Первый танк в мире

Каждый, кто первый раз входил внутрь темного металлического короба, обязательно ударялся головой о потолок. Это потом теснота в танках стала притчей во языцех, но тут все было в новинку. Даже это своеобразное «боевое» крещение, которое не миновало ни одного пехотинца, сапера, связиста, отправленного на переобучение. Ровно 100 лет назад в битве при Сомме через воронки и траншеи впервые поползли танки. Так зарождалась война нового типа.

Танк — это бронированный автомобиль с вооружением, и к первой четверти XX века, когда танк родился, в этой машине не было ничего принципиально новаторского. Преимущества нахождения на поле битвы хорошо защищенной боевой единицы, будь то римская «черепаха» или закованная в латы тяжелая конница средневекового Запада, оценили еще в доиндустриальные времена. Первый автомобиль — паровая телега Кюньо — был построен до Великой французской революции. Так что теоретически некий прототип танка мог участвовать и в наполеоновских войнах. Однако к тому времени все давно забыли про щиты и латы, а ползущая медленнее пешехода телега не могла сравниться со стремительностью конницы.


Пулеметный аргумент

Когда после мира, длившегося в Западной Европе полвека, вдруг вспыхнула большая война, многие поначалу не поняли, что грядет страшная бойня, мало похожая на баталии времен Аустерлица и Ватерлоо. Но случилось то, чего раньше не бывало: на Западном фронте воюющие стороны, безуспешно пытаясь обойти друг друга с флангов, выстроили сплошную линию фронта от Швейцарии до Северного моря. В середине 1915 года британцы и французы с одной стороны и немцы с другой вошли в безнадежный позиционный клинч. Всякие попытки прорвать зарывшуюся в землю, спрятавшуюся в дотах, огородившуюся колючей проволокой эшелонированную оборону заставляли наступавших умыться кровью. Перед тем как посылать пехоту в атаку, чужие траншеи, конечно, старательно обрабатывали артиллерией, но каким бы плотным и сокрушительным ни был ее огонь, достаточно было уцелеть паре пулеметов, чтобы они успешно валили на землю цепи атакующих. Пехота в наступлении явно нуждалась в серьезной огневой поддержке, требовалось оперативно выявлять и подавлять эти плюющиеся смертью пулеметы. Тогда-то и пришло время танка.

Те, кто хотел бы почувствовать себя в роли первых танкистов и погрузиться в историю танкостроения,
смогут это сделать в игре World of Tanks, когда в сентябре будет открыт специальный режим с легендарным Mark IV.

Нельзя сказать, что до появления танка на поле боя ничего в этом смысле не предпринималось. Например, пытались вооружать и бронировать автомобили. Но даже если маломощные машины тех времен и могли выдержать вес брони и вооружения, им крайне сложно было передвигаться по бездорожью. А ведь «ничейная земля» между первыми рядами траншей никем специально не подготавливалась для автомобильного движения, к тому же была порядком изрыта взрывами снарядов и мин. Надо было работать над проходимостью.


Свои конструкции гусеничного движителя предлагали в XIX веке несколько британских и русских изобретателей, в частности Дмитрий Загряжский и Федор Блинов. Однако идеи европейцев были доведены до коммерческой реализации по ту сторону Атлантики. Одним из пионеров американской гусеничной техники стала компания Бенджамена Холта, которая в будущем переименовала себя в Caterpillar.

Это все придумал Черчилль…

Тракторы Holt не были к началу войны чем-то необычным в Европе. В качестве тягачей для артиллерийских орудий их активно использовали, в частности, в британской армии. Идея превратить холтовский трактор в бронированную машину на поле боя пришла еще в 1914 году майору Эрнесту Данлопу Суинтону, одному из самых рьяных сторонников того, что в будущем назовут «танком». Кстати, слово «танк» (англ. «бак») было придумано как кодовое название новой машины, дабы ввести в заблуждение противника. Официальным же его названием на момент запуска проекта было Landship — то есть «сухопутный корабль». Получилось так потому, что идея Суинтона была отвергнута общеармейским руководством, но первый Лорд Адмиралтейства Уинстон Черчилль решил действовать на свой страх и риск и взять проект под крыло флота.


феврале 1915 года Черчиллем был создан Комитет по сухопутным кораблям, который разработал техническое задание на бронированную боевую машину. Будущему танку предстояло развивать скорость до 6 км/ч, преодолевать ямы и рвы шириной не менее 2,4 м, взбираться на брустверы высотой до 1,5 м. В качестве вооружения предлагались пулеметы и легкие артиллерийские орудия.

Обзор для командира и механика-водителя
открывался через щели, защищенные двумя стальными пластинами.

Интересно, что от идеи использования шасси от трактора Holt в результате отказались. На этой платформе построили свои первые танки французские и немецкие конструкторы. Британцы же отдали разработку танка компании из William Fosters & Co.Ltd., имевшей опыт создания сельскохозяйственной техники на гусеничном ходу. Работы велись под руководством главного инженера фирмы Уильяма Триттона и приданного военным ведомством инженера-механика лейтенанта Уолтера Уилсона. Они решили использовать удлиненное гусеничное шасси от другого американского трактора — Bullock. Правда, пришлось серьезно усилить гусеницы, сделав их полностью металлическими. На гусеницы поставили коробчатый металлический корпус, а на него предполагалось поднять цилиндрическую башню. Но идея не прошла: башня смещала вверх центр тяжести, что грозило опрокидыванием.


ади к гусеничной платформе крепилась ось с парой колес — наследство, доставшееся от гражданских тракторов. При необходимости колеса гидравликой прижимались к земле, удлиняя базу при прохождении неровностей. Всю конструкцию тянул 105-сильный двигатель Foster-Daimler. Прототип Lincoln 1, или Little Willie, был важным шагом в конструировании танка, но оставлял без ответа некоторые вопросы. Во-первых, если нет башни, где ставить вооружение? Вспомним, что первый британский танк разрабатывался под кураторством флота, и… решение нашлось чисто морское. Оружие решили разместить в спонсонах. Это морской термин, означающий выступающие вбок элементы конструкции корабля, в которых находится вооружение. Во-вторых, даже с удлиненным шасси от Bullock прототип не вписывался в заданные параметры прохождения неровностей. Тут Уилсону пришла в голову идея, впоследствии оказавшаяся тупиковой, но на этот раз определившая британский приоритет в танкостроении. Пусть корпус боевой машины станет ромбовидным, а гусеницы будут вращаться по всему периметру ромба! Такая схема позволила машине как бы переваливаться через препятствия. На основе новых идей была построена вторая машина — Big Willie, получившая прозвище Mother (англ. «мать»). Это и был прототип первого в мире танка Mark I, который приняли на вооружение британской армии. «Мать», как и положено, произвела на свет разнополое потомство: танк-«самец» был вооружен двумя 57-мм морскими пушками (и снова флотское влияние!), а также тремя 8-мм пулеметами — все вооружение компании Hotchkiss. На «самке» пушек не было, а пулеметное вооружение состояло из трех 8-мм Vickers и одного Hotchkiss.


Первый танк вобрал в себя ряд решений,
позаимствованных у военно-морского флота. Он был оснащён деревянной «палубой» и спонсонами для размещения орудий. Собственно, официальное название танка MK1 было Landship — «сухопутный корабль»

Муки первых танкистов

«Ходовая часть и силовая установка танка Mark I, — говорит исторический консультант компании Wargaming Федор Горбачев, — позволяла передвигаться по полю боя вне дорог, преодолевать проволочные заграждения и окопы шириной до 2,7 м — этим танки выгодно отличались от современных им бронеавтомобилей. С другой стороны, их скорость не превышала 7 км/ч, отсутствие средств подрессоривания и демпфирования делало из них достаточно неустойчивую артиллерийскую платформу и усложняло работу экипажа. Согласно Tanks Driver`s Handbook, существовало четыре способа поворота танка, при этом самый распространенный и щадящий для механизмов требовал участия в этом процессе четырех членов экипажа, что сказывалось на маневренности машины не лучшим образом. Броня обеспечивала защиту от ручного огнестрельного оружия и осколков, но пробивалась бронебойными пулями «K» (массово применявшимися немцами с лета 1917 года) и артиллерией».

