Танк т 38

Современные боевые танки России и мира фото, видео, картинки смотреть онлайн. В данной статье дается представление о современном танковом парке. В его основу положен принцип классификации, используемый в наиболее авторитетном на сегодняшний день справочнике, но в несколько измененном и улучшенном виде. И если последний в своем первозданном виде еще можно встретить в армиях целого ряда стран, то другие уже стали музейным экспонатом. И всего-то в течение 10 лет! Идти по стопам справочника Jane’s и не рассматривать эту боевую машину (весьма кстати любопытную по конструкции и ожесточенно обсуждаемую в свое время), составлявшую основу танкового парка последней четверти XX века, авторы посчитали несправедливым.

Фильмы про танки где до сих пор нет альтернативы этому виду вооружений сухопутных войск. Танк был и, вероятно, надолго останется современным оружием благодаря возможности сочетать в себе такие, казалось бы, противоречивые качества, как высокая подвижность, мощное вооружение и надежная защита экипажа. Эти уникальные качества танков продолжают постоянно совершенствоваться, а накопленные за десятилетия опыт и технологии предопределяют новые рубежи боевых свойств и достижений военно-технического уровня. В извечном противостоянии «снаряд — броня», как показывает практика, защита от снаряда все более совершенствуется, приобретая новые качества: активность, многослойность, самозащищенность. В то же время снаряд становится более точным и мощным.


Русские танки специфичны тем, что позволяют уничтожить противника с безопасного для себя расстояния, имеют возможность совершать быстрые маневры по бездорожью, зараженной местности, могут «пройтись» по территории, занятой противником, захватить решающий плацдарм, навести панику в тылу и подавить врага огнем и гусеницами. Война 1939-1945 гг стала наиболее тяжелым испытанием для всего человечества, так как в нее были вовлечены почти все страны мира. Это была битва титанов – ют самый уникальный период, о котором спорили теоретики в начале 1930-х и в ходе которого танки применялись в больших количествах практически всеми воюющими сторонами. В это время проходила «проверка на вшивость» и глубокое реформирование первых теорий применения танковых войск. И именно советские танковые войска все это затронуто в наибольшей степени.

Танки в бою что стали символом прошедшей войны, становым хребтом советских бронетанковых войск? Кто и в каких условиях создавал их? Каким образом СССР, потерявший большую часть своих европейских территорий и с трудом набиравший танки для обороны Москвы, смог уже в 1943 г выпустить на поля боев мощные танковые соединения?На эти вопросы призвана дать ответ эта книга, повествующая о развитии советских танков «в дни испытаний», с 1937-го по начало 1943 г.


и написании книги использованы материалы архивов России и частных коллекций танкостроителей. В нашей истории был период, который отложился в моей памяти с каким-то гнетущим чувством. Он начался с возвращения наших первых военных советников из Испании, а прекратился только в начале сорок третьего, – рассказывал бывший генеральный конструктор САУ Л. Горлицкий, – ощущалось какое-то предгрозовое состояние.

Танки второй мировой войны именно М. Кошкин, чуть ли не подпольно (но, конечно, при поддержке «мудрейшего из мудрых вождя всех народов»), смог создать тот танк, что спустя несколько лет повергнет в шок немецких танковых генералов. И мало того, он не просто создал его, конструктору удалось доказать этим глупцам-военным что именно его Т-34 нужен им, а не очередной колесно-гусеничный «автострадник. Автор находится на несколько иных позициях, которые сформировались у него после знакомства с предвоенными документами РГВА и РГАЭ. Поэтому, работая над этим отрезком истории советского танка, автор неизбежно будет противоречить кое-чему «общепринятому». Данная работа описывает историю советского танкостроения в самые трудные годы – от начала радикальной перестройки всей деятельности конструкторских бюро и наркоматов в целом, во время бешеной гонки по оснащению новых танковых соединений РККА, перевода промышленности на рельсы военного времени и эвакуации.


Танки википедия автор хочет выразить свою особую благодарность за помощь в подборе и обработке материалов М. Коломийцу, а также поблагодарить А. Солянкина, И. Желтова и М. Павлова, – авторов справочного издания «Отечественные бронированные машины. XX век. 1905 – 1941″, так как эта книга помогла понять судьбу некоторых проектов, неясную прежде. Также хочется вспомнить с благодарностью те беседы с Львом Израэлевичем Горлицким, бывшим главным Конструктором УЗТМ, которые помогли по новому взглянуть на всю историю советского танка в годы Великой Отечественной войны Советского Союза. У нас сегодня почему-то принято говорить о 1937 -1938 гг. только с точки зрения репрессий , но мало кто вспоминает, что именно в этот период были рождены те танки, что стали легендами военной поры…» Из воспоминачий Л.И. Горлинкого.

Советские танки подробная оценка о них того времени звучала из многих уст. Многие старые люди вспоминали, что именно с событий в Испании всем стало ясно, что война все ближе подбирается к порогу и воевать придется именно с Гитлером. В 1937 г. начались массовые чистки и репрессии в СССР и на фоне этих непростых событий советский танк начал превращаться из «механизированной кавалерии» (в которой одно из его боевых качеств выпячивалось за счет снижения других) в сбалансированную боевую машину, обладающую одновременно мощным вооружением, достаточным для подавления большинства целей, хорошей проходимостью и подвижностью при броневой защите, способной сохранить его боеспособность при обстреле наиболее массовыми противотанковыми средствами вероятного противника.


Большие танки рекомендовалось вводить в состав дополнительно только специальные танки – плавающие, химические. Бригада имела теперь 4 отдельных батальона по 54 танка и была усилена за счет перехода от трехтанковых взводов к пятитанковым. Кроме того, Д. Павлов обосновал от каз от формирования в 1938 г. к четырем имеющимся мехкорпусам еще трех дополнительно, считая, что эти соединения немобильны и трудноуправляемы, а главное – требуют иной организации тылов. Тактико-технические требования к перспективным танкам, как и ожидалось, были скорректированы. В частности, в письме от 23 декабря начальнику КБ завода № 185 им. С.М. Кирова новый начальник потребовал усилить бронирование новых танков с тем, чтобы на дистанции 600-800 метров (эффективная дальность).

Новейшие танки мира при проектировании новых танков необходимо предусмотреть возможность увеличения уровня броневой защиты во время модернизации по крайней мере на одну ступень…» Эта задача могла быть решена двумя путями Во-первых, увеличением толщины броневых листов и, во-вторых, «применением брони повышенной сопротивляемости». Нетрудно догадаться, что второй путь считался более перспективным, так как применение особым образом упрочненных броневых листов, или даже двухслойной брони, могло при сохранении прежней толщины (и массы танка в целом) поднять ее стойкость в 1,2-1,5 раза. Именно этот путь (применение особо упрочненной брони) и был выбран в тот момент для создания новых типов танков.


Танки СССР на заре танкового производства наиболее массово применялась броня, свойства которой по всем направлениям были идентичны. Такая броня называлась гомогенной (однородной), и с самого начала броневых дел мастера стремились к созданию именно такой брони, ведь однородность обеспечивала стабильность характеристик и упрощала обработку. Однако в конце XIX века было замечено, что при насыщении поверхности броневой плиты (на глубину от нескольких десятых долей до нескольких миллиметров) углеродом и кремнием ее поверхностная прочность резко повышалась, тогда как остальная часть плиты оставалась вязкой. Так в обиход вошла гетерогенная (неоднородная) броня.

Военные танки применение гетерогенной брони было очень важно, так как увеличение твердости всей толщи броневого листа приводило к уменьшению его упругости и (как следствие) к увеличению хрупкости. Таким образом, наиболее прочная броня при прочих равных условиях оказывалась очень хрупкой и часто кололась даже от разрывов осколочно-фугасных снарядов. Поэтому на заре броневого производства при изготовлении гомогенных листов задача металлурга заключалась в том, чтобы достичь максимально возможной твердости брони, но при этом не потерять ее упругости. Поверхностно упрочненная насыщением углеродом и кремнием броня была названа цементированной (цементованной) и считалась в то время панацеей от многих бед. Но цементация – процесс сложный, вредный (например, обработка раскаленной плиты струей светильного газа) и сравнительно дорогой, и потому его освоение в серии требовало больших затрат и повышения культуры производства.


Танк военных лет даже в эксплуатации эти корпуса были менее удачными, чем гомогенные, так как без видимых на то причин в них образовывались трещины (преимущественно в нагруженных швах), да и ставить заплатки на пробоины в цементованных плитах в ходе ремонта было весьма затруднительно. Но все же ожидалось, что танк, защищенный 15-20-мм цементованной броней, будет эквивалентен по уровню защиты такому же, но укрытому 22-30-мм листами, без значительного увеличения массы.
Также к середине 1930-х в танкостроении научились упрочнять поверхность сравнительно тонких бронеплит неравномерной закалкой, известной с конца XIX века в судостроении как «метод Круппа». Поверхностная закалка приводила к значительному увеличению твердости лицевой стороны листа, оставляя основную толщу брони вязкой.

