.

Как сообщает военно-технический портал Defense One, Америка и ведущие мировые державы не рассматривают варианта отдать целую нишу ВПК на растерзание России и союзникам, заинтересованных в экспорте «Арматы», а их попытки сократить отставание от Москвы, в конце концов, изменят правила игры в сфере танкостроения.

В процессе создания ведущими военными державами конкурентоспособной техники сфера танкостроения неизбежно придет к необходимости внедрения стелс-технологий. Даже современные танки очень шумные и выделяют много тепла. Поэтому «танк-невидимка» — это, в первую очередь, более тихая машина с низкой ИК-сигнатурой.

В США считают, что следующее поколение танков, следуя той же логике достижения скрытности, должно отойти от ДВС. Конструкторы уже работают над техническим заданием, подразумевающим создание прототипа «электротанка», при этом промежуточным этапом может стать техника на гибридных установках.

Основным ограничивающим фактором такой техники является постоянная потребность в мощном источнике энергии, а с развитием новых типов вооружения – электромагнитного и лазерного – которое, безусловно, найдет применение в сфере танкостроения, сложно представить, какой емкости и веса должна быть батарея. А в случае с гибридом, те же вопросы применимы к генератору.

В любом случае конструкторам придется выбирать между скрытностью, автономностью и маневренностью, при этом «стелс-технологии» хороши, пока танк не раскроет свою позицию выстрелом. С тех пор исход боя будет зависеть от классических систем, и чтобы изменить правила игры, как пишет Defense One, конкурентам для начала нужно конкурировать с «Арматой» хотя бы по этим критериям.

tehnowar.ru

БТ-2 – советский легкий колесно-гусеничный танк периода 30-х годов прошлого века. В названии танка аббревиатура «БТ» – обозначает особую серию легких быстроходных танков и расшифровывается, как «быстроходный танк», 2 – порядковый номер модификации легких танков серии БТ.

История и предпосылки создания.

В самом конце 1929 года в США выехалаа советская техническая делегация, которую возглавлял начальник Управления механизации и моторизации РККА (УММ РККА) И.Халепским. В число общих задач делегации входило и ознакомление с передовыми разработками американских инженеров в области бронетанковой техники. Комиссия сразу же заинтересовалась танками, разработанными конструктором Джоном Уолтером Кристи. В то время разработанный Кристи танк М1928 побил незадолго до приезда советской делегации все рекорды по скорости. Американская военная доктрина в то время не слишком много уделяла внимания сухопутным войскам, отдавая приоритеты в пользу флота, поэтому в США машина Кристи, как и сам конструктор, оказались просто не востребованными.  Поэтому Кристи с удовольствием откликнулся на предложение советской делегации продать документацию и опытные образцы более совершенного своего танка М1940. Согласно подписанного контракта, СССР покупал в США два танка, техдокументацию и лицензию на их производство за 60.000 долларов США. Кристи и сам высказывал желание переехать в СССР, но обман со стороны советской стороны (вместо 60 ему выплатили всего лишь 35 тысяч долларов) перечеркнул эти планы.

14 марта 1931 года с танком Кристи ознакомилось руководство РККА и осталось довольно его характеристиками. Серийный выпуск этих машин, которые получили в СССР название «Быстроходные танки» под аббревиатурой «БТ», решено было начать на Харьковском паровозостроительном заводе. 23 мая 1931 года Комитет Обороны фактически поставил танк БТ на вооружение РККА.

К 7 ноября 1931 года для участия в параде, невзирая на возникшие при освоении новой машины на заводе-производителе, было произведено три машины танка БТ. В последствии танк с доработками и новой конструкцией башни под индексом «БТ-2» был запущен в серийное производство.

Первые произведенные серийные танки БТ-2 стали поступать в части РККА уже в начале весны 1932 года.

Компоновка.

Компоновку легкого танка БТ-2 сейчас уже принято считать классической для легких быстроходных танков того периода. Танк имел четыре отделения, два из которых, расположенных в корме, трансмиссионное и силовое некоторые специалисты объединяют в одно – трансмисионно-моторное. В средней части корпуса и башне располагалось боевое отделение, а в носовой части – отделение управления.

Экипаж легкого быстроходного танка БТ-2 состоял из двух человек: командира танка и механика-водителя. Место механика-водителя находилось в передней части корпуса практически на его продольной оси, а командир танка, который осуществлял, кроме общего руководства действиями экипажа, еще и вел наблюдение за местностью, заряжал орудие (или пулеметы) и вел огонь по противнику.

Экипаж для посадки в танк и высадки из него пользовался двумя основными люками, один из которых был командирским и располагался в крыше башни, а другой, которым пользовался механик водитель, находился в лобовой приподнятой части корпуса.

Бронезащита корпуса и башни.

Бронезащита легкого танка БТ-2 разрабатывалась по противопульному принципу. Она могла защитить танк и его экипаж исключительно только от пуль винтовочных калибров и мелких осколков с незначительной кинетической энергией.

Сборка бронекорпуса легкого танка БТ-2 производилась путем склепывания стальных катаных листов гомогенной брони между собой, а так же на общий каркас. Так же при монтаже бронелистов использовались и болтовые соединения. Стоит отметить, что корпус танка БТ-2 практически не имел рациональных углов наклона броневых листов к вертикали, за исключением носового скоса, который уменьшал «мертвые» зоны при ведении огня и улучшал обзор. Лобовая часть и борта корпуса собирались броневых плит толщиной в 13 миллиметров, кормовые плиты и плиты крыши корпуса имели толщину 10 миллиметров, а плиты, формировавшие днище – 6.

Башня танка БТ-2 имела цилиндрическую форму без углов наклона к вертикальной нормали с небольшим скосом в переднем направлении в боковой проекции. Она устанавливалась на продольную ось корпуса без смещений на подбашенную коробку. Башня так же производилась с помощью заклепочных и болтовых соединений, которые сопрягали броневые листы между собой. Толщина бронелистов была однородной как для лобовой части, так и для бортов с кормой и составляла 13 миллиметров. В лобовой части башни при ее производстве производилось отверстие прямоугольной формы под установку броневой маски, в которую устанавливалось вооружение танка.