Первый в мире танк, разумеется, не был образцом технического совершенства. Он создавался в нереально сжатые сроки.


бота над невиданной прежде боевой машиной началась в 1915 году, а уже 15 сентября 1916-го танки впервые применили в бою. Правда, к полю боя Mark I еще надо было доставить. Танк не вписывался в железнодорожные габариты — мешали «щеки»-спонсоны. Их, каждый весом 3 т, везли отдельно на грузовиках. Первые танкисты вспоминали, как накануне боя им приходилось проводить бессонные ночи, привинчивая болтами спонсоны к боевым машинам. Проблема съемных спонсонов была решена только в модификации Mark IV, где их вдвигали внутрь корпуса. Экипаж танка состоял из восьми (реже девяти) человек, и для такого большого экипажа места внутри было маловато. В передней части кабины стояли два кресла — командира и механика-водителя; от них в кормовую часть вели два узеньких прохода, в обход кожуха, прикрывавшего двигатель. Стены кабины использовали под шкафчики, куда убирали боеприпасы, запчасти, инструменты, запасы питья и еды.

Немцы побежали

«В первом бою — при Flers-Courcelette — танки Mark I достигли ограниченного успеха и прорвать фронт не смогли, но эффект, который они оказали на сражающиеся стороны, был значительным, — рассказывает Федор Горбачев. — Англичане за один день 15 сентября продвинулись вглубь обороны противника на 5 км, причем с потерями в 20 раз меньше обычных. На немецких позициях были зафиксированы случаи самовольного оставления окопов и бегства в тыл. 19 сентября главнокомандующий британскими силами во Франции сэр Дуглас Хейг попросил Лондон предоставить более 1000 танков. Несомненно, танк оправдал надежды своих создателей, несмотря на то что он достаточно быстро был вытеснен из боевых частей наследниками и в дальнейшем использовался для обучения экипажей и на второстепенных театрах военных действий».


Нельзя сказать, что именно танки изменили ход Первой мировой и склонили чашу весов в пользу Антанты, но и недооценивать их не стоит. Уже в Амьенской операции 1918 года, приведшей к прорыву германской обороны и фактически к скорому завершению войны, участвовали сотни английских танков Mark V и более продвинутых модификаций. Это сражение стало провозвестником великих танковых битв Второй мировой. Британские ромбовидные «Марки» повоевали и в нашей стране в ходе гражданской войны. Появилась даже легенда об участии Mark V в битве за Берлин, но позже выяснилось, что обнаруженный в Берлине Mark V был украден нацистами и увезен в Германию из Смоленска, где служил мемориалом в память о гражданской войне.

Танк не внес коренного перелома в боевые действия
Первой мировой войны, но оказался серьезной поддержкой наступающей пехоте в условиях позиционного кризиса.

topwar.ru

История развития бронетехники по странам

Первый танк в мире СССР

Первый танк в мире США
Первый танк в мире Великобритания Первый танк в мире Германия Первый танк в мире Франция Первый танк в мире Китай

История танков остальных стран

  • Япония
  • Италия 
  • Польша 
  • Венгрия
  • Швейцария
  • Израиль
  • Чехословакия
  • Швеция

Этапы развития танкостроения

Первым начали использовать паровоз. Сначала для переброски войск, а позже на железнодорожную платформу установили пушку, а для защиты установили бронированные щиты. Так получился первый бронепоезд, который применили американцы в 1862 году во время гражданской войны в северной Америке. Использование бронепоездов накладывает свои ограничения — нужны железнодорожные пути. Военные стали думать о совмещении в транспортном средстве высокой огневой мощи и подвижности.


 

Следующим этапом стало бронирование обычных легковых автомобилей с установкой на них пулеметного или легкопушечного вооружения. Они должны были использоваться для прорыва переднего края обороны противника и доставки живой силы.

 

Главной проблемой в истории развития танкостроения до Первой мировой войны было отсутствие мотивации и непонимание возможностей применения бронированной техники. Про основы применения бронированной повозки еще в XV веке Леонардо да Винчи писал: « Мы построим закрытые колесницы, которые проникнут в неприятельские линии и не смогут быть уничтожены толпой вооруженных людей, а позади них может следовать пехота без особого риска и всякого багажа». На практике никто всерьез не воспринимал «дорогие железные игрушки», как назвал в свое время прототипы танков военный министр Англии.

Причины создания первого танка и его предназначение

Настоящее признание танки получили во время Первой мировой войны.

Первая мировая была войной позиционной, для неё характерна многоэшелонированная сплошная линия обороны с пулемётами и архитектурными сооружениями.


я прорыва использовалась артподготовка, но из-за малой дальности стрельбы она могла подавить, и то довольно условно, только огневые точки передней линии. При захвате первой линии, захватившие неизбежно сталкивались со следующей, для подавления которой нужно было подтягивать артиллерию. Пока наступающие занимались артиллерией, обороняющие войска мобилизировали резервы и отвоевывали занятую линию и уже сами начинали переходить в атаку. Такое безрезультатное передвижение могло продолжаться довольно долго. Например. В феврале 1916 года в битве при Вердене, к которой немцы готовились почти два месяца, участвовало больше одной тысячи орудий. За десять месяцев противостояния было израсходовано больше 14 млн. снарядов, а число погибших с обеих сторон превысило один млн. При всем при этом, немцы продвинулись аж на – 3 километра в глубь обороны французов.

Перед военными четко стал вопрос о необходимости транспортного средства, которое могло б прорывать линии обороны противника с полным подавлением огневых точек или как минимум оперативно доставлять артиллерию к очередным рубежам.

Бронепоезда по понятным причинам использоваться не могли, а бронеавтомобили быстро показали свою несостоятельность — слабую броню и неэффективное вооружение. Усиление бронирования и вооружения значительно повышало вес автомобиля, что наряду с колесной подвеской и слабыми двигателями проходимость бронеавтомобилей сводило к нулю. Несколько помогло улучшить ситуацию применение гусеничного тяжителя (гусениц). Опорные катки равномерно распределяли давление на почву, что существенно повышало проходимость по мягкому грунту.

Для увеличения огневой мощи и проходимости военные инженеры начали экспериментировать с размерами и весом новой боевой машины. Пробовали комбинировать гусеницы с колесами. Было среди них и несколько довольно неоднозначных проектов. Например. В России конструктор Лебеденко, и независимо от него в Англии майор Хетерингтон, в целях большей проходимости сконструировали танк на трех огромных колесах. Идея обеих конструкторов заключалась в обычном переезде канавы боевой машиной, поэтому Лебеденко предлагал создать танк с колесами диаметром 9 метров, а Хетерингтон соответственно 12 метров. Лебеденко даже создал опытный экземпляр, но во время испытаний он… застрял в первой же яме.

Из-за несовершенства представленных броневых машин, споры о необходимости их разработки и примирения среди военных продолжались до 15 сентября 1916. Этот день стал переломный в истории танкостроения и ведения войн вцелом. Во время битвы на реке Сомме, англичане впервые использовали свои новые танки. Из 42 двух бывших в наличии, в бою участвовали 32. Во время боя 17 из них по разным причинам вышли из строя, но и оставшиеся танки смогли помочь пехоте продвинуться в глубь обороны на 5 километров по всей ширине наступления, при этом потери в живой силе составили в 20 раз! меньше расчетных. Для сравнения можно вспомнить бой при Вербене.

