Главный конструктор танка т 34

Впервые в мире концепция быстроходного среднего танка с противоснарядной броневой защитой и мощным вооружением была реализована в 1934 году, в опытном танке Т-29 (проект КБ Ленинградского завода). К концу 1936 года было очевидно[кому?], что Т-29 в серию не пойдёт. Одной из причин такого решения было несоответствие проекта чертежам конструкции танка, разработанным на Ленинградском заводе.[стиль]. В то время наркома Г. К. Орджоникидзе беспокоила напряжённая обстановка в Танковом отделе Харьковского завода, сложившаяся на фоне проблем модернизации серийного быстроходного лёгкого танка БТ-7. Танки Т-29 и БТ-7 имели сходный колёсно-гусеничный движитель с опорными катками большого диаметра[источник не указан 141 день].

Колёсно-гусеничный движитель танка Т-29 имел катки большого диаметра с независимой торсионной подвеской (в отличие от пружинной подвески танка БТ)[источник не указан 141 день]. Торсионные валы изготовленные по технологии Ленинградского завода в условиях движения танка Т-29 по пересечённой местности работали неудовлетворительно[источник не указан 141 день]. Тем не менее, конструктор М. И. Кошкин являлся сторонником применения на быстроходном среднем танке катков большого диаметра — основного элемента обеспечения быстроходности танка, при условии последующей доработки торсионной подвески[источник не указан 141 день].


В декабре 1936 года нарком тяжёлой промышленности СССР — Г. К. Орджоникидзе, нашёл и направил с Ленинградского опытного завода, на Харьковский завод талантливого конструктора — самородка — Михаила Ильича Кошкина.

28 декабря 1936 года приказом наркома тяжёлой промышленности СССР Г. К. Орджоникидзе начальником танкового КБ завода № 183 был назначен М. И. Кошкин. До назначения в Харьков М. И. Кошкин работал на Ленинградском заводе № 185 заместителем главного конструктора. Участвовал в разработке колёсно-гусеничного танка Т-29 и первого «толстобронного» среднего танка Т-46-5, за что был награждён в 1936 году орденом Красной Звезды. М. И. Кошкин — выпускник Ленинградского политехнического института (ЛПИ) — пришёл в танковую промышленность в 1934 года. До ЛПИ М. И. Кошкин окончил Коммунистический университет им. Свердлова. На завод № 183 М. И. Кошкин приехал в период начавшихся репрессий, когда в войсковых частях начались массовые поломки шестерён в коробках передач на танках БТ-7.

В январе 1937 года М. И. Кошкин впервые, без сопровождающих появился в КБ (бюро 190). Одет был просто. Во второй половине дня в сопровождении А. О. Фирсова и Н. А. Кучеренко сделал обход и познакомился с конструкторами и осмотрел помещения. В течение последующих дней М. И. Кошкин познакомился с каждым из конструкторов и выполняемой ими работой. М. И. Кошкин сумел правильно сориентировать коллектив КБ, организовать его работу, вдохнуть веру в достижимость поставленной цели, заразить своей работоспособностью.


Танковое КБ состояло из молодых конструкторов, с определённым опытом работы по танкам Т-12, Т-24 и БТ. Самостоятельно танковое КБ разрабатывало только опытный танк Т-24. М. И. Кошкин, быстро и без каких либо трений вошёл в повседневную работу КБ, чутко воспринимал сложившуюся в то время обстановку в танковом отделе, смог привлечь к творческой работе многих конструкторов, производственников и военных, воспринимая их наболевшие проблемы, трудности и переживания. Благодаря личной принципиальности, трудолюбию и честности, М. И. Кошкин в кратчайшее время приобрёл авторитет на заводе.

Ещё до получения задания на разработку нового маневренного танка (период завершения работ по БТ-7М), созданная группа нового проектирования в составе П. П. Васильева, В. Г. Матюхина, и М. И. Таршинова под руководством заведующего секцией А. А. Морозова, не имея определённого плана работ, по собственной инициативе приступила к выбору рациональной схемы колёсного хода. (А. А. Морозов, В. Г. Матюхин), разработке формы корпуса, башни с учётом повышения пулестойкости (П. П. Васильев, М. И. Таршинов, с передачей работ М. И. Таршинову), разработке приводов управления и рабочих мест механика-водителя и стрелка-радиста (П. П. Васильев). После длительного обсуждения результатов проработок М. И. Кошкиным были намечены дальнейшие действия в проведении работ.