Вооружение.

У большинства выпущенных легких танков БТ-2 в качестве основного вооружения использовалась 37-миллиметровая танковая пушка Б-3 (5К), разработанная в 1930 году. Пушка устанавливалась в лобовой части корпуса на цапфы в броневую маску. Боекомплект к пушке состоял из 92 унитарных выстрелов, которые укладывались вдоль бортов в боевом отделении танка.

В качестве дополнительного вооружение большинство танков БТ-2 оснащались одним пулеметом ДТ калибра 7,62 миллиметра, который устанавливался в шаровую установку с правой стороны от пушки. Боекомплект к пулемету состоял из 2709 патронов, снаряженных в 43 дисковых магазина.

Были попытки выпуска танков со спаренным к пушке пулеметом ДТ, но дальше опытных образцов дело не пошло.

Из-за нехватки пушек некоторое количество легких танков БТ-2 вооружали спаренной пулеметной установкой, состоявшей из двух 7,62-миллиметровых танковых пулеметов ДТ (в литературе данная установка имела индекс «ДТ-2») и пулеметом в шаровой установке. При этом боекомплект пулеметов увеличен не был.

Были так же попытки установить на легкий танк БТ-2 в спаренную установку два авиационных пулемета ДА (индекс «ДА-2»), но этот проект так же дальше создания опытного образца не продвинулся.

Два экземпляра танков БТ-2 так же попробовали вооружить двумя авиационными пулеметами ШКАС, но в серию эта модификация танка так же не пошла.

Известно так же, что 60 первых выпущенных единиц танка БТ-2 не имели шаровой установки для пулемета, поэтому были вооружены исключительно либо 37-миллиметровой пушкой Б-3, либо спаренной пулеметной установкой.

Ходовая часть, двигатель и трансмиссия.

В качестве силовой установки легкого танка БТ-2 использовался авиационный четырехтактный карбюраторный двенадцатицилиндровым V-образный двигатель «Либерти» с жидкостным охлаждением, разработанные американцами еще в период Первой мировой войны. В последствии «Либерти» был заменен его советским аналогом модели М-5-400, который, как и его американский предшественник, развивал мощность в 400 лошадиных сил, что позволяло танку развивать максимальную скорость при движении по шоссе 51 километр в час на гусеницах и 72 километра в час при движении на колесах.

Трансмиссия легкого танка БТ-2 была механической, в ее состав входили:

главный многодисковый фрикцион, работающий по принципу сухого трения;

пятиступенчатая коробка передач (при четырех передачах вперед и одно – назад);

два бортовых многодисковых фрикциона с тормозами ленточного типа;

два бортовых одноступенчатых редуктора;

два редуктора (гитары) привода к задним опорным каткам, которые были ведущими при ходе танка на колесах.

Легкий быстроходный танк БТ-2 был оснащен индивидуальной пружинной («свечной») подвеской, которая в последствии получила название «подвеска Кристи». Три пружины вертикального расположения применительно по каждому борту корпуса устанавливались между внутренней стенкой борта корпуса и наружным бронелистом, а еще одна устанавливалась горизонтально внутрь корпуса в боевое отделение. Пружины вертикального расположения связывались через балансиры со средними и задними опорными катками, а пружины горизонтального расположения в боевом отделении — с управляемыми передними катками.

Легкий танк БТ-2 так же имел колесно-гусеничный комбинированный движитель, который состоял из двух ведущих колес при их заднем расположении, имевших диаметр в 640 миллиметров, двух направляющих колес при их переднем расположении с диаметром в 550 миллиметров, восьми опорных катков с диаметром в 815 миллиметров, обтянутых резиновыми бандажами, и двух многозвенных стальных гусеничных цепей, которые собирались из траков шириной в 263 миллиметров. При колесном ходе танка гусеницы снимались и разбирались на четыре части, а затем укладывались на специальные полки. В этом случае привод от коробки передач осуществлялся непосредственно на заднюю пару опорных катков, а управление движением танка производилось путем поворота катков передних.

Боевое применение.

Впервые легкие танки БТ-2 вступили в бой в районе реки Халхин-Гол. 3 июля 1939 года японцы заняли господствующую над западным берегом реки высоту Баин-Цаган и угрожали ударом вдоль берега отрезать, а затем и уничтожить советско-монгольские части, занимавшие позиции на восточном берегу. Г.К.Жуков, командующий первой армейской группой, принял решение атаковать силами 11-й легкотанковой бригады занимавшие высоту японские подразделения. 11-я бригада, укомплектованная в основном легкими танками БТ-2 и БТ-5, после долгого и изнурительного марша без поддержки пехоты была брошена в лобовую атаку на позиции японцев. Не смотря на большие потери, обусловленные отсутствием поддержки стрелковых подразделений, бригада выполнила свою задачу, разгромив переправившиеся японские части. При этом легкие танки БТ-2 зарекомендовали себя с наилучшей стороны.

Достаточно большое количество БТ-2 принимало участие в Польской кампании 1939 года, где так же зарекомендовало себя с достаточно неплохой стороны.

В советско-финской войне 1939-1940 годов принимало участие 82 танка БТ-2 в составе первой легкотанковой бригады. Большинство танков БТ-2 вышло из строя через технические поломки, но были и боевые потери (два танка утонули, а два – были поражены противотанковыми средствами и сгорели).

К началу вторжение Германии в СССР легкий танк БТ-2 уже считался морально устаревшим, а все находящиеся в распоряжении РККА танки использовались, как учебные машины. С началом боевых действий все они были поставлены в строй и участвовали в приграничных сражениях в составе танковых корпусов. Отсутствие у командования РККА опыта и навыков применения легких танков привело к их катастрофическим потерям. Большая часть танков БТ-2 была потеряна именно в этот период войны, но отдельные экземпляры как пушечные, так и пулеметные продолжали воевать в отдельных подразделениях РККА вплоть до лета 1944 года.