Первый в мире танк Mark I

Этим танком был Mark I, названый, в честь одного из создателей, «Большим Вилли», являясь, в некотором роде прародителем, всех танков, получил еще и прозвище: «Мать». Танк представлял собой огромную ромбовидную коробку с гусеницами по периметру. Для ведения курсовой стрельбы по бокам танка, в спонсонах, в зависимости от модификации устанавливались пулеметы или пушки. Экипаж танка состоял из 8 человек, весил он 27-28 тон, а скорость составляла 4,5 км/час (по пересеченной местности 2 км/час).

Такой, во всех отношениях несовершенных танк, положил начало массовому танкостроению во всем мире, уже никто не сомневался в необходимости таких боевых машин. Позже А.П. Ротмистров писал, что англичане не смогли развить тактический успех в оперативный только из-за малого количества танков.

Термин «танк» переводится с английского как «бак» или «чан». Так стали называть боевые машины во время доставки их к линиям фронта. В целях конспирации танки перевозились под видом « самодвижущиеся водяные цистерны для Петрограда». На железнодорожных платформах они и впрямь, напоминали большие баки. Интересно, но в России, до того как прижилось английское «танк», его переводили и называли — лохань. В других армиях закрепились свои названия – «панцеркампфваген» PzKpfw (боевая бронированная повозка) у немцев, у французов «шар де комба » ( боевая повозка), у шведов — «стридрвагн» (боевая повозка), итальянцы называли «карро д`армато» (вооруженная повозка).

После Mark I танкам постоянно уделялось огромное внимание, хотя тактика и стратегия их применения, еще не была разработана, а возможности самих танков были довольно посредственные. Но через очень короткое время танк станет ключевым предметом на поле боя, появятся легкие и тяжелые танки, многобашенные неуклюжие гиганты и скоростные танкетки, плавающие и даже летающие танки.

comments powered by HyperComments

tanki-tut.ru

Mk. I — первый в мире боевой танк

"Большой Вилли", "Машина Вильсона", "Мать" ,
"Стоножка", "Марка-1", танк Mk.I.

Тяжелый танк Mk I "Самец"Э. Свинтон (Ernest Dunlop Swinton) обратился к командующему британскими войсками в Европе генералу Джорджу Френчу (George Arthur French), сообщив о проходящих экспериментах («О необходимости истребителей пулеметов»). Генерал откликнулся, а офицеры из штаба изложили в деталях, какая машина им требуется. Будущий «сухопутный броненосец» должен был иметь противопульную броню, преодолевать воронки диаметром до 4 метров и проволочные заграждения в несколько рядов, развивать скорость на местности не менее 4 км/ч. Вооружение должно было состоять из одной пушки и двух пулеметов, экипаж из 6 человек.

"Маленький Вилли"
"Маленький Вилли"

Вальтер Гордон ВильсонОпытный экземпляр на шасси трактора «Буллок» под руководством инженера У. Триттона, лейтенанта В. Вильсона и Г. Рикардо соорудили за 40 дней на машиностроительном предприятии У. Фостера в Линкольне. Они дали машине название «Маленький Вилли». При боевом весе около 18 тонн ее вооружение должно было состоять из 40-мм автоматической пушки Максима, расположенной в башне в центре корпуса. Вооружение не было установлено, и она испытывалась с фальшивой башней (для веса). Нужно отметить, что сделана она была еще до того, как получили одобренную военными спецификацию, поэтому, хотя испытания и закончились успешно, было решено, что для боя «Маленький Вилли» еще не годится.

"Маленький Вилли"

Главным недостатком называли то, что он не мог преодолевать 4 метровые воронки из-за недостаточной длины опорной поверхности гусениц. У инженеров возникла мысль придать гусеницам танка ромбовидные очертания, а сам корпус и вооружение разместить между ними. Подобная конструкция позволяла преодолевать вертикальные препятствия, которых всегда много на поле боя, а при необходимости легко перевозить его по железной дороге, сделав бортовые отсеки для вооружения (спонсоны) съемными.

Танк "Большой Вилли"
Танк "Большой Вилли" на испытаниях 2 февраля 1916 года.

pro-tank.ru

Франция стала второй по счёту страной в мире, которая обзавелась танками. От англичан французы отстали примерно на полгода, но при этом их конструкторская школа оказалась куда более прогрессивной. В конце Первой мировой войны французская армия имела самое большое число танков, причём количество сочеталось с качеством. К этому времени основой французских бронетанковых сил был Renault FT. Этот самый массовый танк своего времени одновременно был и первым серийным лёгким танком, и первым в мире танком с компоновкой, которую впоследствии признали классической. Какова же история создания Renault FT?

Меньше, да больше

Поначалу французское танкостроение во многом шло по тому же пути, что и английское. После череды всевозможных проектов как колёсных, так и гусеничных боевых машин французы, подобно англичанам, обратили свой взор на трактора фирмы Holt. Разница была в том, что англичане заинтересовались моделью Holt 75, а французы — Holt Baby. Именно его база стала основной для создания первого французского серийного танка Schneider CA.1. 25 февраля 1916 года фирма Schneider получила заказ на 400 таких танков. На похожей базе был создан и второй средний танк, известный как Saint Chamond. Французская армия заказала 400 таких машин.

Куда менее известен тот факт, что у французов мог появиться ещё один средний танк. 20 мая 1916 года генерал Муре, заведовавший службой STA (Service Technique Automobile, техническая служба механизации французской артиллерии), посетил завод Renault в Булонь-Бийанкуре. Результатом визита стало задание на разработку среднего танка. Проект был готов 29 июля 1916 года, но дальше бумаги дело не продвинулось.

Ответвлением от этого проекта стал тягач Renault FP. Он, подобно проектировавшемуся танку, тоже базировался на шасси STA-Fouche разработки лейтенанта Шарля Фуше, одного из ключевых людей во французской танкостроительной программе. Именно разработки Фуше, трудившегося в STA, послужили основой для создания первых французских танков.

Одной из причин закрытия программы среднего танка Renault оказался разговор между Луи Рено и полковником Эстьеном, состоявшийся в июле 1916 года. Главный идеолог французского танкостроения довольно плотно общался с Рено и раньше. В 1915 году, например, между ними произошла беседа о среднем танке, но тогда фирма Renault оказалась загружена другими заказами. А в июле 1916 года речь пошла о совсем другой машине. Ещё весной Эстьен побывал в Англии, где смог ознакомиться с английской танковой программой. По итогам поездки он пришёл к выводу, что в дополнение к средним и тяжёлым танкам нужны и машины лёгкого класса. Эти танки концептуально больше напоминали подвижные пулемётные точки, гораздо более многочисленные, чем средние и тяжёлые танки.

Идея заинтересовала Рено, поскольку лёгкий танк можно было построить на автомобильных агрегатах. Машину он назвал на английский манер tank patrouilleur, то есть «патрульный танк». Общее руководство работами над новым танком взял на себя Шаль Серре, технический директор заводов Renault. Непосредственную разработку танка возглавил Рудольф Эрнст-Метцмайер.

Нередко указывается, что новый танк базировался на наработках по Schneider CA.2, но это совершенно неверно. Во-первых, между этими машинами нет почти ничего общего. Во-вторых, работы по Schneider CA.2 начались в октябре 1916 года, когда работы над танком Renault уже были в самом разгаре. К тому моменту инженер Эрнест Фукс уже в целом определился с концепцией ходовой части нового танка.

В октябре 1916 года фирма Renault закончила постройку полноразмерного макета танка. Получившаяся машина радикально отличалась от всего, что разрабатывалось в тот период. Двигатель оказался в кормовой части Renault 18CV и был отделен от экипажа перегородкой, что стало большим шагом вперёд с точки зрения обеспечения комфорта для танкистов. Механика-водителя инженеры Renault разместили в носовой части, позади него находился командир, он же наводчик и заряжающий. В распоряжении командира имелся пулемёт, установленный во вращающейся башне.

Справедливости ради следует упомянуть, что первая башня появилась ещё на британском «Маленьком Вилли», но от неё конструкторы быстро отказались. В случае же с танком Renault никто от башни отказываться не собирался, ведь её наличие значительно увеличивало манёвренность огня. Для повышения проходимости создатели танка максимально вынесли вперёд ленивцы, имевшие большой диаметр.

