Плавающий танк т 38

Я соглашусь с тем, что разведчику было бы не плохо уметь плавать.У него должна быть хорошая проходимость, то есть, скорее всего гусеничный движитель.

Теперь переходим «к тому что есть» (точнее было). Т-37 уже косточки перемололи. Абсолютно с вами согласен, что БА20 и ежи с ними — это суррогат. Проходимость неважная даже в сравнении с Т-37.

Полностью понимаю руководство страны, которое на безрыбье принимало на вооружение в начале 30-х «разведчики» типа БА20 и Т-37. На безрыье и рак рыба. Плюс нужен опыт разработки, стройки, применения. Грубо говоря, разведчики «хоть какие нужные здесь и сейчас, а не завтра идеальный» (очень часто получаю подобные задания на работе).

Но вот проходит время, броневики обкатали, Т-37 поплавали. Нашли косяки, набили шишки… Но что-то более вменяемое ни промышленность не предложила, и военные не потребовали вопролотить новые концепции. Да, надо повышать проходимость, но кроме дорогих игрушек с импортными запчастями промышленность не предлагает. А модернизированный Т-37 в виде Т-38 оказался ничем не лучше. Что делать руководству?


Руководство в этом случае решило, что «сеница в руках лучше журавля в небе». И «дали добро» на продолжение использования в войсках и БА и плывунцов.

И это я считаю управленческой ошибкой. Грубо говоря вопрос стоял «что делать». Решение интуитивное, рефлекторное. Очень часто вижу это на работе. Решение «продолжать как есть, авось кривая выведет». 

Мне же кажется, надо было фигурально выражаясь, остановиться. Продолжать производить только чтобы заводы не стояли. А все силы, имеющиеся железяки бросить на эксперименты, учения. Военные и инженеры должны были как шаолиньские монахи лицезреть с утра до вечера, как туда-сюда вокруг них ездять колесные и гусеничные разведчики, расстреливают условные цели и пытаются передать по рации сведения. Надо было понять, что суррогат, морально устаревший ещё в момент принятия на вооружение, уже нельзя просто так производить. Нужно выработать своё решение. Своё, новое, смелое, оригинальное. Не пытаться модернизировать несовершенную концепцию.

Увы. Немцы более честные. Они если на учениях заметили, что рации плохии, то потом загрызли инженеров, требуя повысить качество. Немцы обкатали трехбашенник и отказались от него. Наши же, махнули рукой «авось прокатит»,

И вот как раз ценность финской в том, что она была как грабли — треснула по башке. «Не прокатило».


До ВОВ был кстати разработан отличный колесный полноприводный БА 4×4 с 12-мм вооружением и рациональной компановкой. Война помешала принять его на вооружение. Да и БА-11 уже ничего так… Т-40 уже что-то. Только раньше надо было. Не клепать суррогат, а хоть в каждой штучной модели экспериментировать, гробить их в бесконечных маршах, топить в речках… И найти решение…

Опять же, есть разные «правильные решения». Может если бы хорошенько задумались, то разработали бы нормальный плавающий танк. Воли и дальновидности руководства нехватило. 

 

alternathistory.com

Разработка танка и путь в серию. 

tank-t-38-23В начале лета 1935 года, начались испытания новой амфибии, которая получила войсковой индекс Т-38. Общая компоновка машины в целом повторяла таковую у своего предшественника. Хотя механик-водитель находился не слева, а справа. Соответственно башню сместили влево. В конструкции танка нашли широкое применение узлы серийного Т-37А. Т-38 оказался ниже и шире, а дополнительных поплавков не имел вовсе. Вооружение оставили прежним, все тот же пулемет ДТ винтовочного калибра. Конструкция башни, за исключением некоторых деталей осталась прежней.


ежним остался и двигатель, все тот же ГАЗ-АА. Двигатель совместно с главным фрикционом и КПП расположили вдоль оси машины между местами командира и водителя. Ходовая Т-38 во многом заимствована у предшественника. В частности конструкция гусеницы и тележек подвески повторяли таковую у Т-37А. Изменения коснулись ведущего и направляющего колеса, которое по своим размерам стало аналогичным опорным каткам. Движение на воде обеспечивал трехлопастный винт, для изменения направления движения служил плоский руль. Отбор мощности для движения происходил от редуктора, укрепленного на КПП.
Однако танк Т-38 оказался недостаточно надежным в эксплуатации и в период прохождения испытаний зачастую оказывался в ремонте, а не на полигоне. Но, несмотря на это двадцать девятого февраля тысяча девятьсот тридцать пятого года его приняли на вооружение, вместо Т-37А. Оба танка какое-то время одновременно состояли в производстве. Серийная машина в деталях отличалась от своего прототипа. Изменения коснулись как люка механика-водителя, так и бронекорпуса. В ходовую внесли дополнительный опорный каток. Бронекорпуса Т-38 производил исключительно Подольский завод, который к тому времени смог выпускать в достаточных количествах. В тридцать шестом году, выпустили некоторое количество Т-38 со сварными башнями из задела Т-37А, производства Ижорского завода.

Совершенствование конструкции Т-38

Освоение танка в серии не положило конец работам по совершенствованию его конструкции.


1936 году танк оборудовали тележками нового образца. При прохождении пробега на гарантийный километраж, тележки новой конструкции показали свое преимущество.
Отчет комиссии по результатам испытаний содержал предложения установить двигатель М-1 для улучшения динамики Т-38. Помимо этого в отчете имелись замечания о том, что гусеницы все же продолжают спадать на пересеченной местности, рабочие места экипажа оставляют желать лучшего, плохо работает амортизация подвески. Следовало улучшить как плавучесть, так обзор слева по борту, для механика-водителя. В тридцать седьмом году конструкция танка претерпела некоторые изменения, наиболее значимыми были тележки нового образца и освоение в производстве радийного варианта укомплектованного радиостанцией 71-ТК-1 и штыревой антенной. Весной этого же года выпуск Т-38 пришлось остановить вследствие большого числа жалоб поступавших из армии. После летних маневров КБ завода №37 настоятельно рекомендовали провести модернизацию танка Т-38.
Суть состояла в следующем:

  • повышение скорости движения;
  • улучшение плавучести и скорости движения на воде;
  • усиление вооружения танка;
  • повышение срока службы и надежности узлов и агрегатов;
  • повышение удобства обсаживания;
  • унификация узлов и деталей с тягачем «Комсомолец».

Фот-24Процесс модернизации проходил весьма медленно.


многочисленное КБ было загружено обеспечением производства тягача «Комсомолец» и работами по проекту танка-амфибии Т-29. Поэтому первые два модернизированных Т-38 увидели свет только весной тридцать восьмого года. Были изготовлены всего два прототипа танка –Т-38М1 и Т-38М2. Машины имели тележки от тягача «Комсомолец» и двигатель ГАЗ М-1 в 50 лс. Вариант Т-38М1 имел увеличенный по высоте на 100 мм бронекорпус, что в итоге давало увеличение водоизмещения на 600 кг. Помимо этого изменения коснулись ленивца, для уменьшения продольных колебаний, его сместили вниз на сто миллиметров вниз. Танк оборудован радиостанцией. Бронекорпус Т-38М2 увеличили на 75 миллиметров, так что прирост водоизмещения составил 450 кг. Место положения ленивца осталось прежним. Радиостанции танк не имел. В остальном танки были идентичны.