Во второй половине 1937 года, менее чем за год, под руководством М. И. Кошкина, с участием его ближайших помощников А. А. Морозова, Н. А. Кучеренко и других конструкторов была успешно завершена модернизация танка БТ-7М с установкой в нём дизеля В-2.

В сентябре 1937 года Главное автобронетанковое управление Красной Армии (ГАБТУ) выдало заводу № 183 тактико-техническое задание на разработку нового маневренного колёсно-гусеничного танка. К этому времени работы в танковом КБ по БТ-7М были в основном завершены, и конструкторский коллектив был готов к выполнению очередного сложного и почётного задания.

К концу 1937 года общий уровень работ по модернизации танка БТ-7 был уже таким, что позволил М. И. Кошкину, без ущерба для дела, выделить группу конструкторов, причём самых квалифицированных, для организации проектного бюро по созданию нового танка. Ввиду особой серьёзности задания М. И. Кошкин не счёл возможным вести проектирование в основном КБ (КБ 520), так как отвлекала бы текучка. Было решено выделить группу конструкторов в специальное КБ. Подбору конструкторов М. И. Кошкин уделил особое внимание — подбирал на добровольных началах, обещал не привилегии, а интересную и напряжённую работу.


зданное в танковом отделе специальное КБ-24 возглавил сам главный конструктор М. И. Кошкин, заместителем он назначил А. А. Морозова, оценив его конструкторское дарование. В составе КБ-24 в начале работало 11 человек, затем по ходу работ штат был увеличен до 24-х человек. С самого начала М. И. Кошкин исходил из того, что двигатель для нового танка должен быть дизельным (в ДзО шла доводка В-2). Разработку проекта начали немедленно. В КБ-24 работали, не считаясь со временем; царил дух творческого коллективизма в решении поставленных задач.

В КБ-24 с первых дней были определены ведущие специалисты: по корпусу — М. И. Таршинов, Е. С. Рабинович; по башне — А. А. Молоштанов, Ю. С. Миронов; по моторной установке: — Н. С. Коротченко, М. И. Котов; по трансмиссии — Я. И. Баран, А. И. Шпайхлер; по ходовой части — В. Г. Матюхин, С. М. Брагинский; по управлению — П. П. Васильев; по расчётам — Е. А. Берковский. Над разработкой других узлов работали: М. З. Лурье, К. Л. Водопьянов, В. С. Каледин и другие конструкторы. Быстроходный дизель В-2, создававшийся на заводе, ещё не был доведён и имел много дефектов… Это тревожило М. И. Кошкина, который со всей присущей ему энергией и напористостью включился в борьбу за надёжный дизель. Параллельно, основная часть коллектива КБ-520 под руководством Н. А. Кучеренко и И. С. Бера продолжала вести серийное производство и модернизацию танков БТ-7.


М. И. Кошкин заложил традицию изготовления опытных образцов машин в условиях, соответствующих их серийному производству, — по тем же чертежам, теми же кадрами, по той же технологии, тем же инструментом, с той же оснасткой из те же материалов. Впервые были внедрены: стендовые испытания узлов танка.

Большое значение имели принципы которыми руководствовался М. И. Кошкин: «Самая многообещающая впервые разработанная конструкция немедленно обесценивается, если её воплощение в металле осуществляется на низком уровне. Работать не в догонку, а — на обгон! В конструировании использовать не аналог, а тенденцию! Внедрить такой новый танк, который был бы длительное время перспективным и не требовал существенных изменений, неизбежно усложняющих производство и нарушающих его ритм».