Эстьену, который к тому моменту уже стал генералом, общая концепция лёгкого танка Renault понравилась. Его энтузиазма, впрочем, не разделял генерал Муре, крайне скептически относившийся к лёгким танкам. Но это не помешало в обход него получить добро на производство 50 танков от генерала Жоффра, главнокомандующего французской армией. Письмо Эстьена с соображениями о роли лёгких танков на поле боя было отправлено Жоффру 27 ноября, а 30 числа главнокомандующий дал положительный ответ.

Вопрос в том, что вокруг танкостроения в целом на тот момент шли ожесточённые споры. В декабре 1916 года Жоффра на посту главнокомандующего сменил Нивель, имевший более консервативные взгляды на танки. По его мнению, вместо лёгких танков лучше следовало построить 300 артиллерийских тягачей. Имелись и другие силы, которые действовали против Эстьена и Рено. Так или иначе, 12 декабря Renault получила разрешение на создание одного «гусеничного трактора системы Рено, проект №11» со сроком изготовления в марте 1917 года. Также он назывался просто Char leger, то есть «лёгкий танк». На заводе проект назвали Renault FT, как следующую после легкового автомобиля Renault FS машину, оснащённую, к слову, тем же мотором.

30 декабря был продемонстрирован улучшенный вариант танка в виде полноразмерного макета. Главным отличием стало изменение конструкции башни, которую разработал полковник Эмиль Римальо (Émile Rimailho), технический директор FAMH. Башня стала более просторной и технологичной.

Вокруг танка развернулась яростная дискуссия. Муре и его сторонники попытались отменить решение о постройке танка, считая его слишком лёгким и слабо вооружённым. Голосов для этого им не хватило. Из десяти членов Консультативного комитета, принимавшего решение по танку Renault, против его производства оказались только трое. Было принято решение об изготовлении от 100 до 200 танков первой серии. Окончательную цифру в 150 танков утвердил министр вооружений Альбер Тома в феврале 1917 года. При этом сам Тома также считал, что артиллерийские тягачи важнее лёгких танков. Одним словом, создавался первый лёгкий танк в непростых условиях.

Первый опытный образец лёгкого танка, также именовавшегося Char mitrallieur Renault, то есть «пулемётный танк Рено», был готов в конце января 1917 года. По компоновке он в целом повторял полноразмерный макет, но при этом в конструкции имелось множество отличий. Для начала, в верхнюю границу боевой массы в 4 тонны, которую предполагал Эстьен, вписаться не удалось: боевая масса танка составила 6,5 тонны. Впрочем, это большой проблемой не стало.

Также в ходе изготовления опытной машины значительно изменилась конструкция корпуса. Связано это было с перекомпоновкой агрегатов моторно-трансмиссионного отделения, а также с работами по улучшению условий работы механика-водителя. Ещё одним полезным дополнением стал «хвост», удлинявший корпус и улучшавший проходимость танка через рвы и траншеи.

Полностью оказалась переделана башня. Она стала несколько меньше по размеру, но при этом по конструкции была явно лучше предыдущей. Помимо того, что танк стал первым получившим башню, так он ещё и оказался и первым танком с командирской башенкой. В башенку перенесли смотровые щели, а вот верхнего люка в ней поначалу не предусматривалось. Ещё одним заметным отличием новой башни стала иная конструкция установки пулемёта Hotchkiss Mle.1914. На макете он перемещался только в вертикальной плоскости, а на опытной башне была сделана шаровая установка.

Первые пробные запуски Renault FT были сделаны ещё в январе. Вполне справедливо опасаясь молниеносной реакции со стороны противников нового танка в случае каких-то проблем, Эстьен и Рено особо не спешили. 22 февраля Луи Рено устроил показательный пробег по заводскому двору, что стало первой демонстрацией новой машины. Затем машину передали в центр «штурмовой артиллерии», который находился в Шамплие. С 14 марта там начались неофициальные испытания, в ходе которых устранялись обнаруженные дефекты. Затем танк вернули на завод, где были проведены его ремонт и модернизация.

Момент истины наступил 9 апреля 1917 года. В этот день состоялись официальные испытания, которые также проходили в Шамплие. Стало ясно, что машина удалась. Консультативный комитет не только утвердил постройку 150 машин первой серии, но и принял предложение Эстьена по выпуску сразу 1000 танков. Даже Нивель был вынужден сдаться, случилось это 13 апреля.

Впрочем, принятие на вооружение не означало, что конструкция танка полностью лишилась недостатков. При стрельбе башня заполнялась пороховыми газами, требовалось решить проблему с вентиляцией. По этой причине уже в мае башню переделали: на командирской башенке появился воздухоприток, а саму башню немного «нарастили».

Конкуренты в малом классе

Запуск работ по Renault FT не прошёл незамеченным. Когда генерал Жоффр дал положительный ответ Эстьену, информация о том, что Renault работает над новым танком, перестала быть тайной. Как уже упоминалось, внутри французской танкостроительной программы велась острая конкурентная борьба. Как только стало ясно, что появилось новое направление, за кульманами тут же закипела работа.

Первыми отреагировали на работы конкурентов в Schneider-Creusot. 29 декабря 1916 года был представлен проект миниатюрного танка, в котором отчётливо прослеживалось сходство со Schneider CA.2. Боевое отделение находилось сзади, а двигатель — спереди. Предлагалось два варианта машины: с башней и без башни. Впрочем, этот проект быстро был отвергнут, поскольку он по многим параметрам уступал Renault FT, а его миниатюрность сыграла скорее ему во вред.

Примерно в это же время фирма Delaunay-Belleville из Сен-Дени также решила попробовать свои силы в танкостроении. Основным профилем этого предприятия были роскошные автомобили. Впрочем, и для того же Renault танки являлись совсем не главной статьей дохода. Изобретать велосипед в Сен-Дени не стали и взяли за основу шасси Schneider CA.1, уменьшив его на 15%. Двигатель разместили сзади, а посередине корпуса установили рубку, где должны были размещаться пулемёт и пушка. Нельзя сказать, что концепция танка, имевшего проектную боевую массу 2,75 тонны, была плохая, но она явно уступала Renault FT. Это стало главной причиной, почему от постройки машины отказались. К слову, спустя 2 года идея сверхлёгкого танка вновь вернулась, но на сей раз она была реализована уже за океаном.

Более серьёзный конкурент у Renault FT появился в начале 1917 года. Генерал Муре, не испытывавший симпатий к детищу Renault, решил подстраховаться и запустил конкурирующий проект. В качестве подрядчика было решено выбрать ещё одну автомобильную фирму, Peugeot. По-настоящему серьёзные работы здесь начались только в марте, когда к проекту присоединился инженер Эмишен. До войны он работал над машинами Peugeot, а позже стал техническим консультантом полковника Эстьена.

В отличие от конструкторов Schneider и Delaunay-Belleville, которые шли эволюционным путем, Эмишен решил устроить маленькую революцию. По компоновочной схеме его танк не был похож ни на один другой проект. Двигатель инженер Peugeot разместил спереди, при этом он работал на генератор, который передавал энергию на расположенные в корме электромоторы. Ходовая часть лишь концептуально напоминала Renault FT. Число опорных катков на борт уменьшилось до четырёх, а подвеска имела довольно сложную конструкцию. Более сложными по конструкции оказались и траки.

Затянувшееся проектирование привело к тому, что окончательно лёгкий танк Peugeot был закончен только в сентябре 1918 года. Получилась довольно странная машина, которая к тому моменту в лучшем случае могла претендовать на заполнение одной из ниш на поле боя, но никак не на роль замены для более универсального Renault FT.