Несколько десятков легких танков БТ-2 были захвачены Вермахтом и армиями государств-сателлитов, но какой-либо информации об их успешном применении нет.

tanki-v-boju.ru

История создания танка БТ-2

 

танк БТ-2 - 02

 

В июле 1929 года на заседании Реввоенсовета СССР была утверждена «Система танко-транспортного и автоброневого вооружения РККА». Эта «Система» утверждала организацию бронетанковых вооружений СССР, классификацию танков и их функции в соответствии с этой классификацией.

Танки подразделялись на:

  • танки разведывательные – недорогие быстрые, вездеходные, желательно плавающие машины (танки и танкетки);
  • общевойсковые танки – это основной танк РККА;
  • оперативные танки – это танки прорыва, которые не участвуют в борьбе с вражескими танками и противотанковой артиллерией, а вводятся в организованные основными танками бреши в боевых порядках противника, и с десантом на броне развивают наступление и перерезают внутренние коммуникации врага;
  • танки качественного усиления ТРГК (танков резерва главного командования) – это мощные средние танки, которые имеют мощное вооружение;
  • мощные танки особого назначения – это тяжёлые танки прорыва, которые могут выдерживать огонь противотанковой артиллерии противника и имеют мощное артиллерийское вооружение.

Система только утвердила очевидный факт – в СССР нет таков, которые бы соответствовали принятым требованиям и утверждённой классификации. А это означало, что предстоит с ноля построить современную танковую отрасль, отобрать и подготовить специалистов для работы в КБ и на производстве. И всю эту работу необходимо провести в самые сжатые сроки.

В ноябре 1929 года было создано «Управление  по моторизации и механизации РККА» под руководством комкора И.А. Халепского, который продвигал идею ускорения производства бронетехники в СССР путём приобретения лицензий на производство новейших бронемашин за рубежом. Халепский считал, что такой «допинг» позволит советской промышленности быстро устранить имеющееся отставание от передовых стран Европы и Америки в области танкостроения.

6 декабря 1929 года по распоряжению Серго Орджоникидзе, который в то время возглавлял Наркомтяжпром, были выделены денежные средства для приобретения иностранных танков. Через 24 дня закупочная комиссия отправилась в США и начала переговоры с изобретателем и бизнесменом Джоном Уолтером Кристи о покупке нескольких танков М1931, которые были разработаны и производились на фирме Кристи, с последующим лицензированием производства в СССР.

М1931 можно было село назвать передовой машиной своего времени: плотная компоновка агрегатов, уникальная подвеска, использование сварки в операциях по сборке кузова, поперечно расположенный двигатель. Танк Кристи мог передвигаться как на гусеницах, так и на колёсах. Предполагалось, что по шоссе (до поля боя) машина будет двигаться на колёсах, а на поле боя – на гусеницах. Такое решение значительно увеличивало ресурс службы танка.

 

А ещё, М1931 был, на тот период, самым быстрым танком в мире:

  • скорость движения на колёсах – 70 км/ч;
  • скорость движения на гусеницах – 45 км/ч.

Впрочем, члены комиссии отмечали, что танк Кристи не совсем соответствует требованием «Системы танко-транспортного и автоброневого вооружения РККА» и «оперативным танком» быть не может ввиду слабости вооружения. Однако, по данным советской разведки к танку Кристи проявила интерес Польская армия – поляки уже подписали договор на поставку 1 танка и на покупку лицензии на производство танков М1931 в Польше. И даже авансировали производство этого одного танка в размере 50 % от стоимости машины.

Поскольку командование РККА рассматривало Польшу как основного и наиболее вероятного противника в возможной войне, то действовать следовало быстро и решительно – нельзя было допустить того, чтобы на вооружении польской армии появился самый скоростной в мире танк.

Кристи не любил СССР, но страстно любил деньги. Конструктору заплатили 100 % стоимости — 60 000 долларов за два танка М1931, купили на 4 000 долларов запасных частей к танку и обязались заплатить ещё 100 000 долларов за эксклюзивное право выпускать танки в СССР в ближайшие 10 лет, с условием, что Кристи прибудет в СССР и лично окажет помощь в налаживании серийного производства танка.

24 декабря 1930 года два танка Кристи отправились в Советский Союз. Танки были не полностью укомплектованы. Дело в том, что в 1930 году между СССР и США не было дипломатических отношений, был запрет на вывоз вооружения, новейшего оборудования и технологий. В общем, санкции. С целью преодоления санкций в Нью-Йорке работало акционерное общество Amtorg Trading Corporation, которое было зарегистрировано на граждан США, а фактически принадлежало СССР и занималось закупками в Америке новейших технологий, оборудования и т.п.

В СССР танки М1931 поступили без башен. Уже в СССР выяснилось, что американцы поступили некрасиво – документация оказалась неполной. Кристи отказался представить полный комплект, СССР снизил размер выплат за лицензию на 25 000 долларов. Впрочем, это было уже не так важно – внешняя разведка СССР сумела «добыть» все необходимые документы и чертежи через одного из ближайших помощников Кристи. На этом совместная деятельность фирмы Кристи и СССР закончилась навсегда.

В мае 1930 года была сформирована первая в СССР механизированная бригада, в состав которой вошли два танковых батальона, разведбатальон, артдивизион и специальные подразделения. Бригаду укомплектовали танками «МС-1», бронеавтомобилями «БА-27», автомобилями и тракторами отечественного производства. Это было первое не только в СССР, но и в мире соединение такого типа. Вот только танки «МС-1» уже явно не соответствовали стоящим перед бригадой задачам. По этой причине нужно было в срочном порядке наладить серийное производство новых современных танков.

Одни из поступивших в СССР танков Кристи был разобран для углублённого изучения специалистами, а второй был отправлен на полигонные испытания – поскольку у танка отсутствовала башня, то на корпусе машины закрепили балласт весом в 800 кг. Эту машину показали высшему командованию РККА, которое танк, в целом, одобрило.