Как стреляют танки видео до половины толщины плиты, что было, конечно, хуже, чем цементация, так как при том, что твердость поверхностного слоя была выше, чем при цементации, упругость листов корпуса значительно снижалась. Так что «метод Круппа» в танкостроении позволял поднять прочность брони даже несколько больше, чем цементация. Но та технология закалки, что применялась для морской брони больших толщин, уже не годилась для сравнительно тонкой брони танков. До войны этот способ почти не применялся в нашем серийном танкостроении из-за трудностей технологического характера и сравнительно высокой стоимости.


Боевое применение танков наиболее отработанной для танков была 45-мм танковая пушка обр 1932/34 гг. (20К), и до событии в Испании считалось, что ее мощности вполне хватает для выполнения большинства танковых задач. Но бои в Испании показали, что 45-мм орудие может удовлетворять только задаче борьбы с вражескими танками, так как даже обстрел живой силы в условиях гор и леса оказывался малоэффективным, а уж вывести из строя окопанную вражескую огневую точку можно было только в случае прямого попадания. Стрельба же по укрытиям и ДЗОТам была неэффективна вследствие малого фугасного действия снаряда массой всего около двух кг.

Виды танков фото чтобы даже одно попадание снаряда надежно выводило из строя противотанковую пушку или пулемет; и в-третьих, чтобы увеличилось пробивное действие танковой пушки по броне вероятного противника, так как на примере французских танков (уже имевших толщину брони порядка 40-42 мм) стало ясно, что броневая защита иностранных боевых машин имеет тенденцию к значительному усилению. Для этого существовал верный путь – увеличение калибра танковых пушек и одновременное увеличение длины их ствола, так как длинная пушка большего калибра ведет огонь более тяжелыми снарядами с большей начальной скоростью на большее расстояние без исправления наводки.


Лучшие танки мира имели пушку большого калибра, также имеет большие размеры казенной части, значительно больший вес и увеличенную реакцию отдачи. А это требовало увеличения массы всего танка в целом. Кроме того, размещение в замкнутом объеме танка больших по габаритам выстрелов приводило к снижению возимого боекомплекта.
Положение усугублялось тем, что в начале 1938 г. вдруг оказалось, что дать заказ на проектирование нового, более мощного танкового орудия просто некому. П. Сячинтов и вся его конструкторская группа были репрессированы, так же как и ядро КБ «Большевика» под руководством Г. Магдесиева. На воле осталась лишь группа С. Маханова, который с начала 1935 г. пытался довести свое новое 76,2-мм полуавтоматическое единое орудие Л-10, да коллектив завода № 8 неспешно доводил «сорокапятку».

Фото танков с названиями количество разработок велико, но в серийное производство в период 1933-1937 гг. не принят ни один…». В самом деле, ни один из пяти танковых дизелей воздушного охлаждения, работа над которыми велась в 1933-1937 гг. в двигательном отделе завода № 185, доведен до серии не был. Более того, несмотря на решения на самых верхних уровнях о переходе в танкостроении исключительно на дизельные двигатели, процесс этот сдерживался рядом факторов. Конечно, дизель имел значительную экономичность. Он расходовал меньшее количество топлива на единицу мощности в час. Дизельное топливо менее подвержено возгоранию, так как температура вспышки его паров была весьма высока.


Новые танки видео даже наиболее доведенный из них танковый двигатель МТ-5 требовал для серийного выпуска реорганизации двигательного производства, что выражалось в постройке новых цехов, поставках передового иностранного оборудования (своих станков нужной точности еще не было), финансовых инвестициях и укреплении кадров. Планировалось, что в 1939-м этот дизель мощностью 180 л.с. пойдет на серийные танки и артиллерийские тягачи, но из-за следственных работ по выяснению причин аварий танковых двигателей, которые длились с апреля по ноябрь 1938 г., эти планы выполнены не были. Также была начата и разработка немного увеличенного по высоте шестицилиндрового бензинового мотора № 745 мощностью 130-150 л.с.

Марки танков удельными показателями, вполне устраивавшими танкостроителей. Испытания танков проводились по новой методике, специально разработанной по настоянию нового начальника АБТУ Д. Павлова применительно к боевой службе в военное время. Основой испытаний был пробег протяженностью 3-4 дня (не менее 10-12 часов ежедневного безостановочного движения) с однодневным перерывом для техосмотра и производства восстановительных работ. Причем ремонт разрешалось производить только силами полевых мастерских без привлечения заводских специалистов. Далее следовала «площадка» с препятствиями, «купание» в воде с дополнительной нагрузкой, имитировавшей пехотный десант, после чего танк отправлялся на обследование.


Супер танки онлайн после работы по улучшению, казалось, снимали с танков все претензии. И общий ход испытаний подтвердил принципиальную правильность основных изменений конструкции – увеличение водоизмещения на 450-600 кг, применение двигателя ГАЗ-М1, а также трансмиссии и подвески «Комсомольца». Но в ходе испытаний в танках вновь проявились многочисленные мелкие дефекты. Главный конструктор Н. Астров был отстранен от работ и в течение нескольких месяцев находился под стражей и следствием. Кроме того, танк получил новую башню улучшенной защиты. Измененная компоновка позволила разместить на танке больший боекомплект к пулемету и два маленьких огнетушителя (прежде огнетушителей на малых танках РККА не было).

Танки США в рамках работ по модернизации, на одном серийном образце танка в 1938-1939 гг. прошла испытания торсионная подвеска, разработанная конструктором КБ завода № 185 В. Куликовым. Она отличалась конструкцией составного короткого соосного торсиона (длинные моноторсионы нельзя было использовать соосно). Однако такой короткий торсион на испытаниях показал недостаточно хорошие результаты, и потому торсионная подвеска в ходе дальнейших работ не сразу проложила себе дорогу. Преодолеваемые препятствия: подъемы не менее 40 градусов, вертикальная стенка 0,7м, перекрываемый ров 2-2,5 м».

Ютуб про танки работы по изготовлению опытных образцов двигателей Д-180 и Д-200 для разведывательных танков не ведутся, ставя под угрозу выпуск опытных образцов». Оправдывая свой выбор, Н. Астров говорил, что колесно-гусеничный неплавающий разведчик (заводское обозначение 101 или 10-1), равно как и вариант танка-амфибии (заводское обозначение 102 или 10-2), являются компромиссным решением, так как удовлетворить требованиям АБТУ в полной мере не представляется возможным. Вариант 101 представлял собой танк массой 7,5 т с корпусом по типу корпуса, но с вертикальными бортовыми листами цементованной брони толщиной 10-13 мм, так как: «Наклонные борта, вызывая серьезное утяжеление подвески и корпуса, требуют значительного (до 300мм) уширения корпуса, не говоря уже об усложнении танка.

Видео обзоры танков в которых силовой агрегат танка планировалось выполнить на базе 250-сильного авиамотора МГ-31Ф, который осваивался промышленностью для сельскохозяйственных самолетов и автожиров. Бензин 1-го сорта размещался в танке под полом боевого отделения и в дополнительных бортовых бензобаках. Вооружение полностью отвечало заданию и состояло из спаренных пулеметов ДК калибра 12,7-мм и ДТ (во втором варианте проекта значится даже ШКАС) калибра 7,62-мм. Боевая масса танка с торсионной подвеской составляла 5,2 т, с рессорной – 5,26 т. Испытания прошли с 9 июля по 21 августа по методике, утвержденной в 1938 г., причем особое внимание уделялось танкам.

oruzhie.info

Т-38 – советский малый плавающий танк (в ряде источников его называют танкеткой) периода средины 30-х – начала 40-х годов прошлого столетия, явившийся модернизированным типом плавающих танков и развитием конструкции танка Т-37А. В названии буква «Т» обозначает слово «танк», а число «38» – тип разработанного танка по порядку.

История и предпосылки создания.

В средине 30-х годов прошлого столетия на вооружении РККА уже состоял один малый плавающий танк Т-37А. Но его эксплуатация и применение в ходе учений выявили его серьезнейшие недостатки в бронировании и конструкции ходовой части. Поэтому конструкторское бюро завода № 37 получило государственное задание на разработку нового плавающего танка с использованием базы Т-37А. Главным конструктором нового танка, который получил название Т-38, был назначен Николай Александрович Астров, уже имевший опыт в разработках и модернизации малых плавающих танков.

Работы по созданию технической документации начались еще в конце 1934 года, а  в июне 1935 года был собран уже и прототип будущей машины, который почти сразу же поступил на государственные испытания.

29 февраля 1936 года после незначительных замечаний и доработок был принят комиссией на вооружение РККА.