Дело в том, что по ходу проектирования Эмишен несколько изменил исходную концепцию и вместо лёгкого пулемётного танка решил делать танк огневой поддержки пехоты. В качестве вооружения для него была выбрана 75-мм короткоствольная гаубица BS. Вместо вращающейся башни её установили в рубку, броня которой имела в лобовой части внушительную для того времени толщину в 40 мм. Справа от орудия размещался механик-водитель. Несмотря на то что 100-сильный двигатель Peugeot был более чем в 5 раз мощнее силовой установки Renault FT, значительного увеличения подвижности не произошло. Ведь боевая масса танка Peugeot составляла 9 тонн — такой оказалась плата за более мощное бронирование.

Проведённые осенью 1918 года испытания показали, что идея Эмишена оказалась во многом ошибочной. С одной стороны, танк был лучше защищён и развивал вполне достаточную для того периода максимальную скорость в 12,5 км/ч. С другой стороны, разница в 4 км/ч по сравнению с танком Renault выглядела несущественной. При этом более короткий, чем Renault FT, танк Peugeot уступал ему в проходимости по траншеям и рвам. Его короткоствольная пушка оказалась весьма специфичным орудием, к тому же обладавшим слабой манёвренностью огня. К тому же на базе Renault FT выпускались артиллерийские танки FT 75 BS с таким же орудием, установленном во вращающейся башне. Одним словом, дальше опытного экземпляра дело не продвинулось.

Уже после Первой мировой войны Эмишен добился куда более серьёзных успехов на другом поприще — в вертолётостроении.

Никто не ушёл обиженным

Запуск в серию первой партии из 150 танков не означал, что уже эти машины попадут на фронт. Было принято решение изготовить первые Renault FT в качестве учебных машин, имевших корпуса и башни из неброневой стали. Эта идея выглядит спорной, но свой резон в ней был. Ведь для начала требовалось отработать саму технологию производства лёгких танков до начала выпуска основной серии. Кроме того, следует учесть, что до этого момента лёгких танков во французской армии никогда не было. Насущной оказалась необходимость выработки тактики их применения, которая явно должна была отличаться от тактики использования средних танков. Наконец, в ходе эксплуатации учебных машин французские военные рассчитывали выявить те или иные недостатки в их конструкции. Одним словом, идея с подобной подстраховкой оказалась верной.

Первые три танка учебной серии были изготовлены в Булонь-Бийанкуре в сентябре 1917 года. Машины получили как заводские номера, начинавшиеся с цифры 3, так и регистрационные номера, первым из которых был 66001. В целом танки первой производственной серии соответствовали опытному образцу, но имелись и отличия. Характерной деталью машин «учебной» серии стали носовая и кормовая часть, изготовленные методом литья.

Кроме того, не очень удобный одностворчатый люк механика-водителя заменили на двустворчатый. Конструкцию люка отработали на опытном образце, который продолжали активно использовать для различных экспериментов. Несколько изменилась кормовая часть машины: вентиляционные отверстия в бортах признали не самым удачным решением, по этой причине от них отказались. Очередным изменениям подверглась башня. Командирская башенка получила характерный «грибок», который заметно улучшил ситуацию с вентиляцией.

Поначалу работы по выпуску первой партии шли неспешно. В октябре завод Renault сдал 18 танков, а в ноябре — 21. В декабре Булонь-Бийанкур покинуло 40 танков, 32 — в январе 1918 года, 35 — в феврале и оставшиеся 4 — в марте. По ходу производства машина немного менялась. Наиболее заметным стало появление специальных ступенек в носовой части машины, заметно облегчавших жизнь механику-водителю. Их установили уже на второй месяц производства.

Помимо французской армии, 12 танков «учебной» серии попали в Великобританию. Один из них, 13-я серийная машина с регистрационным номером 66016, сохранился до наших дней. Ныне этот танк находится в танковом музее Бовингтон, являясь самым старым из сохранившихся Renault FT.

«Грибок» на командирской башенке стал первым из серии серьёзных изменений, которые ожидали башню. О том, что 8-мм пулемёт Hotchkiss Mle.1914 — лишь один из вариантов вооружения лёгкого танка, Эстьен писал Жоффру ещё в конце ноября 1916 года, когда принималось решение о запуске программы Renault FT. По мнению Эстьена, часть танков требовалось вооружить 37-мм пехотными пушками. Кандидат на эту роль нашёлся достаточно быстро: 37-мм пехотная пушка образца1916 года (Canon d’Infanterie de 37 modèle 1916 TRP). Компактные размеры орудия позволяли без особых проблем установить его в лёгкий танк. Фирма APX (Atelier de Puteaux), разработчик пушки, весьма оперативно разработала танковую версию орудия, получившую обозначение 37 mm SA (canon de 37 S. A. pour chars légers).

В начале апреля 1917 года в конструкторском бюро Renault был подготовлен эскизный проект модифицированной башни. Разрабатывали её совместно с фирмой Paul Girod, по этой причине в историю она вошла как башня Girod-Renault. Также эта башня в переписке проходит как tourelle omnibus. За её основу была взята башня танка «учебной» серии. За счёт переделки передней части башни удалось увеличить её внутренний объём. Это позволило без особых проблем разместить внутри 37-мм орудие.

Поскольку шаровая установка для этих целей не подходила, была разработана новая конструкция. Она оказалась похожа на установку пулемёта, которая имелась на макетах танка. Благодаря тому, что наводка в установке осуществлялась как по вертикали, так и по горизонтали, командир имел возможность производить точную наводку орудия на цель, не поворачивая башню. Путём замены орудийной маски можно было в одну и ту же башню ставить либо пушку, либо пулемёт.

Опытный образец башни был готов в мае 1917 года, в июле её поставили на опытный образец Renault FT. В ходе испытаний вместо пушки стоял макет, но уже 5 июля последовал заказ на первые 600 пушек. Осенью конструкцию башни немного изменили: появились «скулы» по бортам. В таком виде она и пошла в серию.

9 мая 1917 года Нивеля, позиции которого пошатнулись после ряда неудач, на посту главнокомандующего сменил Петен, который благосклонно относился к танкам. Концепция Renault FT ему понравилась, и первоначальный заказ на 1000 танков основной серии был заметно расширен. 1 августа 1917 года появился новый заказ, согласно которому Renault должна была произвести 2400 танков по цене 44 тысячи франков за штуку. Дешевизна, к слову, была относительной: для сравнения, средний танк Schneider CA.1 обходился в 58 тысяч франков, а Saint-Chamond — в 94 тысячи франков.

В октябре 1917 года заказ был перераспределён за счёт подключения к производству новых предприятий. Таковыми оказались Schneider и Delaunay-Belleville — фирмы, которые пытались конкурировать с Renault. В случае со Schneider было задействовано дочернее предприятие SOMUA (Société d’outillage mécanique et d’usinage d’artillerie). К прямым конкурентам Renault на танковом поприще добавился ещё один производитель — Berliet, автомобильный завод из Венисьё.

19 октября 1917 года заказ на первую партию был распределён следующим образом:

  • Renault — 700 танков;
  • SOMUA — 600 танков;
  • Delaunay-Belleville — 280 танков;
  • Berliet — 800 танков.

Серийные номера машин, произведённых SOMUA, начинались с 3001, Delaunay-Belleville — с 4022, а Berliet — с 2163. Регистрационные номера танков SOMUA начинались с 69017, Delaunay-Belleville — с 70017, а Berilet — с 73003. В процессе производства происходили небольшие пертурбации с номерами, но в целом систему удалось удержать в установленных параметрах.

Распределение заказа по четырём предприятиям привело к тому, что организовалась система достаточно тесной кооперации. В производстве танков это произошло впервые в мире. Фирма Renault обеспечивала себя двигателями, КПП и всеми элементами ходовой части, но при этом полностью зависела от поставщиков корпусов и башен. Таковых было целых пять. Berliet корпуса и башни собирала сама, а броня сюда приходила с Paul Girot (для башен), FAMH и Imphy. Подобно Renault, Berliet полностью обеспечивала себя моторами и элементами ходовой части. У Delaunay-Belleville похожим образом обстояли дела с поставщиками брони. Корпуса и башни эта фирма собирала сама, а моторы сюда приходили с Berliet и Renault. Остальные элементы ходовой части производились в Сен-Дени. Наконец, SOMUA броню получала в основном от Schneider, а элементы ходовой части делала сама. Что же касается моторов, то 510 штук изготовили на Peugeot, остальные пришли с Renault.