 

 

По результатам испытаний был составлен отчёт в соответствии с которым конструкторы получили задание на устранение целого ряда выявленных недостатков. Из отчёта следовало, что скопировать танк, как это планировалось изначально, не получится – выявленные недостатки оказались существенными и требовали внесения изменений в конструкцию танка. А башню с артиллерийским вооружением нужно было создать. Для доработки танка было создано КЬ под руководством выдающегося инженера Николая Михайловича Тоскина. А серийное производства танка было решено организовать на ХПЗ (Харьковском паровозостроительном заводе).

Серийное производство танков БТ-2 (именно так назвали усовершенствованный в СССР американский танк М19131) началось в 1932 году. Впрочем, изначально это было не производство, а мука: не хватало и просто не было нужных станков, отсутствовали специалисты для работы на имеющихся станках, промышленность ещё не освоила выпуск качественной брони, возникли сложность с формированием из брони башен и корпусов.

Не удавалось изготовить качественный двигатель М-5 и производство двигателя было прекращено – на новые танки устанавливали авиационные двигатели, которые выработали свой ресурс в авиации. А ещё в США закупили партию устаревшего двигателя «Либерти».

37-мм орудие Б-3 не поступало на завод в необходимых объёмах – его серийное производство только наладили и там тоже были проблемы.

Героический, без преувеличения, труд конструкторов, инженеров и рабочих, в конце концов, сделал производства танка БТ-2 серийным.  Объём выпуска машин рос от месяца к месяцу, повышалось качество производства. В 1932 году на ХПЗ собрали 396 танков, в

1933 – 224 танка. Могли бы и больше, но в середине 1933 года в серию пошла новая боевая машина БТ-5, а БТ-2 был снят с серийного производства.

 

Конструкция лёгкого танка БТ-2

 

танк БТ-2 - 05

 

БТ-2, без всякого преувеличения, был уникальным танком. Начнём с просто невероятной удельной мощности в 35,4 лошадиных сил на тонну. А ещё просто огромная скорость хода, которая достигала 70 км/ч по шоссе на колёсном ходу и 45 км/ч по грунту. Особое внимание следует обратить на подвеску конструкции Кристи. Именно эта очень удачная подвеска стала основой для последующего проектирования танков в СССР – от всей серии БТ до легендарного Т-34.

БТ-2 – это лёгкий однобашенный танк классической компоновки, колёсно-гусеничный, с пулемётно-пушечным вооружением и противопульной бронёй. Танк состоял из 4 отделений:

  • управления;
  • боевое;
  • силовое;
  • трансмиссионное.

 

танк БТ-2 - 06

 

 

В силовое отделение можно было попасть из боевого отделения через специальные дверцы (шиберы), которые были устроены в перегородке между отделениями.  Силовое отделение от трансмиссионного так же было отделено перегородкой, в которой был устроен вырез для вентилятора.

Броневая защита из катаных броневых листов, которые крепились с помощью заклёпок,  – противопульная, обеспечивающая защиту машины и экипажа от пуль стрелкового оружия, осколков снарядов и мин среднего и малого калибра. Толщина брони:

  • лоб, башня и борта корпуса – 13 мм;
  • корма – 10 мм;
  • днище – 6 мм.

Корпус танка был одновременно и каркасом, на котором крепились все механизмы машины и вооружение.

Корпус коробчатой формы. Для того, чтобы можно было повернуть передние управляемые колёса переднюю часть корпуса сузили с боков. Носовая часть машины представляла собой стальную отливку, к которой приклёпывались и приваривались броневые листы днища, лобовые листы.

Башня танка цилиндрической формы, клёпаная со скошенной передней частью.

Экипаж танка – это 2 или 3 человека. Для танков только с пулемётным вооружением – 2 человека (мехвод и командир (он же и стрелок)), для пушечно-пулемётных танков – 3 человека (мехвод, командир (он же и наводчик) и заряжающий-пулемётчик). Для посадки/высадки экипажа имелось, на всех машинах, два люка:

  • люк мехвода;
  • люк в крыше башни.

Силовая установка БТ-2 – это 12-цилиндровый авиационный карбюраторный четырехтактный V-образный двигатель с жидким охлаждением марки «Либерти» или производимый в СССР аналог «Либерти» двигатель М-5-400, мощностью 400 лошадиных сил при 1 650 об/мин. Пуск двигателя осуществлялся двумя электрическими стартерами (по 1,3 л.с. каждый) или с помощью заводной рукоятки, т.е. вручную.

Трансмиссия механическая: многодисковый главный фрикцион сухого трения (сталь по стали), 4-х ступенчатая КПП (четыре скорости вперёд и одна назад), два одноступенчатых бортовых редуктора и два многодисковых бортовых фрикциона с ленточными тормозами, двух шестеренчатых редукторов (гитар) привода к задним опорным каткам, которые были ведущими при движении танка на колёсах.

Подвеска БТ-2 индивидуальная пружинная или «свечная».

 

танк БТ-2 - 07

 

Танк мог передвигаться как на колёсах, так и на гусеницах. Ходовая часть состояла из пары передних направляющих колёс (диаметр 550 мм) и пары ведущих колёс (диаметр 640 мм), между которыми располагались четыре пары сдвоенных опорных катков (диаметр 815 мм) с резиновыми бандажами.

Каждая танковая гусеница «набиралась» из 46 траков (половина траков плоская, а вторая половина с одним гребнем) шириной 263 мм. Экипаж танка переводил БТ-2 с хода гусеничного на ход колёсный за 30-40 минут. Каждая гусеница разделялась на 4 части и укладывалась на надгусеничную полку и закреплялась ремнями в трех местах.