Незначительная партия малых плавающих танков Т-38 была собрана на Горьковском автомобильном заводе (ГАЗ) уже в конце 1935 года, а к началу февраля следующего года ГАЗ собрал в общей сложности 40 экземпляров нового танка. После этого производство на ГАЗе было свернуто, а выпуск танков Т-38 был продолжен на заводе № 37. Уже летом 1936 года малый плавающий танк Т-38 полностью на конвейере завода сменил Т-37А.

Компоновка.

Малый плавающий танк Т-38 был скомпонован так же, как и его предшественник, довольно нестандартно для танков РККА компоновку, но его компоновка стала достаточно типичной для малых плавающих танков 30-х годов. Отделение управления совмещалось в средней части корпуса танка с боевым и моторным отделениями. Трансмиссионное отделение располагалось в носовой части корпуса. В задней части корпуса находилось кормовое отделение, где помещались системы охлаждения, приводной механизм гребного винта и топливный бак.

Экипаж малого плавающего танка Т-38 состоял из двух человек. В состав экипажа входили командир танка и механик-водитель. Механик-водитель размещался в левой части корпуса в месте сопряжения отделении управления и боевого отделения. Командир находился в башне, которая при установке смещалась от продольной оси вправо. В боевых условиях командир танка через приборы наблюдения осуществлял обзор местности и вел огонь из башенного пулемета, при наличии рации выполнял функции еще и радиста.

Для посадки и высадки в танк механик-водитель и командир пользовались своими люками, которые размещались соответственно в корпусе и крыше башни танка.

Бронезащита корпуса и башни.

Бронезащита малого плавающего танка Т-38 разрабатывалась по противопульному принципу.  Броня защищала танк и его экипаж исключительно от винтовочных калибров и мелких осколков с малой кинетической энергией.

Бронекорпус танка Т-38 собирался из листов броневой стали, которые монтировались на каркас корпуса и между собой как помощью заклепочных соединений, так и с помощью сварки. При сборке броневого корпуса использовали катаные листы из броневой стали толщиной 4 миллиметра, которые формировали крышу и днище корпуса, лобовую часть корпуса, а так же корму и борта формировали броневые листы толщиной 10 и 6 миллиметров соответственно.

Башня танка Т-38, как и у танка-предшественника, собиралась также с помощью сварки и склепывания гнутого в цилиндр броневого листа и установки его на каркас башни. При этом броня башни по всему кругу имела толщину 8 миллиметров. Толщина бронелиста, который формировал крышу башни, не превышала 4 миллиметров. В лобовой части башни исполнялось отверстие для установки неподвижной маски пулемета.

Вооружение.

В качестве вооружения малого плавающего танка Т-38 использовался 7,62-миллиметровый танковый пулемет ДТ, образца 1929 года. Пулемет ДТ устанавливался в шаровую установку неподвижной маски в лобовой части башни танка. Качанием шарового яблока пулемет наводился при стационарном положении башни в секторе 30 градусов в горизонтальной плоскости и в диапазоне от −20 до +30° в вертикальной. Боекомплект к пулемету включал в себя 1512 патронов, которые укладывались в 24 дисковые трехрядные магазины по 63 патрона в каждый. Магазины помещали в укладки по левому борту корпуса и по обоим бортам башни.

В двух экспериментальных танках, получивших индекс Т-38Ш, в качестве вооружения была задействована 20-миллиметровая пушка ТНШ, но данная модификация в серию не пошла и ее развитие осталось на этапе создания прототипов.

Ходовая часть, двигатель и трансмиссия.

В качестве силовой установки плавающего танка Т-38 использовался рядный четырёхтактный карбюраторный четырёхцилиндровый двигатель ГАЗ-АА жидкостного охлаждения, который развивал максимальную мощность до 40 лошадиных сил, что позволяло танку развивать скорость в 40 и 6 километров в час при движении по шоссе и на плаву соответственно. Топливом для двигателя ГАЗ-АА служил бензин второго октанового ряда, который заливался в бак емкостью 140 литров, расположенный в корме по левую сторону корпуса. В улучшенной модификации танка Т-38М в качестве силовой установки использовали двигатель 50-сильный двигатель ГАЗ-М-1, который позволял развивать чуть большую мощность, нежели двигатель ГАЗ-АА.

Малый плавающий танк Т-38, как и его предшественник, был оснащен механической трансмиссией, которая состояла из:

четырёхступенчатой механической коробкой скоростей (при четырех скоростях вперед и одной – назад);

ступенчатого карданного вала;

главной (основной) конической передачи;

двух многодисковых бортовых фрикционов, работающих по принципу сухого трения «сталь по стали» и тормозами ленточного типа с накладками «феродо»;

двух простых однорядных бортовых редукторов.

Ходовая часть малого плавающего танка Т-38 по каждому борту состояла из четырёх обрезиненных одиночных опорных катков, имевших диаметр в 400 миллиметров, двух поддерживающих обрезиненных катков в диаметре 180 миллиметров, обрезиненного ленивца и ведущей одиночной звёздочки. Подвеска опорных катков была сконструирована по схеме «ножницы» аналогично танку Т-37А.

Гусеница малого плавающего танка Т-38 имела тип двухгребневой  цевочным зацеплением. Каждая из двух гусениц танка собиралась из 86 литых стальных траков, имевших общую ширину в 200 миллиметров при шаге в 87 миллиметров.

Боевое применение.

Малые плавающие танки Т-38 получили свое боевое крещение в Польской кампании. Учитывая то, что РККА не вело достаточно интенсивных боев в этот период, то и отсутствие потерь в танках Т-38 выглядит вполне логичным фактом.

В Зимней войне с Финляндией эффективное использование малых плавающих танков Т-38 приходится как раз на те случаи, когда у финнов отсутствовали  средства борьбы с танками. В этих ситуациях танки Т-38 с успехом выполняли свои функции по разведке и поддержке пехоты в наступлении и обороне. Безвозвратные потери в танках Т-38 приходятся на подрывы на минах (танк поражался даже противопехотными минами) и на поражение брони танка противотанковой артиллерией и противотанковыми ружьями.

В начальный период вторжения Германии на территорию СССР значительная часть танков Т-38 РККА была потеряна. Незначительное их количество продолжали службу в подразделениях Красной Армии вплоть до 1944 года, выполняя функции командирских, разведывательно-дозорных танков и танков охранения. В последний раз в боевых действиях малые плавающие танки Т-38 использовались в 1944 году в ходе операции по захвату плацдарма на реке Свирь. Считается, что применение малых плавающих танков Т-38 в этой операции было успешным.

Кроме Красной Армии, танки Т-38 состояли так же на вооружении армий Финляндии, Германии, Венгрии и Румынии в качестве трофейных, захваченных в Зимней войне и в первые месяцы Великой Отечественной войны.

tanki-v-boju.ru

Военный журнал

Танки

Самолеты

Танк Т-38В 1935 году была проведена модернизация танка Т-37А, направленная на улучшение его ходовых характеристик. При сохранении прежней компоновки новый танк, получивший обозначение Т-38, стал ниже и шире, что повысило его остойчивость на плаву, а улучшенная система подвески позволила увеличить скорость и плавность хода. Вместо автомобильного дифференциала на танке Т-38 использованы в качестве механизма поворота бортовые фрикционы.

При производстве танка широко использовалась сварка. Машина была при­нята на вооружение Красной Армии в феврале 1936 года и находилась в производстве до 1939 года. Всего промышленностью было выпущено 1382 танка Т-38. Они состояли на вооружении танковых и разведывательных батальонов стрелковых дивизий, разведывательных рот отдельных танковых бригад. Необходимо отметить, что в то время ни в одной из армий мира таких танков не было.

Танк Т-38

Эксплуатация плавающих танков в войсках выявила у них большое количество недостатков и недоработок. Выяснилось, что у Т-37А ненадежна трансмиссия и ходовая часть, часто спадают гусеницы, мал запас хода, недостаточен запас плавучести. Поэтому КБ завода №37 получило задание на проектирование нового танка-амфибии на базе Т-37А. Работы начались в конце 1934 года под руководством нового главного конструктора завода Н. Астрова. При создании боевой машины, получившей заводской индекс 09А, предполагалось устранить выявленные недостатки Т-37А, главным образом повысить надежность работы агрегатов нового плавающего танка. В июне 1935 года опытный образец танка, получившего армейский индекс Т-38, вышел на испытания. При проектировании нового танка конструкторы по возможности постарались использовать элементы Т-37А, к этому времени хорошо освоенного в производстве.