Такая плотная кооперация способствовала успешной организации массового производства танка.

Расширение производства повлияло и на внешний облик танка. От литых лобовых и кормовых деталей корпуса производители отказались. Снова изменилась и башня. С октября 1917 года начались совместные работы конструкторов Berliet и Paul Girod. Итогом сотрудничества стала башня Berliet-Girod. Внешне она оказалась очень похожа на башню Girod-Renault: главным отличием было то, что от выступавших «скул» на бортах отказались. Этот вариант оказался самым массовым среди башен литой конструкции, их использовали на танках всех четырёх производителей.

Литые башни Girod-Renault были выпущены в небольшом количестве. Дело в том, что на Renault обратили свой взор на башню клёпаной конструкции, которую в своё время разработал полковник Римальо. Она выглядела более технологичной, чем совместная с Girod разработка. В результате осенью 1917 года на свет появилась «полигональная» башня. Именно эту башню приняли на Renault в качестве приоритетной. Всего за время производства было изготовлено 1147 башен этого типа, все пошли на танки выпуска Renault. Параллельно с ними устанавливались и башни Berliet-Girod.

По планам от 2 ноября 1917 года, к концу марта 1918 года ожидалось получить 1680 готовых Renault FT. Но в реальности первые танки основной серии только выходить с заводов начали в марте. Тогда же APX стала выпускать и первые пушки. Из 260 танков, которые были сданы к 1 мая, только 60 находились в полностью исправном состоянии. Согласно изменённой программе, за 1918 год предполагалось изготовить 4000 танков, из них 3100 — в штатной конфигурации. 600 машин собирались выпустить в версии BS с 75-мм пушкой, ещё 300 были радийными TSF.

По состоянию на 1 июня 1918 года было сдано 664 танка. Полномасштабное массовое производство началось с лета. Если в июне было изготовлено 372 танка, то за июль заводы сдали 601 FT, в августе заказчики приняли 502 танка, а в сентябре — 592.

Впервые в бой эти машины пошли 31 мая 1918 года. Достаточно быстро выяснилось, что лёгкие танки оправдали возложенные на них ожидания. Низкая скорость передвижения компенсировалась относительно небольшой массой (6,5 тонны для пулемётной версии и 6,7 тонны — для пушечной), что позволяло оперативно доставлять их до поля боя на грузовиках. С задачей сопровождения пехоты они успешно справлялись, более того, именно наличие этих танков нередко оказывалось едва ли не единственной возможностью отправить пехоту в атаку. Наличие бронированной боевой машины, неспешно, но неумолимо двигающейся на вражеские позиции, оказалось лучшим средством мотивации пехотинцев. Прошло уже 100 лет с тех пор, а танк всё ещё остаётся таким же средством мотивации.

Уже к середине июля Renault FT становятся самыми массовыми французскими танками. Нередко французские танки поддерживали и боевые действия англичан. Быстрое насыщение своих войск позволило начать поставки Renault FT союзникам, прежде всего — американцам. К 21 сентября им было передано 173 таких танка.

Успехи лёгких танков на полях сражений предопределили следующий заказ. Согласно скорректированным планам, он увеличился до 7800 танков, из которых 3940 должна была выпустить Renault, 1995 — Berliet, 1135 — SOMUA и 730 — Delaunay-Belleville. Впрочем, в таком количестве танки выпущены не были. 11 ноября было подписано Компьенское перемирие, Первая мировая война закончилась. К 11 ноября было сдано 3246 танков, ещё 627 машин было сдано до конца месяца. Производство постепенно сворачивалось. Тем не менее танки этого типа продолжали поступать в войска и в 1919 году. Общий объём из выпуска составил 4516 штук. По предприятиям картина выглядит следующим образом:

  • Renault — 2620 танков;
  • SOMUA — 481 танк;
  • Delaunay-Belleville — 390 танков;
  • Berliet — 1025 танков.

Renault FT справедливо считается лучшим танком Первой мировой войны. Уступая средним и тяжёлым танкам в огневой мощи, он заметно превосходил их в количестве. Небольшая масса и возможность перевозки на грузовиках резко увеличивала тактическую подвижность машины. Наконец, условия работы экипажа были не в пример лучше, чем у других танков Первой мировой войны. Renault FT стал образцом для подражания, а также первым танком, который выпускался вне «родной» страны по лицензии. Его боевая карьера растянулась на несколько десятков лет.

Несколько неожиданным стало то, что под конец войны у этого танка появился новый противник — генерал Эстьен. Главный идеолог французского танкостроения к тому времени стал считать, что будущее всё-таки за танками среднего класса. В итоге это привело к появлению концепции танка Char B.

В заключение стоит ещё раз вернуться к обозначению Renault FT. Дело в том, что эту машину очень часто называют Renault FT-17. На деле к реальности этот индекс никакого отношения не имеет. С апреля 1918 года танк официально обозначался как Char d’assault 18 HP, то есть «штурмовой танк с 18-сильным двигателем». Откуда же появился индекс FT-17?

Как ни странно, виновна в этом группа авторов, выпустивших в 1935 году справочник Taschenbuch der Tanks. Авторы справочника, который в СССР перевели и издали в 1936 году, — Отто Меркер, Ричард Икс, Отто Хакер и Герхард фон Цецшвиц. Очень часто исследователи используют этот справочник как основной источник информации, и делают они это совершенно зря. Справочник содержит массу неточностей и откровенных приписок.

Не повезло в этом плане и Renault FT. Чтобы упростить себе жизнь, авторы справочника обозначили Renault FT с «полигональной» башней как Renault M.17 FT, а вариант с литой башней Berliet-Girod — как Renault M.18 FT. Даже в немецком Управлении вооружений сухопутных сил этот справочник принимали за чистую монету, а придуманные группой авторов индексы очень активно использовались.

Собственно говоря, именно из этого справочника и началось победное шествие обозначения Renault FT-17 по страницам литературы. Хотелось бы порекомендовать исследователям перестать слепо копировать полный неточностей справочник 80-летней давности и начать изучать работы современных исследователей, прежде всего Франсуа Вовилье и его коллег.


Источники:

  • Guerre, Blindés & Matériel (GBM) №99, 100, 101, 102, 112.
  • Renault FT, Pascal Danjou, TRACKSTORY №10, 2009.
  • The Encyclopedia of French Tanks and Armoured Fighting Vehicles: 1914–1940, François Vauvillier, Histoire & Collections, 2014.
  • Материалы Centre des archives de l’Armement et du personnel civil (CAAPC).
  • Фотоархив автора.

warspot.ru

Машина Буаро

Хотя первые танки пошли в бой в 1916 году, идея использовать на поле боя машины родилась сразу же, как только подходы к окопам противника опутали многочисленные ряды колючей проволоки. Конечно, порвали бы ее и снаряды, выпущенные из орудий, вот только нужно было их для этого очень много. И тогда французский инженер Луи Буаро в декабре 1914 года предложил для этого необычную машину, с полным правом претендующую на звание самого первого опытного танка Первой мировой войны. Достаточно взглянуть на ее фотографию, чтобы понять, что месье Буаро отличался богатой фантазией. Это была восьмиметровая рама из шести опорных плит, соединенных между собой шарнирами. Внутри нее находилась пирамидальная конструкция с мотором мощностью 80 лошадиных сил и местами для двух членов экипажа. Благодаря колесам она медленно перекатывалась внутри этой рамы, а ее плиты давили проволочные заграждения. Вот только скорость ее было всего лишь три километра в час… Кроме того, ею было практически невозможно управлять. Ну и, конечно, велики были размеры, из-за которых она представляла собой хорошую цель для артиллерии, вот почему от нее и отказались сразу же после испытаний, проведенных в феврале 1915 года.