Успеху работы способствовали высокие личные качества М. И. Кошкина: внимательное и доброжелательное отношение к коллегам и сотрудникам, принципиальность, порядочность, высокая деловитость и работоспособность. Ветеран харьковского танкостроения, впоследствии главный инженер Урал-вагонзавода в Нижнем Тагиле А. В. Забайкин вспоминает: «Михаил Ильич был прост в обращении и деловит. Не любил многословия. Как конструктор — быстро входил в суть конструкции, прикидывая её надёжность, технологичность. Возможность массового изготовления. Внимательно выслушивал нас — технологов, и, если наши замечания были обоснованными, немедленно их использовал». Его любил коллектив.


Сразу после окончания Великой Отечественной войны, в книге — «Трудовой подвиг советских танкостроителей в Великой Отечественной войне» под редакцией и со вступительной статьёй В. А. Малышева, опубликовано высказывание А. А. Морозова относительно личной роли М. И. Кошкина и членов его молодого коллектива конструкторов — в создании легендарного танка Т-34:

«Назовём имена конструкторов танка Т-34, отдавших все свои знания и технический опытна его создание, на увеличение могущества Красной Армии. Основы конструкции танка Т-34 заложил и разработал Михаил Ильич Кошкин. Он организовал коллектив молодых конструкторов. Постоянно учил их не бояться трудностей, которых всегда бывает немало при решении сложных задач. Этому замечательному конструктору мы, в первую очередь, обязаны появлением такого совершенного типа танка, каким является Т-34. В борьбе за создание Т-34 ближайшими помощниками М. И. Кошкина были конструкторы Н. А. Кучеренко, М. И. Таршинов, А. А. Молоштанов, М. А. Набутовский, Я. И. Баран, В. Г. Матюхин, П. П. Васильев, Б. А. Черняк, А. Я. Митник, В. Я. Курасов, А. С. Бондаренко, В. К. Байдаков, А. И. Шпайхлер, Г. П. Фоменко, М. Б. Шварцбург.

Морозов А., Герой Социалистического Труда, лауреат Сталинской премии».

Развитие танков семейства БТ[править | править вики-текст]

С 1931 года в СССР получила развитие серия лёгких колёсно-гусеничных быстроходных танков «БТ», прототипом которых послужила машина американского инженера Кристи. В ходе серийного выпуска машины этого типа постоянно модернизировались в направлении увеличения огневой мощи, технологичности, надёжности и других параметров.


К 1937 году в СССР был создан и начал серийно выпускаться БТ-7 с конической башней; дальнейшее развитие линейки «БТ» предусматривалось в нескольких направлениях:

Увеличение запаса хода путём использования дизельного двигателя (это направление привело к созданию БТ-7М).

Улучшение колёсного хода (работы группы Н. Ф. Цыганова над опытными БТ-ИС).

Усиление защищённости путём установки брони под значительными углами наклона (англ.)русск. при некотором увеличении её толщины. В данном направлении работала группа Н. Ф. Цыганова (экспериментальный БТ-СВ) и конструкторское бюро Харьковского завода.

Конструкторское бюро Танкового отдела Харьковского паровозостроительного завода (ХПЗ), единственного предприятия, выпускавшего «БТ», с декабря 1936 года возглавлял Михаил Ильич Кошкин. Первый проект, созданный под его руководством, БТ-9, был отклонён осенью 1937 года по причине грубых конструктивных ошибок и несоответствия требованиям задания.

13 октября 1937 года Автобронетанковое управление РККА (АБТУ) выдало заводу № 183[сн 1] тактико-технические требования на новый танк под индексом А-20, нижеследующего содержания:


Тип — колёсно-гусеничный по типу «Кристи», с приводом на 6 колёс.

Боевой вес —

Т-34 образца 1940 года — 26,3 тонн;

Т-34 образца 1941 года — 28 тонн;

Т-34 образца 1942 года — 28,5 тонн;

Т-34 образца 1943 года — 30,9 тонн.

Вооружение — 1×45-мм пушка, 3 пулемёта ДТ, огнемёт для самозащиты или 1×76-мм, 3 ДТ, огнемёт. Каждый 5-й должен иметь зенитную установку пулемёта.

Боекомплект — 130—150×45-мм или 50×76-мм снарядов, а также 2500—3000 патронов.