Пушечно-пулемётные танки вооружались 37-мм пушкой Б-3 с клиновым затвором. В августе 1930 года через подставную фирму «Бютаст» в Германии (Германия не продавала в СССР оборудование, технологии и тем более новейшее вооружение) было приобретено у компании «Рейнметалл»  несколько артиллерийских систем, в т.ч. и новейшая противотанковая пушка 3.7смРаК35/36, которая была досконально изучена советскими специалистами. В результате в СССР, на подмосковном заводе № 8 имени Калинина, было налажено серийное производство 37-мм противотанковой пушки 1-К. На базе 1-К было создано танковое орудие Б-3.

Установленная на БТ-2 пушка позволяла поражать цели на дальности до 2 км с боевой скорострельностью 12-15 выстрелов в минуту. Бронебойный снаряд пушки Б-3 пробивал 13-мм броню (по нормали) на дальности до 1 500 метров.

Орудие в горизонтальной плоскости наводилось с помощью плечевого упора.

Кроме пушки на БТ-2 устанавливался 7,62-мм пулемёт ДТ в отдельной шаровой опоре справа от башни.

Боекомплект танка:

  • 92 снаряда для пушки;
  • 2 709 патронов в дисках (43 диска по 63 патрона).

Башня в горизонтальной плоскости поворачивалась с помощью ручного привода через планетарный механизм.

Впрочем, из-за сложностей, которые возникли в процессе налаживания серийного производства БТ-2 не все танки получили комбинированное пушечно-пулемётное вооружение. Из-за проблем с поставками вооружения было изготовлено 148 танков с комбинированным вооружением, 60 – только с 37-мм пушкой, 412 —  только с пулемётным вооружением. При этом на пулемётные танки вместо пушки устанавливали спаренную установку из 2-х пулемётов 7,62-мм ДТ (установка получила наименование ДА) и стандартный пулемёт ДТ справа (в последующем эти пулемёты были демонтированы с установкой на место пулемёта броневой заглушки).

Радиостанции на танки не устанавливались – связь между машинами поддерживали с помощью флажковой сигнализации. Для внутренней связи между членами экипажа предполагалось использование световой сигнализации.

 

Эксплуатация в войсках и боевое применение БТ-2

 

Первые танки БТ-2 РККА приняла, как машины учебные. И нужно сказать, что процесс освоения машин войсками шёл очень тяжело. Тут сказалось и низкое качество первых танков (процесс серийного производства танков только запускался) и низкая техническая грамотность танковых экипажей – создавалась не только промышленность, но и сами танковые войска, которые не могут появиться на пустом месте. Кроме того в частях испытывали постоянный дефицит запасных частей.

Впрочем, танкистам сразу понравились «лихие» танки, которые имели впечатляющую динамику и серьезную огневую мощь. Особенно нравилась танкистам «прыгучесть» БТ-2 – при хорошем разгоне с небольшим трамплином машина могла преодолеть препятствие (ров, реку, овраги) шириной до 40 метров.

Боевое крещение Бт-2 приняли на реке Халхин-Гол. В 11-й легкотанковой бригаде, которая без поддержки пехоты атаковала высоту Баин-Цаган было достаточно много танков БТ-2. С марша, без отдыха и подготовки, бригада бросилась в лобовую атаку. Было потеряно более половины машин (46 безвозвратно) бригады, но японские части были буквально разгромлены и их остатки в панике отступили. Нужно сказать, что такой лобовой удар был не прихотью командования, а жёсткой необходимостью, когда промедление грозило военной катастрофой.

Участвовали танки БТ-2 в Польской компании 1939 года и в Советско-финской войне 39-40-хх годов. На 1 июнь 1941 года в РККА оставалось 580 танков БТ-2 и из них только 366 машин было на ходу. Эти танки, в основном, войсками использовались как учебные и были уже сильно изношены. С началом войны все машины поставили в строй. По некоторым данным часть БТ-2 «довоевала» аж до 1944 года, что просто поразительно.

До наших дней в полной сохранности не дожил   ни один танк БТ-2. Впрочем, есть машины восстановленные.

БТ-2, наряду с танком Т-26 – это начало советской танковой промышленности, советской танковой конструкторской школы и танковых войск страны.

 

typrishol.ru

«БТ» (Быстроходный танк) — название серии советских лёгких колёсно-гусеничных танков 1930-х годов.

Наряду с Т-26 составляли основу советского танкового парка перед Великой Отечественной войной и в её начальный период. Участвовали в конфликтах с Японией (включая боевые действия на озере Хасан и на реке Халхин-Гол), в Гражданской войне в Испании, в Советско-финской войне, в Польской кампании, в Великой Отечественной войне, в Советско-японской войне.

В Красной Армии имели прозвища «бэтэ́шка» или «бе́тушка». Танки БТ-7 с коническими башнями получили в немецкой армии прозвище «Микки-Маус» — за характерную форму круглых люков танка, которые в открытом состоянии напоминали уши мультипликационного мышонка и «быстроходный самовар» за его скорость.

Своим возникновением БТ обязаны американскому конструктору Дж. У. Кристи, который предложил оригинальную концепцию быстроходных танков.

Тема колёсно-гусеничных боевых машин в конце 1920-х — начале 1930-х годов была весьма актуальна, так как танки той эпохи отличались медлительностью. Скорость первых танков не превышала 10 км/ч, такая скорость считалась достаточной для сопровождения пехоты и прорыва оборонительной полосы противника, но переброска танков на другие участки фронта была весьма проблематичной: помимо низкой скорости, танки отличались крайне ненадежными гусеницами, их ресурс зачастую не превышал 100 км.

С низкой скоростью и ненадежностью гусениц было связано широкое использование бронеавтомобилей в межвоенный период. Военным была крайне необходима боевая машина, обладающая высокой скоростью. несмотря на наличие у бронеавтомоблией многочисленных недостатков, только они могли занять нишу быстроходных боевых машин.

Для повышения мобильности танков задействовались тяжелые грузовики, на них танки перевозились к полю боя, но такой способ требовал дополнительных расходов.