Фото Т-38М1 с увеличенным на 100 мм корпусомНа испытаниях мая-июня тридцать восьмого года оба танка показали свое преимущество над серийным Т-38. АБТУ решило начать серийно производство Т-38М с учетом выявленных изменений, которые показались оправданными в процессе испытаний. План предусматривал к началу тридцать девятого года освоить в производстве бронекорпуса Т-38М. Однако первые корпуса смогли получить только в феврале. Как следствие первые три Т-38М покинули цеха в апреле 1938года. После прохождения испытаний интерес к этим танкам упал. Более перспективным на тот момент казался танк Т-40. Поэтому заказ ограничили опытной партией в семь машин, которые в дальнейшем использовали в качестве учебных. В 1939 году завод №37 получил предписание изготовить 122 не модернизированных Т-38, используя задел бронекорпусов сохранившийся с тридцать седьмого года. Всего за годы производства изготовили 1175 линейных танков и 165 радийных Т-38, включая 7 Т-38М.

Первая попытка усилить вооружение


Одновременно с работами над Т-38М, КБ завода №37 предприняло попытки усилить вооружение серийного Т-38. Для чего разработали новую коническую башню под установку пулеметной спарки из крупнокалиберного пулемета ДК и того же ДТ. Эти работы были закончены только к весне тридцать девятого года, когда уже в производстве осваивали опытные Т-40. Поэтому и эта модернизация оказалась неактуальной.

Экранирование легкого танка

По итогам применения танков во время гражданской войны в Испании, во втором-третьем квартале 1938года проходили испытания Т-38 с экранированным корпусом. В соответствии с заданием усилили бортовую и лобовую броню танка. Каких-то других сведений, равно как и результатов испытаний не найдено. В 1941 году слушатели ВАММ разработали проект железобетонной брони для Т-38. По – сути это была съемная опалубка, которая давала возможность заливать броню бетоном непосредственно перед боем и демонтировать после, если в том возникнет необходимость. Однако война прервала дальнейшие работы по этой теме. Повторно к идее экранирования вернулись уже в начале войны. По проекту, разработанному в НИБТ полигона, на верхний лист Т-38 крепили 12-мм лист брони. Лист установлен таким образом, что закрывал подбашенную коробку и имел вырез для наблюдения механиком-водителем. Так же экранами прикрывали верхнюю часть борта и лба башни. Испытания обстрелом показали вполне удовлетворительный результат, но работы по этой теме были остановлены в октябре 1941 года.


20-мм пушка в танке. Новая попытка усилить вооружение

tank-t-38-shvakНовая попытка усилить вооружение Т-38 предприняли летом 1941 года. Тогда сотрудники НИБТ полигона перевооружили пару танков 20-мм пушкой ШВАК. По документам такие машины проходили какТ-38Ш либо Т-38ШВАК. Танки передали ОКБ-16, где в конструкцию внесли некоторые изменения обеспечивающие удобство заряжания, удержания и возможность ведения огня одиночными выстрелами.
В начале августа пушку установили в танк и отправили на испытания. В процессе, которых выявили немало недостатков. Наиболее существенными были отсутствие пулемета, что не позволяло рационально использовать боекомплект пушки.
При ведении огня из пушки очередями, имелась столь сильная вибрация, что временно заклинивало башню. Неудачная конструкция прицела не давала возможности вести огонь далее трехсот метров. Помимо этого ведение огня командиром было недостаточно удобным. Несмотря на все недостатки, опыт перевооружения признали удачным и таким образом перевооружили еще один Т-38. О дальнейших испытаниях танков данной модификации не известно. Первого октября сорок первого года, приказом наркома Малышева работы по этим танкам, а так же по экранированию Т-38 и Т-40 прекращены.

Танк Т-38 видео.


Поделитесь с друзьями в социальных сетях!     Оставьте свой комментарий!   🙂 ww2tanki.ru

ww2tanki.ru

Эксплуатация плавающих танков в войсках выявила у них большое количество недостатков и недоработок. Выяснилось, что у Т-37А ненадежна трансмиссия и ходовая часть, часто спадают гусеницы, мал запас хода, недостаточен запас плавучести. Поэтому КБ-Т завода № 37 получило задание на проектирование нового танка-амфибии на базе Т-37А. Работы начались в конце 1934 года под руководством нового главного конструктора завода Н. Астрова.

При создании боевой машины, получившей заводской индекс 09А, предполагалось устранить выявленные недостатки Т-37А, главным образом повысить надежность работы агрегатов нового плавающего танка.

В июне 1935 года опытный образец танка, получившего армейский индекс Т-38, вышел на испытания. При проектировании нового танка конструкторы по возможности постарались использовать элементы Т-37А, к этому времени хорошо освоенного в производстве. Компоновка Т-38 была аналогична танку Т-37А, правда, механик-водитель был размещен справа, а башня слева. В распоряжении механика-водителя имелись смотровые щели в лобовом щитке и правом борту корпуса.


Танк Т-43-2 конструкции завода № 37 на колесном ходу, вид справа. Москва, весна 1935 года (АСКМ).

Т-38, по сравнению с Т-37А, имел более широкий корпус без дополнительных надгусеничных поплавков. Вооружение Т-38 осталось прежним — 7,62-мм пулемет ДТ, смонтированный в шаровой установке в лобовом листе башни. Конструкция последней, за исключением мелких изменений, была полностью заимствована у танка Т-37А.

На Т-38 был установлен тот же двигатель, что и на его предшественнике — ГАЗ-АА мощностью 40 л.с. Двигатель в блоке с главным фрикционом и коробкой перемены передач устанавливался вдоль оси танка между сиденьями командира и механика-водителя.

Трансмиссия состояла из однодискового главного фрикциона сухого трения (автомобильное сцепление от ГАЗ-АА), газовской четырехскоростной коробки перемены передач, карданного вала, главной передачи, бортовых фрикционов и бортовых передач.

Ходовая часть во многом была идентична танку Т-37А, от которого заимствовали конструкцию тележек подвески и гусеницы. Была несколько изменена конструкция ведущего колеса, а направляющее колесо по габаритам стало идентичным опорным каткам (за исключением подшипников).


Для движения машины на плаву использовался трехлопастной винт и плоский руль. Винт при помощи карданного вала соединялся с редуктором отбора мощности, закрепленным на коробке перемены передач.

Электрооборудование Т-38 выполнялось по однопроводной схеме с напряжением 6 В. В качестве источников электроэнергии использовались аккумулятор 3-СТП-85 и генератор ГБФ-4Ю5.

Как это часто бывает, новая машина имела большое количество недостатков. Например, по донесению завода № 37 в АБТУ РККА, «с 3 по 17 июля 1935 года Т-38 выходил на испытания только четыре раза, все остальное время танк находился в ремонте» (23). С перерывами испытания нового танка шли до зимы 1935 года, а 29 февраля 1936 года постановлением Совета труда и обороны СССР танк Т-38 был принят на вооружение Красной Армии взамен Т-37А. Весной того же года началось серийное производство новой амфибии, которое до лета шло параллельно с выпуском Т-37А.

Опытный танк конструкции инженера Шитикова (ТШ), вид слева. Хорошо видна конструкция подвески. Москва, 1935 год (АСКМ).

Серийный Т-38 несколько отличался от прототипа — был установлен дополнительный опорный каток в ходовую часть, незначительно изменилась конструкция корпуса и люка механика-водителя. Бронекорпуса и башни для танков Т-38 поступали только с Подольского завода имени Орджоникидзе, который к 1936 году сумел наладить их производство в необходимом количестве. В 1936 году на небольшое количество Т-38 установили сварные башни производства Ижорского завода, задел которых остался после прекращения производства Т-37А.