Бронирование — корпус лоб — 25, коническая башня — 20, борт, корма — 16, крыша и дно — 10 мм. Броня вся наклонная, с минимальным углом наклона броневых листов корпуса и башни 18 градусов.

Скорость — на гусеницах и колёсах одинаковая: максимальная 70 км/ч, минимальная 7 км/ч.

Экипаж — 3 человека.

Запас хода — 300—400 км.

Двигатель — БД-2 мощность 400 л. с.

Трансмиссия — по типу БТ-ИС (отбор мощности колёсного хода после бортфрикционов).

Подвеска — индивидуальная, в качестве рессор желательно применить торсионные пружины.

Установить стабилизатор выстрела «Орион» и горизонтальный стабилизатор башни системы Повалова. Установить фары для ночной стрельбы с дальностью до 1000 м.

Требования задания совмещали в себе все три направления модернизации «БТ».


По причине слабости КБ завода № 183, на предприятии для работ по новому танку было создано отдельное конструкторское бюро, независимое от КБ Кошкина. В состав КБ вошёл ряд сотрудников КБ завода № 183 (в том числе Александр Александрович Морозов), а также большая группа выпускников Военной академии механизации и моторизации (ВАММ). Руководство КБ было поручено адъюнкту ВАММ Адольфу Дику. Конструкторским бюро был разработан технический проект А-20, но с опозданием на полтора месяца. Данная задержка повлекла за собой анонимный донос на КБ, в результате которого Дик был арестован, обвинён в срыве правительственного задания и осуждён на 10 лет[6]. Конструкторское бюро было реорганизовано, его руководителем стал Кошкин.

В марте 1938 года проект был утверждён. Однако к этому моменту у военного руководства страны возникли сомнения в правильности выбранного типа движителя (в СССР уже появились марки стали, траки из которых имели достаточный ресурс), что послужило причиной возникновения предложений о создании двух вариантов: колёсно-гусеничного (как и предполагалось изначальным заданием) и чисто гусеничного[источник не указан 141 день].

28 апреля 1938 года в Кремле прошло совещание Народного комиссариата обороны, на котором был рассмотрен проект нового танка[источник не указан 141 день]. Решено было продолжить работы, но решения о типе движителя, как и о типе подвески (торсионы), принято не было. Кроме того, появились предложения об усилении бронирования машины[источник не указан 141 день].


Влияние боевого опыта в Испании[править | править вики-текст]

Гражданская война в Испании, в которой приняли активное участие поставленные республиканскому правительству лёгкие танки БТ-5 и Т-26, показала всё усиливающуюся роль противотанковой артиллерии и насыщение ею армий развитых стран. При этом основным противотанковым оружием стали не противотанковые ружья и крупнокалиберные пулемёты, а скорострельные малокалиберные пушки калибра 25-47 мм, которые, как показала практика, легко поражали танки с противопульным бронированием, и прорыв обороны, насыщенной подобными орудиями, мог стоить больших потерь в бронетехнике.

Анализируя развитие зарубежного противотанкового оружия, главный конструктор завода № 174 С. Гинзбург писал:

«Мощность и скорострельность современных противотанковых 37-мм пушек является достаточной, чтобы сделать безуспешной атаку роты тонкобронных танков, производящуюся в строю повзводно, при условии наличия 1—2 противотанковых пушек на 200—400 м обороны фронта…»

Основу танкового парка РККА второй половины 1930-х годов составляли танки серий Т-26 и БТ, максимальная (лобовая) броневая защита которых равнялась 15-22 мм. Поэтому одним из направлений развития советского танкостроения стало существенное повышение бронезащиты танков от огня противотанковых средств вероятных противников. Практически все перспективные разрабатываемые танки должны были выдерживать огонь 37-мм противотанковой пушки, которая оказалась главным врагом советских танков в Испании. Этого можно было добиться как простым увеличением толщины брони (как минимум до 40—45 мм гомогенной или 30—40 мм цементированной брони), так и расположением бронелистов корпуса под значительными углами наклона. Также опыт Испанской войны показал желательность увеличения калибра танковых орудий как минимум до 76 мм, что позволяло значительно усилить осколочно-фугасное действие снаряда для борьбы с противотанковой артиллерией и полевыми укреплениями противника.