Австро-венгерский офицер лейтенант Гюнтер Бурштыну[1] был одним из первых. кому пришла в голову идея оснастить бронемашину одновременно и колесным, и гусеничным движителем, он выдвинул данный проект в 1911 году. Подобный танк-гибрид мог по хорошей дороге двигаться на колёсах, словно автомобиль (с соответствующей скоростью), а при движении по бездорожью колёса поднимались и танк шёл на гусеницах. Идея Бурштына осталась нереализованной, но не была забыта.

Так, в 1920-е годы во Франции была выпущена серия лёгких танков «Chenilette St-Chamond M1921 M1928» с колёсно-гусеничным движителем. Машина показывала выдающиеся результаты: на гусеницах «Сен-Шамоны» могли развить скорость в 8 км/ч, а на колёсах — 30 км/ч. Поучаствовали в создании колесно-гусеничных танков и чехословацкие конструкторы, создав в 1924 году танк KH-50. В 1926 году в Великобритании было предложено новое решение: на танке «Виккерс» поджимался не колёсный движитель, а гусеничный. В следующем году был создан танк, у которого одновременно поднимался один движитель и опускался другой. В Польше в 1927 был создан экспериментальный WB10. В 1931 году в Швеции был выпущен танк L-30, у которого смена движителя происходила всего за 20 секунд, причём операция могла проводиться прямо на ходу.

Конструкторы многих стран пытались найти самое удачное решение «колёсно-гусеничной проблемы», однако созданные машины в основном оставались лишь смелыми экспериментами: развитие техники не стояло на месте и чисто гусеничные танки постепенно избавлялись от «детских болезней». Скорость хода по шоссе у лёгких танков достигла 40—50 км/ч, ресурс гусениц повысился, а колёсно-гусеничные гибриды отличались сложностью и ненадёжностью.

Революционное решение нашёл американский конструктор Уолтер Кристи: он предложил увеличить диаметр опорных катков до размера автомобильных колёс, установить привод на задние катки, а два передних катка сделать управляемыми. Танк со снятыми гусеницами превращался в нормальную колёсную машину с колёсной формулой 2×8, подобная схема не требовала механизмов подъёма и опускания движетелей: экипаж просто снимал гусеницы и закреплял их на надгусеничных полках. Для повышения энерговооруженности на танк был установлен авиационный двигатель — при массе 9 тонн машина образца 1931 года могла разгоняться до 110 км/ч и выше. Подобные показатели привлекли к новинке внимание, но армия США танки Кристи отвергла, посчитав ненадёжными.

В СССР проекты Кристи были встречены со вниманием, в это время в начале 1930-х годов в СССР шёл лихорадочный поиск удачной концепции танка. Попытки создать танк своими силами не увенчалась успехом — советские танкостроители не имели достаточного опыта в создании боевых машин: неудачей увенчалось создание танка Т-24, а танк МС-1 был скорее опытным образцом. В результате Советское правительство предприняло попытки закупить технику и технологии за границей.

5 декабря 1929 года на основании доклада Председателя Реввоенсовета К. Е. Ворошилова комиссия под руководством заместителя председателя Совета народных комиссаров Г. К. Орджоникидзе принимает решение командировать за границу представителей военного ведомства и промышленности для приобретения образцов вооружения и получения технической помощи по их производству[2].

30 декабря 1929 года комиссия во главе с начальником Управления механизации и моторизации РККА И. А. Халепским отправляется в Германию, Чехословакию, Францию, Англию и США[2].

Во Франции танкостроение развивалось очень медленно: основой танкового парка являлся FT-17, отличившийся в годы Первой Мировой, и машины на его базе. В Германии танкостроение отсутствовало — стране по условиям капитуляции было запрещено иметь и разрабатывать танки. В Англии существовал удачный танк «Виккерс — 6 тонн», который не попал на вооружение английской армии, но охотно продавался за рубеж. Советской стороной была закуплена лицензия на производство, развитием «Виккерса» стал советский танк Т-26.

Тем не менее, наибольший интерес у советских военных вызвал проект Кристи. Его скоростной танк M.1940 подходил для обширных пространств СССР, возможность быстро перебрасывать танковые подразделения на большие расстояния казалась РККА заманчивой.

28 апреля 1930 года подписан договор о закупке танков M.1940 между «U.S. Wheel Track Layer Corporation» и «Amtorg Trading Corporation», представляющей интересы СССР в США. СССР заплатил $60 000 за «два военных танка», $4000 за «запасные части к купленным танкам» и $100 000 лично конструктору Кристи — за продажу прав на производство, передачу патентов и услуг по техническому содействию[2].

Вернувшись из США, в июне 1930 года И. А. Халепский представляет в Реввоенсовете свой доклад, в котором, в частности, говорится[2]:

Принимая во внимание, что танк «Кристи» по своим скоростям перекрывает все танки в мире, что его собираются строить поляки, мы можем попасть в очень невыгодное положение с точки зрения тактического применения танковых частей. В связи с этим мною настоятельно предлагается форсировать организацию производства танка «Кристи» путём сохранения производства мотора «Либерти» на авиационных заводах и подготовки производства прочих агрегатов на Ярославском автомобильном заводе.

Согласно договору, Кристи был обязан поставить обе машины к сентябрю 1930 года, однако сборка и испытания затянулись до 24 декабря. В СССР танки прибыли без башен и вооружения, а комплект документации оказался неполным, за что с Кристи было удержано $25 000. Это послужило причиной его отказа приехать в СССР. Весной 1931 года многочисленные делегации руководящего состава РККА на полигоне под Воронежем ознакомились с экземплярами «Оригинал-1» и «Оригинал-2». Динамические характеристики танка очень понравились военным: танк отличала очень высокая для того времени скорость и большой запас хода, танк выгодно отличался на фоне тихоходных МС-1 и Т-26.

По результатам демонстрации старшему и высшему начсоставу РККА 14 марта — 16 мая 1931 года Испытательный отдел Управления механизации и моторизации РККА заключил, что танк БТ («Кристи») «представляет исключительный интерес машины с универсальным движителем, требует как боевая машина большей разработки и введения ряда конструктивных усовершенствований и изменений».