Осенью 1936 года на НИБТ полигоне прошел испытания на гарантийный километраж серийный танк Т-38 с «тележками нового образца». Они отличались отсутствием поршня внутри горизонтальной пружины, а для того, чтобы направляющий стержень не вышел из трубки при возможном случае разгрузки катков, к кронштейнам тележки крепился стальной трос. В ходе испытаний в сентябре-декабре 1936 года этот танк прошел 1300 километров по дорогам и пересеченной местности. Новые тележки, как отмечалось в документах, «в работе показали себя хорошо, показав ряд преимуществ перед прежней конструкцией».

В выводах, содержащихся в отчете об испытаниях Т-38, было сказано следующее:

«Танк Т-38 пригоден для решения самостоятельных тактических задач. Однако для повышения динамики необходимо поставить двигатель М-1. Кроме того, необходимо устранить недостатки: гусеница спадает при движении по пересеченной местности, недостаточна амортизация подвески, рабочие места экипажа неудовлетворительны, водитель имеет недостаточный обзор влево, повысить плавучесть танка» (24).

С начала 1937 года в конструкцию танка ввели ряд изменений: на смотровую щель в лобовом щитке механика-водителя стали устанавливать броневую планку, предохраняющую от попадания свинцовых брызг при ружейно-пулеметном обстреле танка, в ходовой части стали использовать «тележки нового образца» (со стальным тросом). Кроме того, в производство пошел радийный вариант Т-38, оснащенный радиостанцией 71-ТК-1 со штыревой антенной. Ввод антенны находился на верхнем переднем листе корпуса между местом механика-водителя и башней.

Опытный танк конструкции инженера Шитикова (ТШ), вид сзади. Москва, 1935 год (АСКМ).

Весной 1937 года выпуск танков Т-38 был приостановлен — из войск поступало большое количество рекламаций на новую боевую машину. После летних маневров 1937 года, проведенных в Московском, Киевском и Белорусском военных округах, руководство Автобронетанкового управления Красной Армии поручило конструкторскому бюро завода № 37 модернизировать танк Т-38. Модернизация должна была заключаться в следующем:

«1. Повышение скорости движения танка, особенно на местности;

2. Повышение скорости и надежности при движении на плаву;

3. Повышение боевой мощи;

4. Улучшение удобства обслуживания;

5. Повышение срока службы и надежности агрегатов танка;

6. Унификация деталей с трактором „Комсомолец“, увеличивающая мобвозможность завода и снижение стоимости серийной машины» (25).

Работа по созданию новых образцов Т-38 шла довольно медленно — и без того малочисленное конструкторское бюро завода № 37 было занято обеспечением серийного выпуска тягачей «Комсомолец», проектированием нового плавающего танка Т-39 и двигателей. Поэтому два образца модернизированного танка Т-38 были готовы лишь весной 1938 года.

Всего изготовили два прототипа, получившие обозначения Т-38М1 и Т-38М2. Оба танка имели двигатели ГАЗ М-1 мощностью 50 л.с. и тележки от тягача «Комсомолец». Между собой машины имели незначительные отличия. Так, T-38M1 имел корпус, увеличенный по высоте на 100 мм, что давало прирост водоизмещения на 600 кг, ленивец танка опустили на 100 мм для уменьшения продольных колебаний машины, были увеличены сечения воздухопритоков. Кроме того, танк оборудовался радиостанцией со штыревой антенной. Корпус Т-38М2 повысили на 75 мм, обеспечив прирост водоизмещения в 450 кг, ленивец остался на прежнем месте, радиостанция на машине отсутствовала. В остальном Т-38М1 и Т-38М2 были идентичны.

В мае-июне 1938 года оба танка прошли широкомасштабные испытания на полигоне в подмосковной Кубинке. Т-38М1 и Т-38М2 показали ряд преимуществ перед серийным Т-38, и Автобронетанковое управление РККА подняло вопрос о развертывании производства модернизированного плавающего танка, получившего обозначение Т-38М (или Т-38М серийный).

Опытный танк конструкции инженера Шитикова (ТШ), общий вид. Вооружение на машину не установлено. Москва, 1935 год (АСКМ).

Согласно директиве Наркомата обороны СССР от 27 июля 1938 года к 1 октября Подольский завод имени Орджоникидзе должен был изготовить «10 повышенных бронированных корпусов модернизированных машин Т-38 с ходовой частью тягача „Комсомолец“ и всеми изменениями, которые выявились в процессе испытаний» (26).

К 1 января 1939 года планировалось полностью подготовить производство к началу серийного выпуска корпусов танков Т-38М. Однако из-за того, что чертежи нового корпуса поступили с завода № 37 только в конце октября, первые три корпуса Т-38М были изготовлены в феврале, а еще семь штук в марте. В результате этого первые три танка Т-38М были готовы лишь в апреле 1939 года. К маю два из них прошли заводские испытания пробегом в 500 км и были переданы на полигонные испытания в объеме 3000 км.

Согласно документам, в ходе модернизации танка Т-38М серийного КБ завода № 37 проделало следующие работы:

«По энергетической установке:

Вместо двигателя ГАЗ-АА установлен ГАЗ М-1 с грузовым сцеплением и коробкой перемены передач;

Глушитель крепится посредством хомутов;

Основной бензобак поднят на 100 мм;

Поставлен дополнительный бензобак от „Комсомольца“;

Поставлен радиатор от „Комсомольца“;

Привод вентилятора осуществляется двумя ремнями вместо одного;

Увеличено сечение воздухопритоков;

Улучшено бронирование воздухоотвода…

По трансмиссии:

Поставлена главная передача трактора „Комсомолец“ с алюминиевыми крышками;

Поставлена бортовая передача от трактора „Комсомолец“…

По ходовой части:

Установлены тележки от „Комсомольца“, но с облегченными кронштейнами и добавлением одного листа в рессоре;

Поставлена гусеница с высотой пера 70 мм вместо 53 мм…

По приборам управления:

Установлено двойное управление — у механика-водителя и командира…

По вооружению:

Добавлено 10 пулеметных дисков…

По оборудованию:

Увеличена длина волноотражателя (выпущен на крылья);

Введены стальные крылья вместо деревянных досчатых;

Введен ветровой щиток водителя вместе с ручной метелкой и его укладка.

По бронекорпусу:

Высота корпуса увеличена на 80-100 мм;

Введены усиленные смотровые лючки в корпусе и башне;

Введены косынки для крепления кронштейнов ходовой части;

Введен новый откидной щиток водителя со смотровыми приборами танка Т-26».

Общий вид опытного образца транспортера конструкции инженера Шитикова, разработанного на базе танка TШ. Москва, 1935 год (АСКМ).

Испытания двух танков Т-38М серийных прошли на полигоне в Кубинке с 9 мая по 10 июня 1939 года, при этом один из них прошел 1745 км, а второй 2153 км (по шоссе, проселку и бездорожью). Кроме того, танки испытывались на плаву в реке Москва.

Результаты испытаний были следующие:

«Достигнута скорость движения по воде 6,62 км/ч по течению и 5,02 км/ч против течения. Максимальная скорость плава лимитировалась эффективностью работы винта и оборотами двигателя. Повороты на плаву осуществлялись на максимальной скорости без заливания водой носа и кормы, радиус поворота составлял не более 6–7 м.

Ватерлиния: по носу передний лист выступал из воды на 30–35 мм, на корме — по верхней кромке кормового листа. В движении вода находилась по передней кромке переднего листа и заливала задний наклонный лист до передней части коробки жалюзи.