Компоновка плавающего Т-38 была аналогична танку Т-37А, но механик-водитель был размещен справа, а башня слева. В распоряжении механика-водителя имелись смотровые щели в лобовом щитке и правом борту корпуса.
Т-38, по сравнению с Т-37А, имел более широкий корпус без дополнительных надгусеничных поплавков. Вооружение Т-38 осталось прежним — 7,62-мм пулемет ДТ, смонтированный в шаровой установке в лобовом листе башни. Конструкция последней, за исключением мелких изменений, была полностью заимствована у танка Т-37А.
На Т-38 был установлен тот же двигатель, что и на его предшественнике ГАЗ-АА мощностью 40 л.с. Двигатель в блоке с главным фрикционом и коробкой перемены передач устанавливался вдоль оси танка между сиденьями командира и механика-водителя.
Трансмиссия состояла из однодискового главного фрикциона сухого трения (автомобильное сцепление от ГАЗ-АА), «газовской» четырехскоростной коробкой перемены передач, карданного вала, главной передачи, бортовых фрикционов и бортовых передач.

Танк Т-38

Ходовая часть во многом была идентична плавающему танку Т-37А, от которого заимствовали конструкцию тележек подвески и гусеницы. Была несколько изменена конструкция ведущего колеса, а направляющее колесо по габаритам стало идентичным опорным каткам (за исключением подшипников).
Для движения машины на плаву использовался трехлопастной винт и плоский руль. Винт при помощи карданного вала соединялся с редуктором отбора мощности, закрепленном на коробке перемены передач.
Электрооборудование Т-38 выполнялось по однопроводной схеме с напряжением 6В. В качестве источников электроэнергии использовались аккумулятор З-СТП-85 и генератор ГБФ-4105.

Танк Т-38

Новая машина имела большое количество недостатков. Например, по донесению завода №37 в АБТУ РККА — с 3 по 17 июля 1935 года Т-38 выходил на испытания только четыре раза, все остальное время танк находился в ремонте. С перерывами испытания нового танка шли до зимы 1935 года, а 29 февраля 1936 года постановлением совета труда и обороны СССР танк Т-38 был принят на вооружение Красной Армии взамен Т-37А. Весной того же года началось серийное производство новой амфибии, которое до лета шло параллельно с выпуском Т-37А.

Танк Т-38

Серийный Т-38 несколько отличался от прототипа — был установлен дополнительный опорный каток в ходовую часть, незначительно изменилась конструкция корпуса и люка механика-водителя. Бронекорпуса и башни для танков Т-38 поступали только с Подольского завода имени Орджоникидзе, который к 1936 году сумел наладить их производство в необходимом количестве. В 1936 году на небольшое количество Т-38 установили сварные башни производства Ижорского завода, задел которых остался после прекращения производства Т-37А.

Танк Т-38

Осенью 1936 года на НИБТ полигоне прошел испытания на гарантийный километраж серийный плавающий танк Т-38 с тележками новою образца. Они отличались отсутствием поршня внутри горизонтальной пружины, а для того, чтобы направляющий стержень не вышел из трубки при возможном случае разгрузки катков, к кронштейнам тележки крепился стальной трос. В ходе испытаний в сентябре — декабре 1936 года этот танк прошел 1300 километров по дорогам и пересеченной местности. Новые тележки, как отмечалось в документах, «в работе показали себя хорошо, показав ряд преимуществ перед прежней конструкцией».

Танк Т-38

В выводах, содержащихся в отчете об испытаниях Т-38 было сказано следующее: «Танк Т-38 пригоден для решения самостоятельных тактических задач. Однако для повышения динамики необходимо поставить двигатель М-1. Кроме того, необходимо устранить недостатки: гусеница спадает при движении по пересеченной местности, недостаточна амортизация подвески, рабочие места экипажа неудовлетворительны, водитель имеет недостаточный обзор влево».

С начала 1937 года в конструкцию танка ввели ряд изменений: на смотровую щель в лобовом щитке механика-водителя стали устанавливать броневую планку, предохраняющую от попадания свинцовых брызг при ружейно-пулеметном обстреле танка, в ходовой части стали использовать тележки нового образца (со стальным тросом). Кроме того, и производство пошел радийный вариант Т-38, оснащенный радиостанцией 71-ТK-1 со штыревой антенной. Ввод антенны находился на верхнем переднем листе корпуса между местом механика-водителя и башней.

Танк Т-38

Весной 1937 года выпуск плавающих танков Т-38 был приостановлен — из войск поступало большое количество рекламаций на новую боевую машину. После летних маневров 1937 года, приведенных в Московском, Киевском и Белорусском военных округах, руководство Автобронетанкового управления Красной Армии поручило конструкторскому бюро завода модернизировать танк Т-38.

Модернизация должна была заключаться в следующем:

  • повышение скорости движения танка, особенно на местности,
  • повышение скорости и надежности при движении на плаву,
  • повышение боевой мощи,
  • улучшение удобства обслуживания,
  • повышение срока службы и надежности агрегатов танка,
  • унификация деталей с трактором «Комсомолец»,снижающее стоимость танка.

Работа по созданию новых образцов Т-38 шла довольно медленно. Всего изготовили два прототипа, получившие обозначения Т-38М1 и Т-38М2. Оба танка имели двигатели ГАЗ М-1 мощностью 50 л.с. и тележки от тягача «Комсомолец». Между собой машины имели незначительные отличия.
Так Т-38М1 имел корпус, увеличенный по высоте на 100-мм, что давало прирост водоизмещения на 600 кг, ленивец танка опустили на 100-мм, для уменьшения продольных колебаний машины.

Танк Т-38

Корпус Т-38М2 повысили на 75-мм, обеспечив прирост водоизмещения в 450 кг, ленивец остался на прежнем месте, радиостанция на машине отсутствовала. Во всем остальном Т-38М1 и Т-38М2 были идентичны.
В мае-июне 1938 года оба танка прошли широкомасштабные испытании на полигоне в подмосковной Кубинке.
Т-38М1 и Т-38М2 показали ряд преимуществ перед серийным Т-38 и Автобронетанковое управление РККА подняли вопрос о развертывании производства модернизнроваиного плавающего танка, получившего обозначение Т-38М (или Т-38М серийный).
Всего в 1936 — 1939 годах было изготовлено 1175 линейных, 165 радийных танков Т-38 и 7 Т-38М включая Т-38М1 и Т-38М2.Всего промышленностью было выпущено 1382 танков.

Танк Т-38

В составе стрелковых и кавалерийских частей Красной Армии (к тому времени в танковых бригадах западных военных округов танков-амфибий уже не было) Т-38 и Т-37А приняли участие в «освободительном походе» в Западную Украину и Белоруссию, в сентябре 1939 года. К началу боевых действий с Финляндией. 30 ноября 1939 года в частях Ленинградского военного округа насчитывалось 435 Т-38 и Т-37, которые довольно активно участвовали в боях. Так, например, 11 декабря на Карельский перешеек прибыл 18 отб в составе 54 единиц Т-38. Батальон был придан 136 сд, танки использовались в качестве передвижных огневых точек на флангах и в промежутках между боевыми порядками атакующих пехотных подразделений. Кроме того, на танки Т-38 была возложена охрана командного пункта дивизии, а также вывоз с поля боя раненых и доставка боеприпасов.

Танк Т-38

Накануне Великой Отечественной войны в штат воздушно-десантного корпуса входил танковый полк, на вооружении которого должны были состоять 50 единиц Т-38. Боевое крещение советские танки-амфибии получили в ходе вооруженных конфликтов на Дальнем Востоке. Правда, использовались они там в весьма ограниченном количестве. Так, в частях и соединениях Красной Армии, участвовавших в боевых действиях в районе реки Халхин-Гол, танки Т-38 имелись только в составе стрелково-пулеметного батальона 11 тбр (8 единиц) и танкового батальона 82 сд (14 единиц). Судя по отчетам, они оказались малопригодными и в наступлении, и в обороне. В ходе боев с мая по август 1939 года 17 из них были потеряны.

 
Боевая
масса, т
Экипаж, чел.
Длина
корпуса, мм
Ширина, мм
Высота, мм
Клиренс, мм
Вооружение
Боекомплект,
патронов
лоб корпуса
борт корпуса
крыша
башня
Двигатель
Мощность,
л.с.
по шоссе
на плаву
Запас хода
по шоссе, км

Танк Т-38

Основные модификации танка Т-38:

  • Т-38 — линейный плавающий танк (1936, 1937, 1939 гг.);
  • СУ-45 — самоходно-артиллерийская установка (опытный образец, 1936 г.);
  • Т-38РТ — танк с радиостанцией 71-ТК-1 (1937 г.);
  • ОТ-38 — химический (огнеметный) танк (опытные образцы, 1935-1936 гг.);
  • Т-38М — линейный танк с автоматической 20-мм пушкой ТНШ-20 (1937 г.);
  • Т-38М2 — линейный танк с двигателем ГАЗ-М1 (1938 г.);
  • Т-38-ТТ — телемеханическая группа танков (1939-1940 гг.);
  • ЗИС-30 — САУ на базе тягача «Комсомолец» (1941 г.).