17 мая 1931 года в СССР составлен план выполнения решений правительства по организации производства танка БТ («Кристи») на .

Окончательное же решение о производстве танка «БТ-Кристи» на ХПЗ было принято в протоколе КО «О танкостроении» от 23 мая 1931 года, где особо оговаривалось: «Разрешить РВС ССР ввести танк Кристи в систему авто-броне-танко-тракторного вооружения РККА в качестве быстроходного истребителя (Б-Т).»[3]

И уже 1 июня 1931 года председатель НТК УММ РККА И. А. Лебедев направляет директору ХПЗ Л. С. Владимирову утверждённое начальником УММ РККА И. А. Халепским, задание на проектирование колёсно-гусеничного лёгкого танка БТ («Кристи»). Это решение поставило крест на строительстве средних танков «ТГ» немецкого конструктора Э. Гротте и харьковских средних танков Т-24. Возглавляющий танковую группу на Харьковском паровозостроительном заводе И. Н. Алексенко подал заявление об уходе, считая, что КБ должно продолжать усовершенствовать узлы Т-24 и выпускать свои средние гусеничные танки, а не «навязанные» иностранные — лёгкие, колёсно-гусеничные[4]. Коллектив ХПЗ также не горел желанием заниматься новым направлением. Из воспоминаний конструктора ХПЗ А. А. Морозова[5]:

…первое впечатление от «американского танка»: какая-то повозка. Без пушки, без башни.

— Утконос, — сказала, кажется, Юля Саранча. Все засмеялись.
— Недоносок, — добавил Володя Дорошенко.

В 1931 году танк Кристи с новыми башнями БТ-2 («Быстроходный Танк — 2») приняли на вооружение и запустили в серийное производство. Три первых советских БТ-2 были впервые показаны публике на параде в Москве 7 ноября 1931 года. Один из них загорелся и не смог пройти по Красной площади.

Серию БТ продолжили — были усилены бронирование и вооружение, была установлена рация (сначала — только на командирских машинах), на БТ последних серий стоял дизельный двигатель.

Колесно-гусеничный движитель активно использовался при разработке новых советских танков. Существовали варианты его использования на Т-26 и среднем танке Т-28, причем была выпущена экспериментальная серия последнего.

Возникла идея создать танк с тремя движителями — плавающий. Одни из первых советских плавающих танков были созданы именно на основе БТ (ПТ-1А). Существовал также проект танка с четырьмя движителями — колёсно-гусеничный, плавающий, способный двигаться по рельсам.

Проводились многочисленные работы по улучшению движения танка на колёсах. Так, разрабатывался привод на все колёса (кроме управляемых) — танк при этом превращался в колёсную машину с колёсной формулой 6×8 (идея реализована при создании А-20). Создавались экспериментальные БТ, способные двигаться при утере одной из гусениц — с одного борта при этом привод был на колёса, а с другого — на ведущее колесо гусеничного хода. При этом, движение гусеницы было синхронизировано с вращением колёс другого борта.

Проблемой всех танков серии БТ была слабая броня. Некоторые источники говорят о том, что советское руководство того времени увлеклось теорией, что быстрота танка компенсирует его слабое бронирование. Тонкая противопульная броня в танкостроении 1930-х считалась нормой. Такой бронёй были защищены все без исключения танки того времени, включая средние и даже тяжёлые, так как до середины тридцатых удачных ПТО не имела ни одна страна мира, и поэтому не существовало необходимости в противоснарядном бронировании. Даже когда появились серьёзные средства противотанковой борьбы, военные не забеспокоились — серьёзных войн с применением танков не было и боевой опыт их применения не накопился. Тем более что усилить броню означало увеличить массу танка, а двигатели того времени не могли позволить такую роскошь.

Исключением были БТ, на которых стояли самые мощные танковые двигатели своего времени. Однако и у БТ было ограничение — колёсный движитель не позволял наращивать массу машины. Даже стандартные БТ не могли двигаться по слабому грунту на колёсах, но нормально шли на колёсах по любой твёрдой дороге, чему свидетельством — многочисленные фотографии с манёвров 1930-х годов.

Советские конструкторы понимали слабость бронирования БТ — это стало особенно очевидно в ходе войны в Испании. Именно для улучшения защищённости танка они, начиная с БТ-7 поздних серий, начали ставить броню с рациональными углами наклона. Стремление максимально защитить танк при сохранении приемлемого веса нашло отражение в колёсно-гусеничном танке БТ-20 (другое название — А-20). Однако втиснуть надёжное бронирование в заданные весовые ограничения (18 тонн) было невозможно.

Инициатором усиления бронирования и вооружения нового танка вступило руководство АБТУ во главе с участником Испанской войны Д. Г. Павловым. КБ Харьковского завода, работавшего над новой машиной, разработало альтернативный танк с чисто гусеничным движителем — А-32. Руководителем КБ был М. И. Кошкин, так как в январе был арестован предыдущий руководитель КБ (А. О. Фирсов).

В августе 1938 года проекты А-20 и А-32 были представлены на заседании Главного военного совета РККА при Наркомате обороны. Военные одобрили колёсно-гусеничный танк, но И. В. Сталин приказал провести сравнительные испытания обоих вариантов танка.

В мае 1939 года А-20 и А-32 были изготовлены, а в июле прошли государственные испытания. И даже по окончании испытаний военные продолжали колебаться — отказаться от колёсно-гусеничного движителя они не решались. Ситуацию решило следующее испытание, прошедшее в сентябре на испытательном полигоне под Москвой. На испытание М. И. Кошкин представил усиленный вариант гусеничного А-32 — Т-32 (с 76-мм пушкой Л-10 и толстой бронёй). Новый танк произвёл фурор — в нём удачно соединились и скорость, и бронирование, и мощное вооружение. После того, как лично К. Е. Ворошилов заявил, что «именно такая машина нужна Красной Армии», судьба танка была решена. По результатам испытаний Т-32 был доработан (в частности, ещё более усилено бронирование) и запущен в производство под названием Т-34.