При догрузке танка еще 3 человеками возможно движение на максимальных скоростях с маневрами. При этом волноотражатель поднимался набегающей волной и препятствовал заливанию переднего листа. По корме вода полностью заливала задний наклонный лист брони. При дополнительной нагрузке в 400 кг вода на полной скорости перекатывается через волноотражатель и приводит к затоплению танка.

Максимально допустимый груз для Т-38М составляет 300–320 кг, или 4 человека. При этом танк полностью сохраняет свои маневренные качества при условии некоторого снижения скорости движения — не более 4 км/ч.

Управляемость танка как с места водителя, так и с места командира очень хорошая. На твердой почве возможно управление танком исключительно при помощи бортовых фрикционов без применения тормозов.

Опытный образец транспортера конструкции инженера Шитикова, вид слева. Хорошо видно, что конструкция подвески аналогична танку ТШ. Москва, 1935 год (АСКМ).

Во время пробега на 1541 км у второго танка выпал палец крепления заднего правого катка № 4, и танк нормально продолжал движение, пройдя 18 км без катка, который был утерян. Это очень хорошо в боевых условиях. Кроме того, на скорости 22–25 км/ч с резкими поворотами, при сбросе гусеничной ленты срезало правый задний поддерживающий каток, и движение было продолжено без него.

При выходе из строя водителя командир сможет вывести танк из боя на небольшой скорости, так как имеет малый обзор перед собой.

При движении на 4 скорости на максимальных оборотах двигателя вода часто закипала, и приходилось переходить на 3 передачу, сбрасывая скорость до 23–25 км/ч».

Однако к моменту окончания испытаний серийных танков Т-38М его доводка потеряла актуальность: на заводе № 37 шли работы по более перспективному плавающему танку Т-40, на который ориентировались военные. Тем не менее, начальник Автобронетанкового управления РККА Д. Павлов в июле 1939 года отдал распоряжение следующего содержания:

«К 1 августа 1939 года должна быть изготовлена опытная партия машин Т-38М в количестве 7 штук. Т-38М сохраняют тактико-технические характеристики Т-38, но имеют более надежную ходовую часть и трансмиссию.

Подготавливаются как мобилизационное решение на случай войны впредь до освоения и перехода на серийное производство танков Т-40» (27).

Семь изготовленных в августе 1939 года Т-38М, вместе с тремя ранее выпущенными машинами, в конце года были переданы АБТУ РККА, где использовались в качестве учебных танков.

Одновременно с работами по машине Т-38М на заводе № 37 велись работы по усилению вооружения и бронирования танков Т-38. Так, в сентябре 1938 года приступили к проектированию установки на Т-38 новой башни со спаренной установкой пулеметов ДТ и 12,7-мм ДК. Эти работы, которые велись под руководством инженера Шитикова, были закончены к весне 1939 года. Предполагалось установить на Т-38 новую коническую башню, во многом похожую на ту, что устанавливалась на Т-37Б (танк Шитикова). Однако к этому времени в производстве уже находились опытные образцы танков Т-40, и работы по перевооружению Т-38 прекратили.

Легкий танк ТМ («Танк Молотова») производства Горьковского автозавода, общий вид. НИБТ полигон, зима 1936 года (АСКМ).

В 1939 году завод № 37 получил разрешение на выпуск некоторого количества обычных танков Т-38 (не модернизированных). Используя имеющийся задел бронекорпусов, изготовленных еще в 1937 году, было собрано 112 линейных Т-38.

Весной 1941 года военные вновь проявили интерес к модернизации Т-38, В апреле новый начальник АБТУ Красной Армии Я. Федоренко подписал план опытных работ на 2-е полугодие 1941 года, одним из пунктов которого значилось; «Отработать конструкцию танка Т-38 на тележках трактора „Комсомолец“ по типу конструкции танка Т-38М обр. 1939 года. Провести испытание роты танков Т-38 с ходовой частью по типу трактора „Комсомолец“ и установленным вторым постом управления. Срок выполнения — сентябрь с. г.». Но начавшаяся война перечеркнула эти планы.

Всего в 1936–1939 годах было изготовлено 1175 линейных, 165 радийных танков Т-38 и 7 Т-38М (включая Т-38М1 и Т-38М2).

САМОХОДНО-АРТИЛЛЕРИЙСКАЯ УСТАНОВКА СУ-45. 22 марта 1935 года директор завода № 37 получил распоряжение начальника научно-технического отдела АБТУ РККА Лебедева:

«Прошу разработать к 15 апреля с.г. эскизный проект самоходной установки 45-мм пушки обр. 1932 года на шасси танка Т-37 согласно предлагаемым требованиям».

К распоряжению прилагались «тактико-технические требования на проектирование легкой самоходно-артиллерийской установки с 45-мм противотанковой пушкой на шасси Т-37А», утвержденные начальником АБТУ РККА И. Халепским 11 марта 1935 года:

«Самоходная установка предназначается для борьбы с танками и бронеавтомобилями. Проект СУ разработать в эскизном проекте в двух вариантах:

а) Под установку 45-мм пушки использовать полностью шасси Т-37 с необходимыми минимальными переделками.

б) Под установку 45-мм пушки спроектировать специальное шасси на базе Т-37 с максимальным использованием его основных узлов.

Вес установки в боевом положении не должен превышать 3000 кг. Тактико-технические свойства СУ должны быть не ниже, чем у Т-37, за исключением плавучести.

Для самоходной установки использовать 45-мм противотанковое орудие с верхним станком, прицелом и механизмами наведения. Высота линии огня должна быть не выше 1200 мм, углы обстрела: по вертикали -8 +25 градусов, по горизонтали — 30 градусов в каждую сторону.

Самоходная установка должна иметь щит, не препятствующий производить прямую наводку и прикрывать орудийный расчет спереди от пуль. С бортов расчет должен быть прикрыт до пояса 5-мм броней. В походном положении расчет должен быть прикрыт полностью, за исключением крыши.

Легкий танк ТМ („Танк Молотова“) производства Горьковского автозавода, вид сзади. НИБТ полигон, зима 1936 года (АСКМ).

Самоходная установка должна допускать стрельбу как с места, так и с хода под всеми углами и быть устойчивой при стрельбе. Экипаж установки — 3 человека.

Для самообороны необходимо предусмотреть укладку ручного пулемета ДП. Боекомплект не менее 50 снарядов и 1000 патронов» (28).

Однако работы по самоходной установке (в документах завода № 37 она иногда именовалась как СУ-45)[5] затянулись из-за проектирования и доводки нового плавающего танка Т-38, предназначенного на замену Т-37А. Лишь осенью 1935 года проект самоходной установки был готов, и 10 ноября его рассмотрели на заседании специальной комиссии АБТУ РККА. От завода № 37 присутствовали главный конструктор Астров и старший конструктор СУ-45 Архаров.

Представленный проект несколько отличался от утвержденных тактико-технических требований. Прежде всего, в качестве базы конструкторы использовали танк Т-38, к производству которого готовился завод № 37. В СУ-45 использовались основные агрегаты нового танка — двигатель, бортовые фрикционы, приводы управления, ходовая часть и прочее. В качестве вооружения использовалась безо всяких изменений 45-мм противотанковая пушка обр. 1932 года с ее верхним станком, прицельными приспособлениями и механизмом наводки. Орудие было установлено в передней части машины, высота линии огня составляла 1050 мм. Двигатель был установлен поперек корпуса машины, боекомплект к пушке — вдоль бортов корпуса и около пушки (всего 51 снаряд).

Механик-водитель (он же наводчик орудия) размещался слева от орудия.

Опытный образец танка Т-38, вид спереди. Москва, завод № 37, лето 1935 года(РГАЭ).