Источники:

  • М.В. Коломиец «Чудо-оружие» Сталина. Плавающие танки Великой Отечественной Т-37, Т-38, Т-40;
  • Танки-амфибии Т-37, Т-38, Т-40 [Фронтовая иллюстрация 2003-03];
  • М. Б. Барятинский. Амфибии Красной армии. (Моделист-конструктор);
  • Г.Л. Холявский «Полная энциклопедия танков мира 1915 — 2000 гг»;
  • Свирин М. Н. «Броневой щит Сталина. История советского танка 1937-1943»;
  • Альманах «Бронетанковое вооружение»;
  • Ivo Pejčoch, Svatopluk Spurný — Obrněná technika 3, SSSR 1919-1945;
  • Chamberlain, Peter & Chris Ellis (1972) Tanks of the World, 1915-1945;
  • Zaloga, Steven J.; James Grandsen (1984). Soviet Tanks and Combat Vehicles of World War Two.

wikiwar.ru

Танки Pz.Kpfw.38(t) сыграли важную роль в ходе сражений на советско-германском фронте 1941 года. К 22 июня 1941 года в немецких частях находилось 772 машины этого типа, которые использовались в пяти немецких танковых дивизиях. Неудивительно, что построенные в Чехии танки стали объектом пристального изучения со стороны советских специалистов. Данный материал посвящен исследованию трофейных Pz.Kpfw.38(t), а также их использованию в Красной Армии.

Из-под Крапивни на полигон

Во второй половине 30-х годов между Чехословакией и СССР развилось плотное сотрудничество в военной сфере. Сотрудничество шло взаимовыгодное: благодаря ему в чехословацких ВВС появились бомбардировщики Avia B-71 (чехословацкая версия СБ), а Красная Армия получила орудия особой мощности БР-17 и БР-18 (лицензионная версия орудий фирмы Škoda).

Развивалось сотрудничество и в сфере бронетанковой техники. Особый интерес здесь имела та же фирма Škoda, которая в лице Советского Союза видела потенциального покупателя для своих танков LT vz.35. Дело дошло до испытаний опытного образца в СССР, но сделка не состоялась, в том числе из-за опасений Škoda по поводу возможности нелицензионного выпуска LT vz.35. На деле для СССР этот танк был вчерашним днем, хотя отдельные его узлы и детали вызывали интерес. В частности, советские инженеры обратили внимание на подвеску, которую испытывали на Т-26, и трансмиссию.

Довольно плотным было и советское сотрудничество с фирмой ČKD. До испытаний ее танков в СССР дело не дошло, но компания снабжала советскую сторону довольно подробный информацией по своим боевым машинам и тягачам. Например, в Автобронетанковом управлении Красной Армии были хорошо осведомлены о ходе работ по среднему танку V-8-H.

После оккупации Чехии Германией сотрудничество прекратилось, но кое-какие материалы по тамошним разработкам в СССР все же попадали. Это стало возможным благодаря работе советской внешней разведки и чешским инженерам, которые, мягко говоря, весьма неоднозначно восприняли оккупацию своей страны Германией. В конце 1940 года удалось добыть образцы брони легкого танка LT vz.38, которые отправили в Ленинград на изучение специалистам НИИ-48. По итогам изучения был сделан вывод, что чешская сталь не представляет интереса для советской танковой промышленности.

Весной 1941 года Главное бронетанковое управление Красной Армии (ГАБТУ КА; с лета 1940 года так стало называться Автобронетанковое управление – прим. ред.) получило подробный материал по танкам TNH-P (LT vz.38), TNH-Sv (будущий Strv m/41) и Pz.Kpfw.38(t) Ausf.E. Помимо тактико-технических характеристик, была получена информация о конструкции корпуса и башни Pz.Kpfw.38(t) Ausf.E. Таким образом, к началу Великой Отечественной войны советские военные имели подробную информацию по этому танку, массово использовавшемуся немецкой армией.

Познакомиться с Pz.Kpfw.38(t) поближе советским специалистам удалось в начале августа 1941 года. 23 июля начались ожесточенные бои в районе деревни Крапивня Смоленской области. С немецкой стороны здесь сражалась 20-я танковая дивизия, в составе которой были Pz.Kpfw.II (в основном модификации Ausf.C), Pz.Kpfw.IV (в основном модификаций Ausf.D-E) и Pz.Kpfw.38(t). Также совместно с дивизией действовал 643-й противотанковый батальон, на вооружении которого находились истребители танков Panzerjäger I. С советской стороны немцам противостояли 107-я и, чуть позже, 102-я танковые дивизии.

В целом качественное превосходство было на немецкой стороне: несмотря на то, что в составе 107-й тд имелись КВ-1 и Т-34, основой силой являлись Т-26 и БТ. Это во многом объясняет, почему потери советской стороны оказались большими, чем у немцев. Тем не менее, удача от 20-й танковой дивизии отвернулась. Понеся тяжелые потери в боях в районе Крапивни, дивизия в последних числах июля была вынуждена отступить, потеряв при этом от 30 до 40 танков. Подбитые машины стали советскими трофеями. В «Красной Звезде» и других советских газетах появились материалы с фотографиями разгромленной немецкой техники.

По одному танку каждого типа было отправлено на научно-испытательный полигон в Кубинку. Следует добавить, что под Крапивней началась история бронеавтомобиля БА-64. Среди трофеев оказались немецкие броневики Sd.Kfz.222 и Sd.Kfz.223. Итогом изучения Sd.Kfz.223 стало начало работ по созданию похожего по классу броневика, который заменил БА-20.

Помимо этого, прямо на месте военный совет Западного фронта провел работы по изучению немецких танков. Помимо Pz.Kpfw.IV (в документах он шел как «танк средний тип IV обр.37 г.»), изучался Pz.Kpfw.38(t) Ausf.E. Первым делом танк обстреляли из противотанкового ружья Рукавишникова. Выяснилось, что пулей Б-39 с 300 метров танк не пробивается, а пуля БС-41 из 7 выстрелов пробила борт танка во всех случаях. При стрельбе из 45-мм пушки в лобовую часть на дистанции 500 метров один снаряд срикошетировал от экрана, сделав в нем вмятину и трещину, еще два в том же месте броню пробили. В целом был сделан вывод, что наличное противотанковое вооружение вполне может бороться с этими машинами.

Также было составлено довольно точное описание танка, правда, его боевую массу явно переоценили, указав ее как 18–20 тонн. Были указаны и слабые места машины. Таковыми являлись крыша моторного отделения, а также ведущее колесо, при попадании в которое часто имели случаи заклинивания. Слабой оказалась и защита моторного отделения от бутылок с зажигательной жидкостью.

Следующий этап изучения происходил уже на Полигоне в Кубинке, куда отправилась машина с башенным номером 44. Она также относилась к модификации Ausf.E. Интересно, что специалисты Полигона также ошиблись с боевой массой, изначально оценив ее в 14 тонн. Уже позже цифру скорректировали до 11 тонн. Отмечалась высокая культура производства, особое внимание было уделено планетарной коробке передач Praga-Wilson и планетарным механизмам поворота. Вместе с тем, по боевым возможностям и общей конструкции, по мнению специалистов полигона, машина не сильно отличалась от LT vz.35. Лобовая защита танка могла поражаться любыми типами артиллерии, а его борта были признаны уязвимыми для огня крупнокалиберных пулеметов. Дальнейшая судьба машины с башенным номером 44 неизвестна.

Хрупкий чешский болотоход

На более детальное изучение трофейного танка осенью 1941 года времени не нашлось. В тот момент у Полигона были совсем другие приоритеты. Осенью 1941 года его эвакуировали в Казань, а вместе с ним – и часть трофейной техники. Среди нее оказался и танк с башенным номером 624, также из состава 20-й танковой дивизии. Вероятнее всего, этот танк тоже был в числе трофеев, захваченных в сражении у Крапивни. Машина досталась Полигону в нерабочем состоянии, для ее ремонта понадобилось несколько месяцев. Закончился он только к весне 1942 года, хотя, судя по некоторым признакам, полностью работоспособным танк так и не стал.

Летом 1942 года было решено провести совместные испытания иностранных и трофейных танков. Принимал в них участие и Pz.Kpfw.38 (t). За время испытаний, проходивших в июле 1942 года, машина прошла 120 километров, то есть меньше всех участников. Это наводит на мысль о том, что ее техническое состояние было далеким от идеального. Об этом говорит и максимальная скорость, составившая на булыжном шоссе всего 30 км/ч. Соответствующими оказались и средние скорости, составившие 25 км/ч по шоссе, 16 км/ч по проселку и 13 км/ч по бездорожью. Расход горючего при этом оказался наименьшим среди участников – 132, 169 и 185 литров соответственно. Максимальный угол преодолеваемого подъема составил 20 градусов, а крена – 25 градусов.