 

Вторая модель выглядела компактнее, имела бронированный корпус, пулемет, и могла перебираться через окопы в шесть футов (около двух метров) шириной. Однако скорость ее оказалась даже ниже, чем у первой, — всего лишь один километр в час, а радиус поворота — 100 метров, что было совершенно неприемлемо.

 

 

Танк «Бретон-Прето»

Узнав о провале испытаний машин Буаро, другой француз, инженер Жюль Луи Бретон предложил резать проволоку механическим резаком в виде вертикальной пилы с механическим приводом. Устройство было названо «Бретон-Прето» (по имени автора и фирмы изготовителя), и смонтировали его на пятитонном колесном тракторе, который был забронирован и оснащен пулеметом в башне. Во время испытаний этот трактор застрял в окопе, откуда его едва извлекли.

 

 

Танк Обрио и Габэ

Еще два французских инженера, Обрио и Габэ, в том же 1915 году на базе сельскохозяйственного трактора «Фильтц» построили странную боевую машину, имевшую вид бронебашни с мотором спереди и двумя ведущими колесами большого диаметра. Вооружение башни состояло из 37-миллиметрового скорострельного орудия, а экипаж — из двух человек: водителя и командира, выполнявшего и функцию стрелка. Самым необычным в машине была двигательная установка, состоявшая из электромотора, получавшего питание по кабелю! Да-да, внутри не было ни аккумуляторов, ни генератора тока — при движении установка тянула за собой кабель, сматывавшийся со специального барабана. Понятно, что боевая машина, волочившая за собой такой «хвост», для нужд армии была совершенно непригодна. Почему этого не понимали сами изобретатели — непонятно!

 

 

Танк Фрота

В марте 1915 года инженер П. Фрот из компании «Северный канал» предложил построить симметричную колесную боевую машину весом 10 тонн с двумя постами управления, чтобы она могла двигаться на поле боя вперед-назад, не разворачиваясь. Двигатель мощностью всего 20 лошадиных сил помещался в центре корпуса. Экипаж должен был состоять из девяти человек, включая четверых стрелков из пулеметов и троих помощников. Скорость машины составляла 3-5 километров в час, но вот по пересеченной местности она фактически передвигаться не могла.

 

«Сухопутный крейсер» Хеттерингтона

В Англии первый проект «сухопутного крейсера» представил капитан Королевской военно-морской авиационной службы Томас Хеттерингтон. Толщина его брони составляла 80 миллиметров. В каждой из трех башен располагалось по два 102-миллиметровых орудия. А вот колес имелось всего три: два спереди, диаметром 12 метров — ведущие и одно заднее — рулевое. Два дизельных двигателя должны были обеспечить «крейсеру» скорость движения до 12 километров в час. Когда проект рассмотрели, выяснилось, что масса машины может достигнуть 1000 тонн, а кроме того, при высоте 14, длине 30 и ширине 24 метра это будет прекрасная мишень для германской артиллерии. Поэтому англичане построили уменьшенный макет из… дерева, и все работы над «крейсером» Хеттерингтона решили прекратить, что и сделали в июне 1915 года.

 

 

«Полевой монитор» и «Траншейный разрушитель»

В России, как известно, был построен Царь-танк капитана Лебеденко, который производил впечатление своими колесами девятиметровой высоты, но зато американцы разработали проект «150-тонного полевого монитора» на колесах диаметром шесть метров, и к тому же с двумя (!) паровыми двигателями.

 

По замыслу конструкторов, на нем должны были стоять сразу два 152-милли-метровых морских орудия, которые обычно устанавливались на крейсера! Вспомогательным вооружением служила целая батарея из 10 пулеметов Кольта образца 1885 года. Четыре из них в спаренных установках располагались в двух башнях, а остальные шесть должны были стрелять через амбразуры в корпусе.

 

Впрочем, 150 тонн американцам показалось мало, и они разработали проект под названием «Траншейный разрушитель» весом уже 200 тонн, то есть даже более солидный, чем германский сверхтяжелый танк «Колоссаль»! Предполагалось, что это будет бронированный «вагон» на ходовой части трактора «Холт», но более длинной. Вооружение должно было состоять из шести 75-миллиметровых французских пушек образца 1897 года, огнемета, еще 20 пулеметов Браунинга с круговым обстрелом; экипаж — 30 человек. Понятно, что выпускать его не стали, как бы он ни радовал глаз!

 

 

«Танк-скелет» и другие

Зато в США построили девятитонный «танк-скелет», имевший гусеничные обводы большого размера, соединенные при помощи труб. Между ними находилась небольшая бронированная кабина кубической формы с башней для 37-миллиме-трового орудия. Конструкторы посчитали, что вражеские снаряды будут пролетать между трубчатыми опорами, а в корпус и башню не попадут, зато из-за больших размеров проходимость его будет такой же, как у английских «ромбических» танков. Затем они построили трехколесный танк с паровым двигателем, и, что самое удивительное, почти точно такую же машину, похожую на трехколесный велосипед, сделали немцы. Но танк так и остался гусеничной машиной. Колеса, пусть даже и большие, ему не подошли!

 

 

Танки Макфая

Не были приняты и проекты Роберта Френсиса Макфая — талантливого канадского инженера, обладавшего, однако, сварливым и неуживчивым характером. Уже на первом его проекте стоял гребной винт, то есть машина задумывалась как амфибия! Есть винт и на другом его проекте, причем предполагалось его поднимать и опускать, чтобы предохранить от поломок при ударах о землю. Интересно, что главной особенностью двух последних его машин было шасси на трех гусеницах.

 

При этом передняя гусеница должна была играть роль рулевого устройства, то есть поворачиваться в разные стороны, а также изменять положение относительно корпуса в вертикальной плоскости. Конструктор предусмотрел специальный резак для колючей проволоки и откидывающийся кверху «нос» из броневых листов для защиты рулевой гусеницы и ее ведущего колеса.

 

Другой его проект представлял собой танк уже на четырех гусеницах, однако две передние были расположены друг за другом. Передняя гусеница имела наклон в 35 градусов и должна была облегчить преодоление вертикальных препятствий, а все остальные давали невысокое давление тяжелой машины на грунт.

 

Вооружение на ней могло устанавливаться как в корпусе, так и в выступах по сторонам от него. Но данный проект показался слишком уж изощренным, так что в итоге от него также отказались. А вообще-то интересная бы могла получиться машина, во всяком случае, наверно, не хуже, чем серийный английский танк Мк. I, да и все остальные танки этой серии.

 

Вот, оказывается, как много всего было придумано конструкторами уже в самом начале Первой мировой войны, но эти и еще многие другие предложения остались только на бумаге, хотя бредовыми были далеко не все!



mirchudes.net

Бронированный ужас

Так вкратце можно охарактеризовать общее представление от просмотра фотографий, запечатлевших первые танки, созданные в начале XX века:

  • В основном, это железные коробки, выполненные из листов внахлест, соединенные солидными в диаметре металлическими клепками в огромных количествах.
  • Геометрические размеры по всем трем параметрам и, следовательно, площадь лобовой части, боков наводят на мысль, что конструкторы стремились упростить задачу противнику – мишени получились отличные.
  • Многие соединения выполнены под прямым углом, что также облегчает возможность пробить не очень толстую броню.