В ходе обсуждения проект СУ-45 в основном удовлетворил требованиям военных, основным замечанием которых было «освободить водителя от функций наводчика, для чего перенести его место с левой стороны на правую, чем обеспечить ему при стрельбе с места функции заряжающего» (29). Кроме того, рекомендовалось увеличить высоту бортов и использовать стандартные снарядные укладки от танка Т-26.

В своем заключении комиссия АБТУ РККА, проводившая рассмотрение проекта СУ-45, рекомендовала следующее:

«1. Представленный эскизный проект самоходной установки принять к дальнейшей доработке, учтя все замечания.

2. Форсировать изготовление опытного образца и представить его на испытания к 1 января 1936 года» (30).

Опытный образец машины был готов к весне 1936 года. По сравнению с проектом в конструкцию СУ-45 внесли ряд изменений — механик-водитель был размещен слева, справа от пушки смонтировали шаровую установку пулемета ДТ. Из-за того, что масса машины превысила заданную и достигла 4300 кг, пришлось усилить ходовую часть: расстояние между тележками подвески уменьшили и добавили по одному дополнительному опорному катку на каждый борт. Испытания СУ-45, проведенные весной 1936 года, показали, что машина имеет большое количество недостатков: перегруженное по сравнению с базовой моделью шасси, недостаточную мощность двигателя, ненадежную работу трансмиссии, неудобство работы экипажа. Военные потребовали переконструировать машину, устранив все выявленные недостатки, но вскоре все работы по самоходной установке СУ-45 прекратили.

ТЕЛЕМЕХАНИЧЕСКАЯ ГРУППА ТАНКОВ ТТ-38. Работы по созданию телеуправляемых танков (то есть танков, действующих без экипажа и управляемых по радио) начались в СССР в конце 1920-х годов. К 1935 году была изготовлена партия таких танков на базе Т-26 — ТТ-26, которые поступили на вооружение тяжелых танковых бригад РГК. В задачу телетанков входила разведка минных полей, выявление огневых средств противника, эвакуация экипажей подбитых танков и, в самом крайнем случае, подрыв вражеских позиций и укреплений (для этого телетанки снабжались зарядом взрывчатки).

Танки Т-38 на плаву во время маневров. Московский военный округ, 1937 год. На переднем плане машина с бронекорпусом производства Подольского завода имени Орджоникидзе, на заднем с бронекорпусом производства Ижорского завода (РГАКФД).

Однако боевое использование 217-го отдельного танкового батальона в ходе советско-финляндской войны показало, что применение ТТ-26 для подрыва ДОТов и разведки системы противотанкового огня противника является неоправданно дорогим. Поэтому АБТУ РККА приняло решение о проектировании телетанков на базе более дешевых боевых машин — Т-38 и бронированных тягачей «Комсомолец». Работы по созданию этих телемеханических групп велись в научно-исследовательском институте № 20 (НИИ-20). Телемеханическая группа ТТ-38 состояла из танка управления ТУ-38 и телетанка ТТ-38. Вооружение телетанка ТТ-38 состояло из пулемета ДТ и огнемета, брандспойт и форсунка которого были установлены в башне на месте переднего смотрового прибора. На кормовом листе корпуса внизу справа устанавливалась трубка для пуска отравляющих веществ. В танке управления было сохранено вооружение и боекомплект линейного Т-38.

Аппаратура, установленная на ТУ-38, позволяла устойчиво управлять телетанком на расстоянии до 2000 метров. Телемеханическая аппаратура, установленная на ТТ-38, позволяла выполнять 12 команд:

«Пуск», «стоп» — запуск (остановка) двигателя;

«Разгон» — увеличение числа оборотов двигателя до максимального и подготовка к включению высшей передачи;

«Скорость» — включение скоростей — высшей, если предварительно была дана команда «разгон», или низшей, если команда «разгон» не была дана. При трогании с места без предварительной команды «разгон» включается задний ход;

«Вправо» — поворот вправо;

«Влево» — поворот влево;

«Готовься» — предварительная команда для приведения в действие пулемета и хим-аппаратуры;

«Огонь» — огнеметание или дымопуск (в зависимости от заправки бака химаппаратуры);

«Пулемет» — стрельба из пулемета, длительность очереди зависела от длительности нажатия на рычаг пульта;

«Готовься В В», «взрыв В В» — подготовительная и исполнительная команды для подрыва телетанка;

«Отбой готовься» — прекращение предварительных операций подготовки к действию пулемета, химической аппаратуры и подрыва телестанка;

«Отбой тормозов» — освобождение тормозной ленты и включение бортового фрикциона.

Управление из ТУ-38 осуществлялось по телеграфной УКВ-линии 8-12 м, стабилизированной кварцем. Для обеспечения потребности в электроэнергии на ТУ-38 (около 440 Вт, 12 В) вместо аккумулятора 3-СТП-85 был установлен генератор ДСФ-500 мощностью 500 Вт и аккумулятор 6-СГ-128 емкостью 128 А/ч.

Танк Т-38 выпуска 1937 года на полигоне. Смотровая щель механика-водителя уже имеет дополнительную защитную планку. Хорошо видна укладка ЗИП — лопаты, лома, домкрата, брезента (АСКМ).

В телетанке ТТ-38 была установлена аппаратура для приема команд с ТУ-38 по радио, автоматическое устройство для выполнения принятых команд и вооружение — химприбор КС-61Т с баком емкостью 45 литров, и 7,62-мм пулемет ДТ с электроспуском. Кроме того, на телетанке ТТ-38 устанавливалась система для подрыва телемеханической аппаратуры в случае необходимости. Эта система могла использоваться и при применении ТТ-38 в качестве танка-торпеды.

Кроме управления телетанком по радио, ТТ-38 мог управляться рычагами и тумблерами со специальных пультов, смонтированных внутри машины. Питание автоматики танка и химприбора КС-61Т осуществлялось от двух баллонов со сжатым воздухом (150 атмосфер), в качестве источника электроэнергии использовался генератор Г-43 и аккумуляторная батарея 6-СГ-128.

Масса машин телемеханической группы, в связи с установкой дополнительного оборудования, по сравнению с линейным Т-38 увеличилась у ТТ-38 на 73 кг, у ТУ-38 на 135 кг.

Испытания телемеханической группы ТТ-38 проходили на НИБТ полигоне со 2 по 12 декабря 1940 года и были прекращены из-за отказов в работе механического дешифратора. Комиссия, проводившая испытания, в своих выводах сообщала следующее:

«1. Телемеханическая группа Т-38, вследствие малой тактической скорости, слабой броневой защиты и невысокой проходимости этих танков, вообще не отвечает своему назначению вскрытия противотанковой обороны противника.

2. Прицельное огнеметание из телетанка практически невозможно (ввиду удаленности оператора), а огнеметание по площадям неэффективно ввиду малой емкости баллона (45 литров). Это же не позволяет использовать телетанки для постановки дымовых завес.

3. Проходимость телетанков меньше, чем у танков ручного управления, маневренность тоже (из-за отсутствия видимости с танка управления местности перед телетанком).

4. Телемеханическая аппаратура, в отношении управления важнейшими ходовыми операциями, в основном соответствует тактико-техническим требованиям. Ввиду того, что причиной отказа в работе спецаппаратуры могла явиться недостаточно тщательная ее проверка перед испытаниями, необходимо провести полную и всестороннюю проверку надежности телемеханической аппаратуры в течение срока, обусловленного тактико-техническими требованиями — 30-часовая работа без осмотра и регулировок.