В целом можно сказать, что советских военных чешский танк не впечатлил. Даже если бы он был полностью исправен, характеристики вряд ли сильно улучшились. Кроме того, в случае с преодолением подъемов ограничивающим фактором оказалась не мощность двигателя, а сцепление гусениц с грунтом. В этом отношении танк оказался равным американским Light Tank M3 и Medium Tank M3. Примерно та же картина была и с максимальным углом крена. Он ограничивался сбрасыванием гусениц, и здесь Pz.Kpfw.38(t) оказался в числе аутсайдеров. Аналогичный максимальный угол крена показал Medium Tank M3, остальные машины оказались в этом плане лучше.

В случае с преодолением водной преграды сослаться на плохое техническое состояние было уже сложно. Итоги оказались печальными: пройдя 35 метров, танк погрузился на 1350 мм, вода быстро залила его моторное отделение, и мотор заглох. Вытаскивать машину пришлось с помощью тягача. Справедливости ради, немецкий Pz.Kpfw.III Ausf.H прошел еще меньше – 30 метров.

Реабилитировался чешский танк в ходе испытаний на преодоление болота. Машина несколько раз прошла болотистую местность вдоль и поперек, уверенно двигаясь по сложным участкам.

В сентябре-октябре 1942 года были проведены испытания обстрелом трофейных танков. Кроме того, испытывались и огневые возможности пушек трофейных танков. При стрельбе из 37-мм пушки KwK 38(t) бронебойными снарядами по StuG III Ausf.B лобовой лист толщиной 50 мм не пробивался со всех дистанций, при этом борта успешно поражались на дистанции 850 метров. В случае использования подкалиберного снаряда лоб немецкой самоходной установки пробивался на дистанции 400 метров.

Далее был проведен обстрел корпуса Pz.Kpfw.38(t) с башенным номером 121. В целом толщина брони чешского танка выглядела вполне достойно, но лишь до тех пор, пока не был проведен обстрел. Наиболее стойко броня показала себя против бронебойных снарядов 2-фунтовой (40 мм) английской пушки. На дистанции 200 метров из нее не удалось пробить ни лобовой лист корпуса, ни лоб подбашенной коробки, но при этом попадания сопровождались трещинами. Это означало, что после нескольких таких попаданий броня все равно будет пробита. При стрельбе из ДШК с дистанции 200 метров по корме корпуса было получено 100% пробитий. На дистанции 200 метров при стрельбе по борту корпуса в районе моторного отделения из 13 попаданий удалось добиться 4 пробитий. При сокращении дистанции до 150 метров из 9 попаданий не пробили броню всего 2 пули.

Результаты стрельбы по чешскому танку из 45-мм пушки примерно соответствовали результатам обстрела, произведенного в августе 1941 года. На дистанции 200 метров из трех выстрелов два увенчались сквозным пробитием. На дистанции 400 метров пробивался первый лист. Что же касается бортов, то они уверенно пробивались на дистанции до 1000 метров. Похожим образом показала себя броня Pz.Kpfw.38(t) при обстреле из 37-мм пушки американского легкого танка M3.

Впрочем, к тому моменту основным противником Pz.Kpfw.38(t) были советские средние танки Т-34, встреча с которыми не сулила для него ничего хорошего. По танку с дистанции 800 метров из пушки советского среднего танка был выпущен всего один снаряд, чего оказалось достаточно. Лобовой лист подбашенной коробки сорвало и разбило на куски. Стрельба осколочно-фугасными снарядами дала очень похожий эффект. При попадании рвало клепаные соединения и гнуло листы. Попадание в правый борт башни раскололо его на куски.

Полученные результаты не должны сильно удивлять. Проблемы с броней у чехословацких танков начались еще в 30-е годы, и к началу войны их так и не удалось устранить. По результатам обстрела был сделан вывод, что чешская броня хрупкая. То же самое в своем заключении отразили и специалисты НИИ-48, изучавшие осенью 1942 года зарубежные танки. Исследования показали, что присадки никеля, повышающие вязкость стали, сведены в этой броне на нет. Дополнительная проблема заключалась в том, что корпус и башня Pz.Kpfw.38(t) собирались при помощи клепаных соединений. При попадании снаряда внутренняя часть заклепки отрывалась и превращалась в поражающий элемент.

Итоги изучения Pz.Kpfw.38(t) в СССР позволяют сказать, что этот танк рядом историков явно переоценен. В конце 30-х годов он действительно был одним из лучших танков в своем классе, но при этом проблема с броней значительно снижала его боевую эффективность. Кроме того, в 1940 – 1941 годах появилось несколько танков аналогичного класса, которые были явно не хуже. Прежде всего, это касается Light Tank M3. По совокупности характеристик он явно превосходил Pz.Kpfw.38(t), в первую очередь за счет подвижности. Больше того, и Strv m/41, шведский близнец Pz.Kpfw.38(t), был лучше его, особенно это касается танков второй серии. В отличие от чешской брони, шведская проблемами с хрупкостью не страдала.

Со звездой на борту

Данный материал будет не полным, если не упомянуть в нем об использовании трофейных Pz.Kpfw.38(t) в Красной Армии. По-настоящему массово танки этого типа стали попадать в руки советских трофейщиков в конце 1941 года, когда началось контрнаступление под Москвой. Трофеев оказалось настолько много, что в декабре 1941 года на территории завода «Подъемник» был организован бронетанковый ремонтный завод (БТРЗ) №82, основной задачей которого стал ремонт иностранной и трофейной техники. Эта специализация предприятия сохранилась до конца войны. Кроме того, ремонтом трофейной техники занимались и на территории, которую ранее занимал эвакуированный в Свердловск завод №37. Постепенно на старых площадях был организован филиал завода №37.

В целом трофейные чешские танки, которые в советских документах чаще всего назвались «Прага», оказались вполне надежными машинами. Другое дело, что далеко не все из них доставались заводу в состоянии, которое позволяло их отремонтировать. Чаще всего речь шла о достаточно серьезно поврежденных танках. Не стоит после этого удивляться, что из 53 завезенных на ремзавод №82 «Праг» удалось отремонтировать всего 13 штук. Филиал завода №37 отремонтировал еще 3 танка.

В феврале 1942 года появилась идея перевооружения трофейных танков советскими орудийными системами. В случае с «Прагой» предполагалось поставить либо 20-мм автоматическую пушку ТНШ, либо 45-мм танковую пушку. В качестве исполнителя работ выступало КБ завода №592 под руководством Е. В. Синильщикова и С. Г. Перерушева. Судя по документам, дальше задания дело здесь не продвинулось, поскольку более приоритетной задачей являлся проект САУ 122-СГ (СГ-122) на базе StuG III. Вместе с тем, часть танков, судя по фотографиям, получила советские пулеметы ДТ. Для обеспечения экипажей информацией об устройстве трофейных танков была издана краткая инструкция по эксплуатации.

Вероятнее всего, первый случай боевого применения трофейных Pz.Kpfw.38(t) имел место в Крыму. По крайней мере, несколько таких танков из состава 22-й танковой дивизии вермахта удалось захватить, и они попали в распоряжение Крымского фронта. Что же касается машин, которые поступили с ремзавода №82, то массово их применила в бою всего одна часть – ООТБ (отдельный особый танковый батальон). В некоторых публикациях он называется ООТБ литер «Б», но это уже другая часть, которая находилась в составе 31-й армии. Что же касается ООТБ, то он был отправлен в 20-ю армию.

Батальон сформировали в июле 1942 года, его командиром стал майор Ф.В. Небылов. Батальон полностью состоял из трофейных танков: помимо 10 Pz.Kpfw.38(t), в нем находилось 2 StuG III, 12 Pz.Kpfw.III и 6 Pz.Kpfw.IV. Характерной деталью «Праг» ООТБ были большие белые звезды, которые наносились на лобовой лист корпуса и борта башни. Такой отличительный знак был крайне необходим, поскольку трофейные танки могли подбить свои же.

По состоянию на 31 августа в батальоне было 8 «Праг, 6 Pz.Kpfw.IV, 10 Pz.Kpfw.III и 2 StuG III. К тому моменту батальон действовал совместно с 354-й стрелковой дивизией. 3 сентября батальон поддерживал наступление 1203-го стрелкового полка 354-й стрелковой дивизии в районе деревни Опокино. На следующий день одна «Прага» была подбита артиллерией, еще две машины оказались подбиты вражеской авиацией. Из оставшихся танков один находился в распоряжении командира 354-й сд. На следующий день было подбито еще 2 трофейных танка, но при этом 1, поврежденный ранее, удалось ввести в строй. Днем позже количество боеспособных «Праг» удалось довести до 5, из них 2 требовали ремонта. Экипажи окопали машины и использовали как неподвижные огневые точки. В тот момент батальон находился северо-восточнее деревни Черниково.