На этом в СССР закончилась эпоха быстроходных танков. С появлением Т-34 производство танков БТ было свёрнуто (хотя на танкоремонтных заводах танки БТ продолжали восстанавливать минимум до середины 1942 года).

Кроме того, испытывалось большое количество экспериментальных танков на основе БТ (ракетоносные, экранированные, радиоуправляемые и т. д.). Также, на основе БТ создавались экспериментальные и мелкосерийные бронированные машины (инженерные машины, мостоукладчики, машины управления, БРЭМ и т. д.).

В некоторых источниках утверждается, что существовал вариант танка с двумя башнями (как у первых Т-26). Однако это не соответствует действительности. Двухбашенных БТ не было ни в макетах, ни в проектах.

Несмотря на сложность колёсно-гусеничной системы, танки БТ были в целом довольно удачными машинами и пользовались популярностью в войсках. Кроме того, колёсно-гусеничные танки ввиду высокой скорости идеально вписывались в декларируемую генералитетом РККА «доктрину глубокой операции». Всё это привело к своеобразному «буму» колёсно-гусеничной техники, проявившемуся, среди прочего, в поисках возможностей перевода уже имеющихся в производстве танков на колёсно-гусеничный ход. В рамках проектных работ этого направления были созданы следующие опытные образцы:

БТ прошли славный боевой путь, приняв участие во всех конфликтах и войнах, в которых принимал участие СССР с начала 1930-х годов до 1945 года. БТ повоевали и в Испании, где показали полное превосходство над немецкими и итальянскими танками (точнее — пулемётными танкетками). Они отлично показали себя в столкновениях с японцами, продемонстрировав отличные качества для нанесения глубоких и охватывающих ударов (в соответствии с теорией глубокой операции).

45-мм пушки гарантированно поражали любую бронетехнику того времени. Броня БТ надёжно защищала от пуль и осколков, но при столкновении с войсками, насыщенными ПТО (как, например, в Финляндии), начинались проблемы. Мало того, что БТ не выдерживали попадания бронебойных снарядов, машины оказались ещё и легковоспламеняющимися из-за установленных вдоль бортов БТ бензобаков с целью увеличения запаса хода. При попадании снаряда в борт, возгорание было почти неизбежно.

Тем не менее, танк доказал свои высокие боевые качества, а гибель машины от огня ПТО считалась тогда неизбежным злом.

БТ по достоинству оценили англичане. После посещения Киевских манёвров 1936 года, в которых приняли участие сотни танков БТ, английское военное ведомство приобрело у Кристи один танк его конструкции. На его основе создан танк A13, который (в разных вариантах) стал основой английских танковых сил. Развитием A13 стали знаменитые английские танки «Кромвель» и «Крусейдер».

БТ активно применялись и в начале Великой Отечественной войны. По своим боевым качествам они наголову превосходили немецкие лёгкие танки Pz-I и Pz-II. При сравнении с Pz-III, Pz-IV, 38(t) и 35(t) видно, что БТ превосходят их по мощностным характеристикам. А. Б. Широкорад в книге «Танковая война на восточном фронте» отмечает, правда, что Pz-III на полигоне 1939 года оказалась неприятным сюрпризом для советских инженеров и военных. Германский танк при меньшей удельной мощности развивал равноценную с БТ скорость; а его цементированная броня оказалась крепким орешком для «мягких» советских снарядов. Танки БТ по огневой мощности были сравнимы с Pz-III (37- или 50-мм орудие), в то время как Pz-IV вообще не предназначался для борьбы с бронетехникой (до 1942 года эти танки вооружались короткоствольным 75-мм орудием). Но на дистанции действительного огня и БТ, и немецкие танки могли поражать друг друга — броня на всех была тонкая. И здесь против БТ работала его «слепота», вообще характерная для советских танков того времени. Отсутствие командирской башенки не позволяло командиру наблюдать за полем боя. То, что командир совмещал функции наводчика, также не повышало боеспособность танка. Вопреки навязанному литературой мнению танки БТ были достаточно сильно вооружены. Танковая пушка калибра 45 мм появилась в результате глубокой переделки купленного в 1930 году у фирмы Рейнметалл 37 мм противотанкового орудия, состоявшего на момент 22 июня 1941 года на вооружении Вермахта. Результатом переделки стал тяжелый осколочно-фугасный снаряд, которым не мог похвастать прототип, и незначительное увеличение бронепробиваемости. Плохая оптика не позволяла в полной мере использовать возможности артсистемы, но. даже «Пантера» T-V имела проекции, поражаемые «сорокопяткой». (А. Б. Широкорад «Энциклопедия отечественной артиллерии»)

Иван Васильевич Болдин вспоминает в своих мемуарах как три танка БТ, с боеприпасами, но без горючего, подкараулили колонну немецких танков, и нанесли ей значительные потери.[6] Таким образом, танки БТ, при грамотном использовании, тогда ещё являлись вполне эффективным оружием.

Судя по всему, причины массовой гибели БТ в начале войны стоит искать не в конструктивных недостатках машины, а в общем ходе боевых действий. Неисправные БТ бросались при отступлении, подбитые машины невозможно было восстановить, танковые подразделения не получали боеприпасов и ГСМ. В таких обстоятельствах массово гибли не только БТ, но и Т-34 и КВ. В ходе тяжёлых боёв 1941 — начала 1942 БТ были почти полностью истреблены. К середине 1942 года о них уже нет никаких упоминаний.

Брошенные и подбитые БТ охотно восстанавливались противником. Финны, кроме того, выпустили небольшую серию 114-мм САУ на шасси БТ-7 (BT-42).

Последний раз БТ пошли в бой в ходе Советско-японской войны в 1945 году. На Дальнем Востоке к тому времени сохранилось некоторое количество этих танков и они показали себя эффективными при разгроме Квантунской группировки[7].

dir.md


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.