Заключение. Вследствие того, что телемеханическая группа Т-38 не отвечает назначению, указанному в тактико-технических требованиях, и не могут быть эффективно использованы как химические машины, допуск их на войсковые испытания нецелесообразен» (31).

Поэтому работы по телемеханической группе ТТ-38 были прекращены.

Танк Т-38М-1, вид спереди. НИБТ полигон, лето 1938 года. Хорошо видно, что корпус машины увеличен по высоте на 100 мм (РГАЭ).

ЭКРАНИРОВКА Т-38. Весной-летом 1938 года, после обобщения опыта войны в Испании, проходил испытания образец Т-38 с экранированным корпусом (усиливалась лобовая и бортовая броня). В марте 1939 года директор завода имени Орджоникидзе направил в АБТУ РККА письмо следующего содержания:

«Прошу указаний ускорить высылку результатов полигонных испытаний Т-38 с экранированным корпусом и заключения о дальнейшем их изготовлении, так как полигонные испытания пробегом закончены еще в 1938 году» (32).

Однако никакой информации о дальнейшем ходе этих работ автору обнаружить не удалось.

В начале 1941 года рассматривался вопрос об изготовлении танков с железобетонной броней. Но это касалось главным образом машин Т-40 и Т-34. Для устаревших же Т-26, Т-37 и Т-38 слушателями ВАММ имени Сталина была разработана легкосъемная опалубка из стальных листов толщиной 3 мм. Ее предполагалось заливать бетоном в войсках непосредственно перед проведением боя. После боя защитные бетонные блоки или то, что от них останется, можно было легко демонтировать. Испытания Т-38 с бетонной броней предполагалось провести в третьем квартале 1941 года, но по понятным причинам сделано это не было.

Танк Т-38М-1 преодолевает стенку во время испытаний на НИБТ полигоне. Лето 1938 года (РГАЭ).

Вновь к вопросу усиления бронирования танков Т-38 и Т-37А вернулись уже после начала Великой Отечественной войны. В конце июля 1941 года проект экранировки плавающих танков разработали специалисты НИБТ полигона. На переднем листе одного из имевшихся на полигоне Т-38 установили 12-мм броневой лист, укрепленный на бонках при помощи сварки. Лист крепился таким образом, что прикрывал и подбашенную коробку (для обеспечения обзора механику-водителю в листе был сделан специальный вырез). Согласно проекту предлагалось также усилить лобовую часть башни и верхнюю часть бортов броневыми 12-мм листами. Экранированный Т-38 был испытан стрельбой из 7,92-мм немецкого противотанкового ружья, 12,7-мм пулемета ДК и 45-мм противотанковой пушки и показал удовлетворительный результат.

По результатам испытаний были выработаны рекомендации по экранировке танков в войсках, но никаких упоминаний о проведении такой экранировки в настоящее время не найдено. Работы по экранированному танку Т-38 были прекращены 1 октября 1941 года.

Т-38 ШВАК. Летом 1941 года сотрудниками НИБТ полигона была предпринята попытка усиления вооружения танка Т-38. Для этого два имеющихся в распоряжении полигона плавающих танка Т-38 были отремонтированы и 11–15 августа 1941 года «перевооружены пулеметом ШВАК» (так в документе — не пушкой, а именно пулеметом. — Прим. автора). В документах того времени такая машина именовалась Т-38Ш или Т-38 ШВАК.

Согласно отчету начальника технического отдела Народного комиссариата вооружения, две 20-мм пушки ШВАК были переданы в ОКБ-16, где группа под руководством Суранова произвела следующие изменения в конструкции «крыльевой стрелковой установки для танка Т-38Ш»;

«Введен ручной спусковой рычаг на пистолетной рукоятке;

Добавлен рычаг ручной перезарядки затвора в случае возникновения задержек в стрельбе;

Введен разобщитель для возможности ведения одиночной стрельбы».

10 августа 20-мм пушку ШВАК установили в Т-38, а уже на следующий день танк вышел на отстрел вооружения. В ходе испытаний выявилось большое количество недостатков, среди которых на первом месте значилось отсутствие установки 7,62-мм пулемета ДТ, что приводило «при ведении огня по живой цели к нерациональному использованию дорогостоящих крупнокалиберных патрон». Кроме того, отмечалась сильная вибрация башни (вплоть до ее временного заклинивания) при стрельбе очередями, несовершенство прицела, не позволявшего вести огонь на дистанции более 300 метров, а также неудобство обслуживания пушки командиром.

Танк Т-38 выходит на берег после форсирования реки. Московский военный округ, 1938 год (АСКМ).

Тем не менее, опыт перевооружения танка Т-38 20-мм пушкой был признан положительным. По решению комиссии, проводившей испытания, к 1 сентября предполагалось провести испытание второго образца перевооруженного Т-38. В конструкции этого танка планировалось устранить все недостатки, обнаруженные на испытаниях первой машины. Второй экземпляр Т-38Ш был изготовлен, но неизвестно, проходил ли он испытания.

В переписке по Народному комиссариату танковой промышленности за сентябрь-октябрь 1941 года танк Т-38Ш упоминается дважды (7 сентября и 1 октября), причем в письме 1 октября нарком В. Малышев отметил: «Дальнейшие работы по танкам Т-38Ш, Т-38Э и Т-40Э прекратить».

Встречающееся в некоторых изданиях упоминание о серийном производстве танков Т-38Ш и участии их в боях является чистым вымыслом — согласно документам, пушкой ШВАК перевооружили всего два танка, которые находились на НИБТ полигоне вплоть до конца войны. Один из Т-38Ш сохранился до наших дней и в настоящее время находится на экспозиции Центрального музея Вооруженных Сил в Москве.

Самоходная установка СУ-37, вид спереди. 1935 год (АСКМ).

Следующая глава >

history.wikireading.ru

Участие Т-37А и Т-38 в малых конфликтах
Боевое крещение советские плавающие танки получили в ходе конфликтов на Дальнем Востоке. Но использовались они там весьма ограничено. Так в частях 57-го особого корпуса (1-й армейской группы) танки Т-37А имелись только в составе стрелково-пулеметного батальона 11-й ОЛТБр (8 ед.) и танкового батальона 82-й СД (14 ед.). В ходе боев на р. Халхин-Гол с мая по октябрь 1939 г. 17 их них были потеряны.

В ходе «освободительного» похода РККА в Западную Украину и Белоруссию, танки Т-37А и Т-38 были в составе стрелковых и кавалерийских частей (к тому времени в танковых бригадах этих машин уже не было). В эпизодических боестолкновениях с польскими войсками Т-37А и Т-38 показали себя плохо. Так, в бою в районе г. Холм было потеряно 3 Т-37А из состава танковых батальонов 45-й и 367-й СД. О действиях танков-амфибий в ходе польской кампании говорилось, что «танки Т-38 как машины разведки не соответствуют поставленным им задачам. В ходе всей операции они не успевали за танками Т-26… Танки Т-37А в ходе маршей часто выходили из строя, проходимость низкая, отставали даже от пехотных подразделений».

Участие Т-37А и Т-38 в зимней войне
К началу боевых действий с Финляндией в частях ЛВО насчитывалось 435 Т-37А и Т-38, которые довольно активно участвовали в боях. Например, 11 декабря 1939 г. на Карельский перешеек прибыл 18-й ОТБ имеющий в своем составе 54 танка Т-38. Батальон был придан 136-й СД, его танки использовались в качестве подвижных огневых точек в боевых порядках пехоты. Также на Т-38 была возложена охрана штаба дивизии, вывоз с поля боя раненых и доставка боеприпасов.
Захваченный финнами танк Т-37А
Плавающий танк т 38

В составе 70-й СД действовал 361-й ТБ (10 Т-26 и 20 Т-38). 2 декабря взвод Т-38 был послан в разведку к станции Ино. В ходе выполнения задачи наши танкисты встретили до батальона финской пехоты с артиллерией, пытавшейся зайти в тыл советским частям. Танкисты приняли ночной бой, длившийся до утра, и сорвали атаку противника. Артиллерийским огнем финнов было подбито 3 Т-38.