На протяжении следующей недели танки держали оборону совместно с 331-й стрелковой дивизией. По состоянию на 25 сентября в строю оставалось 3 «Праги». Из потерянных ранее танков 2 остались на территории противника, не так давно их фотографии «всплывали» на одном из интернет-аукционов. Позже эти машины удалось эвакуировать. Батальон до конца октября 1942 года имел примерно такой же состав, после чего его расформировали. Федор Васильевич Небылов закончил войну в звании гвардии подполковника, занимая к тому моменту должность заместителя командира 67-й гвардейской тяжелой танковой бригады. В ее составе он дошел до Берлина.


Источники:

  • Материалы ЦАМО РФ
  • Материалы РГАКФД
  • Фотоархив автора

warspot.ru

Участие Т-37А и Т-38 в малых конфликтах
Боевое крещение советские плавающие танки получили в ходе конфликтов на Дальнем Востоке. Но использовались они там весьма ограничено. Так в частях 57-го особого корпуса (1-й армейской группы) танки Т-37А имелись только в составе стрелково-пулеметного батальона 11-й ОЛТБр (8 ед.) и танкового батальона 82-й СД (14 ед.). В ходе боев на р. Халхин-Гол с мая по октябрь 1939 г. 17 их них были потеряны.

В ходе «освободительного» похода РККА в Западную Украину и Белоруссию, танки Т-37А и Т-38 были в составе стрелковых и кавалерийских частей (к тому времени в танковых бригадах этих машин уже не было). В эпизодических боестолкновениях с польскими войсками Т-37А и Т-38 показали себя плохо. Так, в бою в районе г. Холм было потеряно 3 Т-37А из состава танковых батальонов 45-й и 367-й СД. О действиях танков-амфибий в ходе польской кампании говорилось, что «танки Т-38 как машины разведки не соответствуют поставленным им задачам. В ходе всей операции они не успевали за танками Т-26… Танки Т-37А в ходе маршей часто выходили из строя, проходимость низкая, отставали даже от пехотных подразделений».

Участие Т-37А и Т-38 в зимней войне
К началу боевых действий с Финляндией в частях ЛВО насчитывалось 435 Т-37А и Т-38, которые довольно активно участвовали в боях. Например, 11 декабря 1939 г. на Карельский перешеек прибыл 18-й ОТБ имеющий в своем составе 54 танка Т-38. Батальон был придан 136-й СД, его танки использовались в качестве подвижных огневых точек в боевых порядках пехоты. Также на Т-38 была возложена охрана штаба дивизии, вывоз с поля боя раненых и доставка боеприпасов.
Захваченный финнами танк Т-37А
Танк т 38

В составе 70-й СД действовал 361-й ТБ (10 Т-26 и 20 Т-38). 2 декабря взвод Т-38 был послан в разведку к станции Ино. В ходе выполнения задачи наши танкисты встретили до батальона финской пехоты с артиллерией, пытавшейся зайти в тыл советским частям. Танкисты приняли ночной бой, длившийся до утра, и сорвали атаку противника. Артиллерийским огнем финнов было подбито 3 Т-38.

К 30 ноября 1939 г. в составе танковые войска 9-й армии состояли из 177-го отдельного разведбата 122-й СД и отдельного разведбата 163-й СД. В этих двух батальонах насчитывалось 29 танков Т-37А и 2 Т-38. За 15 дней боев почти все эти танки были потеряны, в основном, подорвавшись на минах.

В целом в условиях специфичного ТВД на Карельском перешейке маломощные, слабобронированные и легковооруженные плавающие танки показали себя неважно. Корпуса танков разрушались от взрыва противопехотных мин, броня пробивалась огнем противотанковых ружей. Маневренность машин на местности оказалась недостаточной, сцепление с грунтом слабым, а проходимость по снегу очень плохой. Почти везде танки-амфибии несли тяжелые потери и часто выходили из строя по техническим причинам.
Группа финских солдат у брошенных на дороге в районе Толваярви советских танков Т-26 и Т-37А
Танк т 38

Участие Т-37А и Т-38 в Великой Отечественной войне
В ходе формирования мехкорпусов, в 1940-1941 гг., для их укомплектования матчастью, использовалась вся техника танковых батальонов стрелковых дивизий, в том числе и танки-амфибии. По штату в механизированном корпусе должно было быть 17 машин данного типа. На деле такое положение соблюдалось не всегда. В некоторых корпусах плавающих танков не было вовсе, а в 40-й ТД 22-го МК КОВО насчитывалось 19 танков Т-26 и 139 Т-37А.

Советские танкисты ведут наблюдение с замаскированного танка Т-37А
Танк т 38

По состоянию на 1 июня 1941 года в Красной Армии имелось 2331 Т-37А и 1129 танков Т-38. Далеко не все эти машины пребывали в боевой готовности. В общем, по РККА было исправных Т-37А — 1371 машина, а Т-38 — 629 машин. В западных военных округах по своему техническому состоянию к 1-й и 2-й категориям относилось 523 Т-37А и 304 Т-38. Другими словами, только эти танки были технически исправны или, в крайнем случае, требовали мелкого ремонта. Основная их масса была потеряна в первый же месяц боев, многие -так и не вступив в бой с врагом. Главным образом, танки бросали или подрывали свои же экипажи из-за поломок и неисправностей. Лишь в считанных случаях, при грамотном использовании, этим слабым машинам удавалось оказать эффективную поддержку нашей пехоте. Один такой эпизод описал в своих воспоминаниях офицер-танкист Г. Пенежко, командовавший в первые дни войны ротой плавающих танков Т-37А, которые он именует то «танкетками», то «малютками».

«Наша рота танкеток давит небывало урожайную пшеницу. Мы выходим на правый фланг дивизии. Жарко. Парит полуденное солнце. Далеко слева — Перемышль. Город в дыму. Видны только шпили костелов.

Моя «малютка», во главе двух взводов танкеток, скребя днищем по кочкам лощины, резво несется к роще, по опушке которой только что подымались черные фонтаны.

Нам удалось опередить немцев и занять западную опушку рощи. Но не успел еще левофланговый взвод старшего сержанта Зубова заглушить моторы, как на гребень в четырехстах метрах от нас выскочила группа немецких мотоциклистов. Я подал сигнал «В атаку!» Мой сигнал принят. На правом фланге взвод Зубова уже давит мотоциклы и теснит их ко мне. С ходу врезаюсь в группу мотоциклистов и поливаю ее пулеметными очередями. Верткие трехколесные машины рассыпаются во все стороны. Моя танкетка не может делать резких поворотов. Меня это злит, я ругаюсь и преследую противника по прямой на гребень; повторяю сигнал. Танкетки спешат ко мне, расстреливая находу не успевших скрыться за гребень мотоциклистов.

Оба взвода вслед за бегущим противником перемахнули гребень, и я увидел над зелеными волнами пшеницы цепь больших темных машин. Они тянули за собой пушки. Едва успев дать красную ракету, я открываю почти в упор огонь по широкому стеклу встречной машины. Вздрогнув и перекосившись, она застыла на месте. Сизые пилотки убегающих немецких пехотинцев мелькают в пшенице. Дымят и пылают разбросанные по полю остовы гусеничных машин, от которых немцы не успели отцепить орудия. Мы носимся между горящими тягачами, забыв уже о мотоциклистах, скрывшихся в направлении хутора.

Вдруг над головой что-то резко и незнакомо просвистело, и я увидел показавшиеся со стороны хутора башни вражеских танков. Выбросив сигнал «Делай, как я!», разворачиваю машину «влево 90» и, непрерывно маневрируя, спешу выйти из-под обстрела. Машины выполняют мой приказ. Механики выжимают из своих «малюток» весь их запас скорости. Теперь уже ясно, что мы являемся целью немецких танков. Стреляя с хода, они забирают левее и идут нам наперерез. С обогнавшей меня танкетки покатилась сорванная снарядом башня, и машина, вздрогнув, остановилась».