Инициатором усиления бронирования и вооружения нового танка выступило руководство АБТУ во главе с участником Испанской войны Д. Г. Павловым. 9 мая 1938 года прошло заседание НКО, по итогам которого было принято следующее решение:

Предложение тов. Павлова о создании заводом 183 гусеничного танка признать целесообразным с усилением бронирования в лобовой части до 30 мм. Башню танка приспособить для установки 76-мм орудия. Экипаж — 4 человека.

pikabu.ru

Конструктор Кошкин

Заслуга Кошкина, как это выяснилось позже, состояла в том, что он нашел их идеальное сочетание. Что это было? Крепкий здравый смысл, как считает английский специалист Орджилл, или смелость инженерной мысли, вспышка таланта и энергии, вызванная грандиозной перетряской революции? Но не только это.

Огромная заслуга Кошкина в том что он смог убедить высшее руководство в лице Сталина в необходимости создания опытного образца.

Окрыленным вернулся Кошкин на завод. В воздухе уже пахло грозой. Два опытных образца «Т-34» не успели испытать, когда в марте 1940 года встал вопрос о показе их в Кремле. Выход нашелся не сразу, было решено отправить танки своим ходом, ну и конечно же главный конструктор занял место внутри танка.

Так ли это было необходимо? Известно, что он был уже нездоров и директор завода Ю. Максарев отговаривал его. Но разве Кошкина отговоришь? Ему хотелось посмотреть танки на переходе, самому показать их членам Военного совета, тем более что судьба машины еще не была решена.

Конечно, он мог ехать в сопровождавшем фургоне, но хотел лично все проверить и довести танк до ума. Проект был одобрен Верховной ставкой.

Оставалось полгода до его смерти и чуть больше года до начала войны. Когда завыли фашистские бомбы, заводы страны уже начали выпуск «Т-34».

— Так это случайность, что он умер так рано?

— Нет, он сам погубил себя своей одержимостью, сгорел от своей же энергии,— утверждает Малоштанов, — Пожертвовал жизнью, чтобы доказать преимущество «Т-34».

Конструктор Морозов

После похорон Кошкина, КБ возглавил Александр Александрович Морозов. Техник по образованию, которого, приметив среди других, сразу по приезде назначил своим заместителем Кошкин.

Как и Кошкина, мы его мало знаем, фильмов о нем не снимали, не успел он написать воспоминаний, хотя сохранилось несколько больших блокнотов с записями.

А между тем правительство высоко оценило творческую мысль Морозова, дважды присвоив ему звание Героя Социалистического Труда.

Если Кошкин — стратег, то не знавший высшей математики, талантливый самородок из Бежицы. Морозов был, как говорится, конструктором от Бога. Он ловил идеи на лету, в схеме видел конструкцию, в чертеже — действующий механизм.

Обладая исключительной конструкторской интуицией, Морозов, по воспоминаниям Матюхина, быстро ориентировался и возвращал эскизы, требуя простоты, технологичности и экономичности деталей.

Недаром в годы войны «Т-34» (он стоил в 1943 году 100 тысяч рублей) могла купить и подарить фронту даже колхозница.

Особенно ярко проявился талант Морозова в драматические месяцы 1941 года, когда чаша весов колебалась и в ту и в другую сторону. Немецкая бомба уже снесла одну из комнат его квартиры, фашисты были под Харьковом, когда он вылетел на самолете в Москву, а затем на Урал, куда был эвакуирован завод.

t-34 погрузка танков

Огромные пролеты корпусов были предназначены для изготовления вагонов. Еще не успели распечатать чертежи, а уже по памяти, по записям начали выпускать танки.

Конструктор Кучеренко

Третьим из отмеченных в 1942 году Государственной премией за создание «Т-34» после Кошкина (посмертно) и Морозова назван Н. Кучеренко. Он был заместителем Морозова, связывал КБ с производством, организовал массовый выпуск новых машин.