К 30 ноября 1939 г. в составе танковые войска 9-й армии состояли из 177-го отдельного разведбата 122-й СД и отдельного разведбата 163-й СД. В этих двух батальонах насчитывалось 29 танков Т-37А и 2 Т-38. За 15 дней боев почти все эти танки были потеряны, в основном, подорвавшись на минах.

В целом в условиях специфичного ТВД на Карельском перешейке маломощные, слабобронированные и легковооруженные плавающие танки показали себя неважно. Корпуса танков разрушались от взрыва противопехотных мин, броня пробивалась огнем противотанковых ружей. Маневренность машин на местности оказалась недостаточной, сцепление с грунтом слабым, а проходимость по снегу очень плохой. Почти везде танки-амфибии несли тяжелые потери и часто выходили из строя по техническим причинам.
Группа финских солдат у брошенных на дороге в районе Толваярви советских танков Т-26 и Т-37А
Плавающий танк т 38

Участие Т-37А и Т-38 в Великой Отечественной войне
В ходе формирования мехкорпусов, в 1940-1941 гг., для их укомплектования матчастью, использовалась вся техника танковых батальонов стрелковых дивизий, в том числе и танки-амфибии. По штату в механизированном корпусе должно было быть 17 машин данного типа. На деле такое положение соблюдалось не всегда. В некоторых корпусах плавающих танков не было вовсе, а в 40-й ТД 22-го МК КОВО насчитывалось 19 танков Т-26 и 139 Т-37А.

Советские танкисты ведут наблюдение с замаскированного танка Т-37А
Плавающий танк т 38

По состоянию на 1 июня 1941 года в Красной Армии имелось 2331 Т-37А и 1129 танков Т-38. Далеко не все эти машины пребывали в боевой готовности. В общем, по РККА было исправных Т-37А — 1371 машина, а Т-38 — 629 машин. В западных военных округах по своему техническому состоянию к 1-й и 2-й категориям относилось 523 Т-37А и 304 Т-38. Другими словами, только эти танки были технически исправны или, в крайнем случае, требовали мелкого ремонта. Основная их масса была потеряна в первый же месяц боев, многие -так и не вступив в бой с врагом. Главным образом, танки бросали или подрывали свои же экипажи из-за поломок и неисправностей. Лишь в считанных случаях, при грамотном использовании, этим слабым машинам удавалось оказать эффективную поддержку нашей пехоте. Один такой эпизод описал в своих воспоминаниях офицер-танкист Г. Пенежко, командовавший в первые дни войны ротой плавающих танков Т-37А, которые он именует то «танкетками», то «малютками».

«Наша рота танкеток давит небывало урожайную пшеницу. Мы выходим на правый фланг дивизии. Жарко. Парит полуденное солнце. Далеко слева — Перемышль. Город в дыму. Видны только шпили костелов.

Моя «малютка», во главе двух взводов танкеток, скребя днищем по кочкам лощины, резво несется к роще, по опушке которой только что подымались черные фонтаны.

Нам удалось опередить немцев и занять западную опушку рощи. Но не успел еще левофланговый взвод старшего сержанта Зубова заглушить моторы, как на гребень в четырехстах метрах от нас выскочила группа немецких мотоциклистов. Я подал сигнал «В атаку!» Мой сигнал принят. На правом фланге взвод Зубова уже давит мотоциклы и теснит их ко мне. С ходу врезаюсь в группу мотоциклистов и поливаю ее пулеметными очередями. Верткие трехколесные машины рассыпаются во все стороны. Моя танкетка не может делать резких поворотов. Меня это злит, я ругаюсь и преследую противника по прямой на гребень; повторяю сигнал. Танкетки спешат ко мне, расстреливая находу не успевших скрыться за гребень мотоциклистов.

Оба взвода вслед за бегущим противником перемахнули гребень, и я увидел над зелеными волнами пшеницы цепь больших темных машин. Они тянули за собой пушки. Едва успев дать красную ракету, я открываю почти в упор огонь по широкому стеклу встречной машины. Вздрогнув и перекосившись, она застыла на месте. Сизые пилотки убегающих немецких пехотинцев мелькают в пшенице. Дымят и пылают разбросанные по полю остовы гусеничных машин, от которых немцы не успели отцепить орудия. Мы носимся между горящими тягачами, забыв уже о мотоциклистах, скрывшихся в направлении хутора.

Вдруг над головой что-то резко и незнакомо просвистело, и я увидел показавшиеся со стороны хутора башни вражеских танков. Выбросив сигнал «Делай, как я!», разворачиваю машину «влево 90» и, непрерывно маневрируя, спешу выйти из-под обстрела. Машины выполняют мой приказ. Механики выжимают из своих «малюток» весь их запас скорости. Теперь уже ясно, что мы являемся целью немецких танков. Стреляя с хода, они забирают левее и идут нам наперерез. С обогнавшей меня танкетки покатилась сорванная снарядом башня, и машина, вздрогнув, остановилась».

Следует подчеркнуть, что приводимый отрывок является едва ли не единственным в отечественной мемуарной литературе описанием боя советских плавающих танков с немецкими войсками. Характерным в этом эпизоде является то, что, нанеся поражение подразделению мотоциклистов и разгромив колонну артиллерийских тягачей, танки Т-37А были вынуждены отступить, а если быть точным, — спасаться бегством перед танками противника, в бою с которыми у пулеметных машин не было никаких шансов уцелеть.
Подбитый и сгоревший на дороге советский плавающий танк Т-37А, рядом с которым лежит погибший танкист.
Плавающий танк т 38

Советские плавающие танки Т-38, разбитые в Брестской крепости. На переднем плен машина выпуска 1937 года с бронекорпусом и башней производства Подольского завода имени Орджоникидзе. На втором плане еще один танк Т-38. Танки находятся на территории цитадели рядом с Белым дворцом. Там же располагалась боевая техника 75-го отдельного разведывательного батальона 6-й стрелковой дивизии 28-го стрелкового корпуса 4-й армии Западного фронта, автобронепарк которого находился на берегу у развилки реки Мухавец.
Плавающий танк т 38

К весне 1942 года Т-37А в боевых частях осталось очень мало. Не имеет смысла перечислять все подразделения где ещё были танки Т-37А, отметим лишь только, что достаточно долго — до конца 1943 года — плавающие танки Т-37А эксплуатировались на Ленинградском фронте. Здесь, в условиях блокады, активных боевых действий не велось, к тому же имелась возможность ремонта машин на предприятиях Ленинграда. Из-за невысокой боевой ценности танков-амфибий их использовали главным образом для выполнения второстепенных задач. Так, на основании постановления Военного Совета Ленинградского фронта № 001225 от 3 сентября 1942 года сформировали три танковых роты по 10 Т-37А и Т-38 для охраны и обороны авиагарнизонов 38-го БАО (Озерки), 50-го БАО (Смольная) и 8-й авиабазы Балтийского флота. Помимо этого, на Ленинградском фронте была проведена одна из двух проведенных за всю войну операций (вторая проводилась в 1944 году на Карельском фронте), в которой плавающие танки использовались для форсирования водной преграды и захвата плацдарма на противоположном берегу. Одна из двух вышеназванных операций — операция по форсированию Невы началась ночью 26 сентября 1942 года. В первом эшелоне шла рота ОЛТБ — 10 машин. В 4.30 танки спустились к воде, при этом один из них сломался, а у двух других при маневрировании слетели гусеницы (позднее их эвакуировали в тыл). Оставшиеся семь машин вошли в Неву и устремились к левому берегу. Немцы, заметив переправу, осветили реку ракетами и открыли сильный артиллерийский, минометный и пулеметный огонь по танкам. В результате на левый берег вышло всего три танка. Но из-за того, что пехота 70-й стрелковой дивизии задержалась с переправой, все три машины были быстро подбиты. Их экипажи попытались вплавь переправится на правый берег, но в воде были расстреляны противником и утонули.