Следует подчеркнуть, что приводимый отрывок является едва ли не единственным в отечественной мемуарной литературе описанием боя советских плавающих танков с немецкими войсками. Характерным в этом эпизоде является то, что, нанеся поражение подразделению мотоциклистов и разгромив колонну артиллерийских тягачей, танки Т-37А были вынуждены отступить, а если быть точным, — спасаться бегством перед танками противника, в бою с которыми у пулеметных машин не было никаких шансов уцелеть.
Подбитый и сгоревший на дороге советский плавающий танк Т-37А, рядом с которым лежит погибший танкист.
Танк т 38

Советские плавающие танки Т-38, разбитые в Брестской крепости. На переднем плен машина выпуска 1937 года с бронекорпусом и башней производства Подольского завода имени Орджоникидзе. На втором плане еще один танк Т-38. Танки находятся на территории цитадели рядом с Белым дворцом. Там же располагалась боевая техника 75-го отдельного разведывательного батальона 6-й стрелковой дивизии 28-го стрелкового корпуса 4-й армии Западного фронта, автобронепарк которого находился на берегу у развилки реки Мухавец.
Танк т 38

К весне 1942 года Т-37А в боевых частях осталось очень мало. Не имеет смысла перечислять все подразделения где ещё были танки Т-37А, отметим лишь только, что достаточно долго — до конца 1943 года — плавающие танки Т-37А эксплуатировались на Ленинградском фронте. Здесь, в условиях блокады, активных боевых действий не велось, к тому же имелась возможность ремонта машин на предприятиях Ленинграда. Из-за невысокой боевой ценности танков-амфибий их использовали главным образом для выполнения второстепенных задач. Так, на основании постановления Военного Совета Ленинградского фронта № 001225 от 3 сентября 1942 года сформировали три танковых роты по 10 Т-37А и Т-38 для охраны и обороны авиагарнизонов 38-го БАО (Озерки), 50-го БАО (Смольная) и 8-й авиабазы Балтийского флота. Помимо этого, на Ленинградском фронте была проведена одна из двух проведенных за всю войну операций (вторая проводилась в 1944 году на Карельском фронте), в которой плавающие танки использовались для форсирования водной преграды и захвата плацдарма на противоположном берегу. Одна из двух вышеназванных операций — операция по форсированию Невы началась ночью 26 сентября 1942 года. В первом эшелоне шла рота ОЛТБ — 10 машин. В 4.30 танки спустились к воде, при этом один из них сломался, а у двух других при маневрировании слетели гусеницы (позднее их эвакуировали в тыл). Оставшиеся семь машин вошли в Неву и устремились к левому берегу. Немцы, заметив переправу, осветили реку ракетами и открыли сильный артиллерийский, минометный и пулеметный огонь по танкам. В результате на левый берег вышло всего три танка. Но из-за того, что пехота 70-й стрелковой дивизии задержалась с переправой, все три машины были быстро подбиты. Их экипажи попытались вплавь переправится на правый берег, но в воде были расстреляны противником и утонули.

Подбитые советские плавающий танк Т-38 и грузовик ЗиС-5.
Танк т 38

В течение последующих четырех ночей советской пехоте удалось переправиться на левый берег Невы и занять там небольшой плацдарм. Вместе с пехотой удалось переправить и 29 танков, из них 16 Т-37А и Т-38 (9 Т-26 и 1 БТ-2 были перевезены через реку на пароме). На плацдарме танки сразу же ставились на позиции для их использования в качестве неподвижных огневых точек и окапывались. Но из-за открытой местности, сильного артиллерийского огня и бомбежек с воздуха, к 5 октября 1942 года 25 танков было подбито. Экипажи уничтоженных танков действовали как обычные пехотинцы, проявив при этом мужество и героизм. Так, вечером 5 октября группе немцев удалось просочиться в тыл частям, оборонявшимся на плацдарме. Группа танкистов, взяв два ящика гранат, забросала ими немцев, после чего бой перешел в рукопашную схватку. При этом механик-водитель ОЛТБ Байда «заколол ножом немецкого офицера, а тов. Рожков (тоже механик-водитель ОЛТБ) несколько немцев убил из нагана».

Дольше всего танки-амфибии Т-37А действовали на Карельском фронте. Здесь в сентябре 1941 года, за счет личного состава и матчасти расформированных отдельных разведывательных батальонов стрелковых дивизий, решением Военного Совета фронта были созданы внештатные бронеотряды. Эти отряды поступили в распоряжение командования оперативных групп фронта — Мурманской, Кандалакшской, Кемской и Медвежьегорской. Всего в составе этих групп имелось 38 танков Т-37А и Т-38. Это не такая уж и малая сила, если учесть, что к этому моменту на Карельском фронте имелось всего 34 танка (3 Т-28, 17 БТ, 6 Т-26 и 8 XT-133), 20 танкеток Т-27 и 44 броневика.

К лету 1944 года все оставшиеся в строю Т-37А, а также машины, переданные с Ленинградского фронта, были сведены в 92-й отдельный танковый полк. В ходе подготовки к наступлению в Карелии, командование фронта приняло решение использовать этот полк «для форсирования реки Свирь и захвата плацдарма с целью обеспечения переправы остальных войск». Эта операция стала вторым (и самым удачным) эпизодом, в котором плавающие танки использовались для переправы через водную преграду. Совместно с 92-м танковым полком, имевшим к 18 июля 1944 года 40 Т-37А и Т-38, должен был действовать 275-й отдельный моторизованный батальон особого назначения (ОМБОН), насчитывавший 100 автомобилей-амфибий Ford GPA, полученных из США по программе Ленд-лиза.

Брошенный советский легкий плавающий танк Т-38 на перекрестке улиц литовского города Вилкавишкис (Vilkaviškis), захваченного немцами.
Танк т 38

Операция началась утром 21 июля 1944 года. Началу переправы через реку Свирь предшествовала мощная артиллерийская подготовка, длившаяся 3 часа 20 минут. За 40 — 50 минут до окончания артогня 92-й танковый полк занял исходные позиции. Одновременно на берег реки вышли 338, 339 и 378-й гвардейские тяжелые самоходно-артиллерийские полки (63 ИСУ-152). Танки и автомобили-амфибии с десантом автоматчиков и саперов, начали переправу еще до окончания артиллерийской подготовки. Ведя огонь из пулеметов с хода, машины быстро достигли противоположного берега. При поддержке огня тяжелых самоходных полков, ведущих огонь прямой наводкой по ДЗОТам и огневым точкам противника, плавающие танки преодолели проволочные заграждения, три линии траншей и при поддержке десанта с автомобилей-амфибий завязали бой в глубине захваченного плацдарма.

Мощная артиллерийская подготовка и внезапность атаки плавающих танков и автомобилей-амфибий не позволили противнику использовать все огневые средства и обеспечили быстрый захват правого берега реки Свирь на фронте до 4 километров. При этом потери 92-го танкового полка составили всего 5 машин. В дальнейшем, по мере переправы стрелковых частей и расширения плацдарма, к вечеру 23 июля на правый берег Свири переправили танковую бригаду, танковый полк и четыре самоходно-артиллерийских полка, которые расширили и углубили прорыв.

Операция по форсированию реки Свирь стала последним известным эпизодом участия советских плавающих танков в Великой Отечественной войне.

Информация об использовании советских плавающих танков в армиях других стран довольно скупа. Единственной машиной, направленной на экспорт, был один танк Т-37А, проданный Турции в 1934 году вместе с партией Т-26. Советское правительство рассчитывало на заказ партии плавающих танков, но после испытаний Т-37А турки отказались от закупки таких танков. Остальные танки-амфибии попали в другие страны в качестве трофеев. Первой «обзавелась» ими армия Финляндии, захватившая в ходе советско-финляндской («Зимней») войны довольно большое количество Т-37А. После ремонта на заводе в Варкаусе они были включены в состав финского танкового батальона, имевшего на 31 мая 1941 года 29 Т-37А и 13 Т-38. К 1 июля 1943 года все Т-37А были выведены финнами из эксплуатации вследствие сильного износа.
Трофейный советский плавающий танк Т-37А на службе в финской армии. Машина имеет регистрационный номер R-202 и входит в состав учебной бронероты (Ps.Koul.K).
Танк т 38

В 1940 году один трофейный Т-37А финны подарили шведским добровольцам, которые в ходе «Зимней» войны действовали против частей Красной Армии на Кемском направлении. Непродолжительное время этот танк использовался в Военной пехотной школе недалеко от Стокгольма. Помимо финнов и шведов, трофейные Т-37А эксплуатировали венгры и румыны. Известно, что к 1 ноября 1942 года в румынской армии имелось 19 Т-37А.

Трофейные плавающие танки использовались и в частях вермахта, но в весьма небольших количествах. Главным образом они несли службу охраны в тылу, но иногда включались как внештатные машины в состав разведывательных батальонов пехотных дивизий.

Источники:
Солянкин, Павлов, Желтов, Павлов «Отечественные бронированные машины 1905-1941» Т1 М Экспринт. 2002 г.
М.Коломиец «Танки-амфибии Т-37, Т-38, Т-40» ФИ №3,2003 г.
М.Барятинский «Амфибии Красной Армии» Бронеколлекция №1, 2003 г.
М. Свирин «История советского танка 1919-1937г.» М. Яуза 2005г.
М. Свирин «История советского танка 1937-1943г» М. Яуза 2006г.
М. Барятинский «Советские танки в бою» М. Яуза 2006г.
Г. Пенежко «Записки советского офицера-танкиста» М. Яуза 2010г.

mihalchuk-1974.livejournal.com


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.