    Самый первый танк в мире – мифы и реальность

Если добавить к этому, что скорость этих первых боевых машин колебалась в интервале от 2 до 8 км/ч, а вооружение состояло из 1 — 3 пулеметов на бронированный «вагон», то картина станет еще более полной. Кажется, зачем такие неудачные конструкции использовались в боевых действиях? Ответ на это прост:

  • Даже бывалые солдаты, увидев впервые грохочущие металлические коробки, впадали в панику.
  • Несовершенная броня первых танков с легкостью выдерживала попадания пуль из винтовок, пулеметов противника, а артиллерия была не готова бороться с ними, в связи с отсутствием навыков вести огонь прямой наводкой.
  • Главные препятствия для пехоты, выстроенные в ходе окопной войны в 1916 – 1917 годах (изгороди из колючей проволоки, траншеи с пулеметными гнездами), танки преодолевали без особого труда, прорывая долговременную оборону противника, при этом потери наступающих войск уменьшались многократно.

Преимущества использования новой военной техники преобладали, поэтому противоборствующие страны с разным успехом проектировали, производили и применяли первые танки.

vseonauke.com

Вездеход Пороховщикова

Самый первый танк в мире был создан А.А.Пороховщиковым

Самый первый танк в мире был создан А.А.Пороховщиковым, который был русским конструктором и летчиком. Идея создать такую машину возникла у него, когда он видел солдат, бегущих под пулеметным огнем врага. В голову конструктору пришла мысль, что штурмовать окопы врага лучше доверить боевой машине, которая будет «одета» в броню и снабжена пулеметом.

К созданию такой боевой машины приступили в феврале 1915 года. Самый первый танк в мире получил название «Вездеход». На свой испытательный пробег машина вышла в этом же году в конце весны (в мае). Конструктивно «Вездеход» имел все необходимые элементы, которые и сегодня присутствуют в боевых машинах (корпус в броне, оружие в башне, гусеничный движитель и т.д.).

Конструкция Вездехода

В качестве несущей конструкции самого первого танка в мире служила сварная рама, выполненная с 4-мя вращающимися барабанами, «обвиваемые» гусеничной лентой достаточно большой ширины. При помощи специального натяжного приспособления и натяжного барабана гусеничная лента натягивалась. Два поворотных рулевых колеса осуществляли управление танком. Когда он двигался по твердой поверхности, то ему приходилось опираться на ведущий барабан и эти колеса. При движении же по мягкому грунту боевая машина словно «укладывалась» на ленту.

Вездеход Пороховщикова

В длину «Вездеход» равнялся 360 сантиметрам, в ширину был 2 метра, а в высоту – полтора метра (без учета башни). Весила машина примерно 4 тонны. Первые свои испытания боевая машина Пороховщикова прошла с большим успехом, однако по некоторым причинам дальше осваивать ее не стали. И чуть позднее самым первым опытным танком стала английская разработка, которую спроектировали в сентябре 1915 года.

Маленький и Большой Вилли

Маленький Вилли

Маленький Вилли представлял собой бронированный трактор, который успешно был испытан в сентябре 1915 года. Идею по его созданию высказал полковник Британии Суиндон.

Однако бронированную машину пришлось несколько доработать, в результате чего танк превратился в Большого Вилли или танк Mark I. Он может по праву считаться самым первым танком в мире, который стал выпускаться серийно. На линию фронта Mark I отправили в 1916 году.

Длина Mark I составила 8 метров. Он был выполнен в виде стального прямоугольного короба, который сбоку имел ромбовидные гусеницы. Эта конструкция позволяла боевой машине преодолевать сложные участки на поле боя и с легкостью переезжать окопы.

Танк Mark I

В качестве защиты от ружейно-пулеметного огня служила броня, обладающая толщиной 10-12 миллиметров. Вооружение же самого танка состояло из одной пушки и четырех пулеметов. При этом такое вооружение имели лишь «самцы» Большого Вилли, «самки» же были лишены пушек и имели меньше пулеметов.

Внутри танк выглядел, как рубка корабля. Ходить в нем можно было, не нагибаясь. Командир и водитель танка располагались в отдельном отсеке. Для запуска двигателя Большого Вилли требовалась сила трех человек, которые крутили рукоятку до того момента, пока не заведется мотор.

Конструкция танка Большой Вилли

Передвигаться Mark I мог со скоростью в 6 км/час. На пересеченной местности машина двигалась с гораздо меньшей скоростью – 2-3 км/час. Даже несмотря на невысокую скорость перемещения, танк ужасно трясло – такое происходило из-за того, что броневая часть была выполнена из опорных катков. Не было предусмотрено никаких средств связи. К тому же надежность конструкции танка была слишком низкой, и машины часто выходили из строя. Также недостатком Большого Вилли считались узкие гусеницы, быстро проваливающиеся в мягкой земле, заставляя танк оказываться «на мели». Внутри не было предусмотрено и вентиляции, из-за чего бойцам приходилось часто (даже под огнем пулеметов) выскакивать наружу, чтобы надышаться свежим воздухом и отдохнуть от запахов выхлопных газов.

Несмотря на все недостатки, танк активно применялся на фронте – в бою 1916 года было использовано 18 таких боевых машин. После этого в Лондон пришло требование о том, чтобы такие танки доставили на передовую уже в количестве 1000 экземпляров. В дальнейшем конструкция Большого Вилли с каждым разом совершенствовалась, и более современная модель значительно опережала по техническим параметрам предыдущую.

topkin.ru

18 мая 1915 года Пороховщиков испытал свою машину в пробеге по хорошей дороге на гусенице, переход на колеса при этом не производился. При испытании её скорость достигала 25 км/час (такой скоростью не обладали ни английские, ни французские первые танки). После небольших доработок решили провести официальную демонстрацию Вездеход, которая состоялась 20 июля 1915 года
Позже Пороховщиков усовершенствовал свою машину, сделав ее колёсно-гусеничной: по дорогам машина двигалась на колесах и заднем барабане гусеницы, когда на ее пути встречалось препятствие — Вездеход ложился на гусеницу и «переползал» через него. Это опережало танкостроение того времени на несколько лет. Пороховщиков сделал корпус танка водонепроницаемым, вследствие чего он мог легко преодолевать водные преграды.
Тогда же (весной 1915 года) Пороховщиков предложил броню собственной разработки: «Броня представляет собою комбинацию из упругих и жестких слоев металла и особых вязких и упругих прокладок». Котельное железо отжигалось «по способу, составляющему секрет изобретателя», а в качестве прокладки «после громадного числа опытов» он выбрал сушеную и прессованную морскую траву. Особо подчеркивал автор дешевизну «железной брони», возможность гнуть и варить ее.
В 1916 году провел в Петрограде испытания — 29 декабря 1916 года достиг скорости 40 вёрст в час, что было исключительно высоким показателем.
Самой интересной разработкой Пороховщикова были форма корпуса и конструкция брони: ее сделали многослойной. Тем не менее, зимой 1916 г. военные прекратили финансирование работ. А танки с разнесенным многослойным бронированием появились лишь в начале 70-х годов XX века… Также существует версия того, что чертежи Пороховщикова были использованы британскими инженерами для своих разработок.
Опытная машина, с перерывами, продолжала испытываться до декабря 1915 г., после чего генерал-лейтенанту Коваленко было послано соответствующее донесение. В частности указывалось, что «построенный экземпляр „Вездехода“ не выказал всех тех качеств, которые обусловлены докладом № 8101, например, не мог ходить по рыхлому снегу глубиной около 1 фута (30 см), а испытания хода по воде сделано не было…»
Между тем, машина Пороховщикова не считалась боевой, в виду отсутствия на ней бронирования и вооружения, и в документах она фигурировала как «самоход» — то есть автомобиль. По признанию самого конструктора, первый образец созданного им «русского танка» действительно обладал рядом недостатков, но все они являлись причинами отхода от проекта. По его мнению, можно было добиться намного лучших результатов, если бы Вездеход имел большее расстояние между барабанами, более мощный двигатель и рифленую гусеничную ленту.
От дальнейших работ по «Вездеходу» решили отказаться, тем более, что за это время было истрачено 18090 рублей. Военное ведомство обязало Пороховщикова вернуть в казну деньги, выделенные на постройку машины, а сам Вездеход отправить в ГВТУ.

fishki.net


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.