Именно этот контактный, широкий, добродушный человек обеспечивал творческую обстановку, бесперебойную работу конструкторов, когда эшелоны прибыли на уральский завод. Позже он работал в центральных органах. Ему посвятила свою «Книгу об отце» его дочь, поэтесса Лариса Васильева.

Высокую оценку надежному и простому в управлении «солдатскому танку», как его называли на фронте, дали маршалы Г. Жуков, И. Конев и другие наши полководцы. Нельзя не сказать и об угрюмом признании его качеств немецкими генералами, в том числе и теоретиком танковых войн Гейнцем Гудерианом.

Впервые увидел он русские танки с незнакомым ему силуэтом в первые дни войны у переправы через Березину, где «тридцатьчетверки» подбили несколько фашистских танков и заставили броситься на землю самого теоретика.

А в октябре развернулись ожесточенные танковые бои у Мценска, где его бронированные полчища, рвавшиеся к Туле и Москве, были остановлены бригадой М. Катукова.

Противостояние конструкторских бюро СССР и Германии

Жестокие бои шли не только на фронтах. Далеко в тылу продолжался незримый поединок, столь драматично начавшийся в предвоенные годы между танковыми КБ СССР и Германии.

Известно, что Гитлер с истерической настойчивостью требовал добиться преимущества в танковом вооружении. Лихорадочно модернизировались старые машины, фирмы «Даймлер» и «Ман» спешно проектировали «пантеры».

Любимец Гитлера профессор Ф. Порше создавал на заводах Круппа своего монстра с устрашающим именем — тигр». При этом знаменитые профессора не погнушались позаимствовать формы у «тридцатьчетверки».

Интересно отметить, что американские конструкторы шли в свою очередь от немецких, и таким образом русская техническая мысль оказала решающее влияние на мировое танкостроение, которое и сейчас основной боевой машиной считает средний танк.

history-doc.ru

Телефильм по книге Я. Резника «Сотворение брони».
История создания в предвоенные годы советским конструктором М.И.Кошкиным танка «Т-34».
В декабре 1936 года начальником танкового КБ Харьковского паровозостроительного завода (с 1937 г. – «завод №183») назначен М.И. Кошкин – человек с большим опытом организационной работы. Быстро разобравшись в сложной производственной ситуации, Кошкин поставил задачу: сохранив сотрудников и не оставляя работ по улучшению конструкции танков, выпускаемых серийно, создать танк нового поколения: «Работать не вдогонку, а на обгон! В конструировании использовать не аналог, а тенденцию. Внедрить такой новый танк, который был бы длительное время перспективным и не требовал существенных изменений».
Под руководством М.И. Кошкина в конце 1930-х годов созданы опытные средние танки А-20 (колесно-гусеничный), А-32 (гусеничный) и на его базе – легендарный Т-34 (гусеничный, с дизель-мотором В-2).
В апреле 1939 года М.И. Кошкин назначен главным конструктором завода № 183.
19 декабря 1939 года Комитет обороны СССР принял на вооружение РККА танк А-34 (Т-34), изготовленный заводом № 183. Были созданы две демонстрационные машины. Но к концу февраля 1940 года ни одна машина не прошла необходимый пробег. Стало очевидно, что завершить весь объем испытаний до правительственного показа, назначенного на март, не удастся. А без этого танки не могли быть допущены к демонстрации. Тогда-то и возникла идея перегнать оба А-34 (в серии Т-34) из Харькова в Москву своим ходом и "накрутить", таким образом, необходимый километраж. На специальном заседании парткома завода ответственным исполнителем пробега был назначен М.И.Кошкин.
Пройдя тяжелый заснеженный путь, оба танка прибывают в Москву, отлично проходят испытания, а затем также своим ходом возвращаются в Харьков.
31 марта 1940 года танк Т-34 утвержден к серийному производству на заводах Харькова и Сталинграда.
Пробег двух танков Харьков – Москва – Харьков стоил Кошкину жизни: Михаил Ильич сильно простудился в пути, и 26 сентября 1940 года его не стало.

www.kino-teatr.ru

«Сладкая» жизнь

Михаил Ильич Кошкин родился 3 декабря 1898 года в крестьянской семье в селе Брынчаги Угличского уезда Ярославской губернии. Земли у семьи было немного, и отец Михаила, Илья Кошкин, занимался промыслами. Мише не было и семи, когда в 1905 году умер отец, надорвавшись на лесозаготовках. Мать осталась с тремя малолетними детьми на руках, и Михаилу пришлось помогать ей зарабатывать на кусок хлеба.