Подбитые советские плавающий танк Т-38 и грузовик ЗиС-5.
Плавающий танк т 38

В течение последующих четырех ночей советской пехоте удалось переправиться на левый берег Невы и занять там небольшой плацдарм. Вместе с пехотой удалось переправить и 29 танков, из них 16 Т-37А и Т-38 (9 Т-26 и 1 БТ-2 были перевезены через реку на пароме). На плацдарме танки сразу же ставились на позиции для их использования в качестве неподвижных огневых точек и окапывались. Но из-за открытой местности, сильного артиллерийского огня и бомбежек с воздуха, к 5 октября 1942 года 25 танков было подбито. Экипажи уничтоженных танков действовали как обычные пехотинцы, проявив при этом мужество и героизм. Так, вечером 5 октября группе немцев удалось просочиться в тыл частям, оборонявшимся на плацдарме. Группа танкистов, взяв два ящика гранат, забросала ими немцев, после чего бой перешел в рукопашную схватку. При этом механик-водитель ОЛТБ Байда «заколол ножом немецкого офицера, а тов. Рожков (тоже механик-водитель ОЛТБ) несколько немцев убил из нагана».

Дольше всего танки-амфибии Т-37А действовали на Карельском фронте. Здесь в сентябре 1941 года, за счет личного состава и матчасти расформированных отдельных разведывательных батальонов стрелковых дивизий, решением Военного Совета фронта были созданы внештатные бронеотряды. Эти отряды поступили в распоряжение командования оперативных групп фронта — Мурманской, Кандалакшской, Кемской и Медвежьегорской. Всего в составе этих групп имелось 38 танков Т-37А и Т-38. Это не такая уж и малая сила, если учесть, что к этому моменту на Карельском фронте имелось всего 34 танка (3 Т-28, 17 БТ, 6 Т-26 и 8 XT-133), 20 танкеток Т-27 и 44 броневика.

К лету 1944 года все оставшиеся в строю Т-37А, а также машины, переданные с Ленинградского фронта, были сведены в 92-й отдельный танковый полк. В ходе подготовки к наступлению в Карелии, командование фронта приняло решение использовать этот полк «для форсирования реки Свирь и захвата плацдарма с целью обеспечения переправы остальных войск». Эта операция стала вторым (и самым удачным) эпизодом, в котором плавающие танки использовались для переправы через водную преграду. Совместно с 92-м танковым полком, имевшим к 18 июля 1944 года 40 Т-37А и Т-38, должен был действовать 275-й отдельный моторизованный батальон особого назначения (ОМБОН), насчитывавший 100 автомобилей-амфибий Ford GPA, полученных из США по программе Ленд-лиза.

Брошенный советский легкий плавающий танк Т-38 на перекрестке улиц литовского города Вилкавишкис (Vilkaviškis), захваченного немцами.
Плавающий танк т 38

Операция началась утром 21 июля 1944 года. Началу переправы через реку Свирь предшествовала мощная артиллерийская подготовка, длившаяся 3 часа 20 минут. За 40 — 50 минут до окончания артогня 92-й танковый полк занял исходные позиции. Одновременно на берег реки вышли 338, 339 и 378-й гвардейские тяжелые самоходно-артиллерийские полки (63 ИСУ-152). Танки и автомобили-амфибии с десантом автоматчиков и саперов, начали переправу еще до окончания артиллерийской подготовки. Ведя огонь из пулеметов с хода, машины быстро достигли противоположного берега. При поддержке огня тяжелых самоходных полков, ведущих огонь прямой наводкой по ДЗОТам и огневым точкам противника, плавающие танки преодолели проволочные заграждения, три линии траншей и при поддержке десанта с автомобилей-амфибий завязали бой в глубине захваченного плацдарма.

Мощная артиллерийская подготовка и внезапность атаки плавающих танков и автомобилей-амфибий не позволили противнику использовать все огневые средства и обеспечили быстрый захват правого берега реки Свирь на фронте до 4 километров. При этом потери 92-го танкового полка составили всего 5 машин. В дальнейшем, по мере переправы стрелковых частей и расширения плацдарма, к вечеру 23 июля на правый берег Свири переправили танковую бригаду, танковый полк и четыре самоходно-артиллерийских полка, которые расширили и углубили прорыв.

Операция по форсированию реки Свирь стала последним известным эпизодом участия советских плавающих танков в Великой Отечественной войне.

Информация об использовании советских плавающих танков в армиях других стран довольно скупа. Единственной машиной, направленной на экспорт, был один танк Т-37А, проданный Турции в 1934 году вместе с партией Т-26. Советское правительство рассчитывало на заказ партии плавающих танков, но после испытаний Т-37А турки отказались от закупки таких танков. Остальные танки-амфибии попали в другие страны в качестве трофеев. Первой «обзавелась» ими армия Финляндии, захватившая в ходе советско-финляндской («Зимней») войны довольно большое количество Т-37А. После ремонта на заводе в Варкаусе они были включены в состав финского танкового батальона, имевшего на 31 мая 1941 года 29 Т-37А и 13 Т-38. К 1 июля 1943 года все Т-37А были выведены финнами из эксплуатации вследствие сильного износа.
Трофейный советский плавающий танк Т-37А на службе в финской армии. Машина имеет регистрационный номер R-202 и входит в состав учебной бронероты (Ps.Koul.K).
Плавающий танк т 38

В 1940 году один трофейный Т-37А финны подарили шведским добровольцам, которые в ходе «Зимней» войны действовали против частей Красной Армии на Кемском направлении. Непродолжительное время этот танк использовался в Военной пехотной школе недалеко от Стокгольма. Помимо финнов и шведов, трофейные Т-37А эксплуатировали венгры и румыны. Известно, что к 1 ноября 1942 года в румынской армии имелось 19 Т-37А.

Трофейные плавающие танки использовались и в частях вермахта, но в весьма небольших количествах. Главным образом они несли службу охраны в тылу, но иногда включались как внештатные машины в состав разведывательных батальонов пехотных дивизий.

Источники:
Солянкин, Павлов, Желтов, Павлов «Отечественные бронированные машины 1905-1941» Т1 М Экспринт. 2002 г.
М.Коломиец «Танки-амфибии Т-37, Т-38, Т-40» ФИ №3,2003 г.
М.Барятинский «Амфибии Красной Армии» Бронеколлекция №1, 2003 г.
М. Свирин «История советского танка 1919-1937г.» М. Яуза 2005г.
М. Свирин «История советского танка 1937-1943г» М. Яуза 2006г.
М. Барятинский «Советские танки в бою» М. Яуза 2006г.
Г. Пенежко «Записки советского офицера-танкиста» М. Яуза 2010г.

mihalchuk-1974.livejournal.com

karopka.ru


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.