В четырнадцать лет Миша Кошкин уехал на заработки в Москву, став подмастерьем в карамельном цехе кондитерской фабрики, ныне известной как «Красный Октябрь».

«Сладкая жизнь» закончилась с началом Первой мировой войны, которая продолжилась гражданской. Бывший рядовой 58-го пехотного полка примкнул к красным, в рядах Красной Армии воевал под Царицыном, под Архангельском, сражался с армией Врангеля.

Смелого, инициативного и решительного бойца сделали политработником. После нескольких ранений и перенесённого тифа отправили в Москву, в Коммунистический университет имени Свердлова. В Кошкине рассмотрели перспективного руководителя.

В 1924 году выпускнику университета Кошкину поручили руководство… кондитерской фабрикой в Вятке. Там он проработал до 1929 года на различных постах, женился.

Казалось бы, как в судьбе этого человека могли появиться танки?

Михаил Кошкин (справа) в Крыму. Начало 1930-х годов. Фото: Commons.wikimedia.org

Родине нужны танки!

Надо заметить, что до 1929 года в Советском Союзе танковая промышленность являла собой весьма жалкое зрелище. Вернее сказать, её просто не было. Трофейные машины, доставшиеся от Белой армии, незначительное собственное производство, отстававшее от лучших мировых образцов на целую вечность…

В 1929 году правительство страны постановляет — ситуацию надо менять кардинальным образом. Без современных танков обеспечить безопасность страны нельзя.

Кадры, как известно, решают всё. А при отсутствии таковых их нужно готовить. И партийного работника Михаила Кошкина, которому к тому времени уже за 30, отправляют в Ленинградский политехнический институт для обучения на кафедре «Автомобили и тракторы».

Сложно осваивать новое дело практически с нуля, но у Кошкина упрямства и целеустремлённости хватило бы на двоих.

Теория без практики мертва, и ещё студентом Кошкин работает в конструкторском бюро Ленинградского Кировского завода, изучая модели иностранных танков, закупленные за рубежом. Он вместе с коллегами не только ищет пути совершенствования имеющейся техники, но и вынашивает идеи принципиально нового танка.

После окончания вуза Михаил Кошкин больше двух лет работает в Ленинграде, и его способности начинают раскрываться. Он стремительно проходит путь от рядового конструктора до заместителя начальника КБ. Кошкин участвовал в создании танка Т-29 и опытной модели среднего танка Т-111, за что был удостоен ордена Красной Звезды.

Кошкин и другие

Михаил Кошкин (справа) в Вятке. 1930-е гг. Фото: Commons.wikimedia.org

В декабре 1936 года в жизни Михаила Кошкина случился новый крутой поворот — его отправляют в Харьков в качестве начальника танкового КБ завода № 183.

Жена Кошкина уезжать из Ленинграда не хотела, но последовала за мужем.

Назначение Кошкина на должность произошло при достаточно трагических обстоятельствах — прежний глава КБ Афанасий Фирсов и ещё ряд конструкторов попали под дело о вредительстве после того, как выпускаемые заводом танки БТ-7 стали массово выходить из строя.

Фирсов успел передать дела Кошкину, и потом это обстоятельство станет поводом для очернения имени конструктора. Мол, Т-34 разработал именно Фирсов, а не Кошкин, который-де был «карьеристом и бездарностью».

Михаилу Кошкину действительно приходилось нелегко. Кадровый состав КБ был слаб, а приходилось заниматься не только перспективными разработками, но и текущим серийным производством. Тем не менее под руководством Кошкина была проведена модернизация танка БТ-7, который был оснащён новым двигателем.

Осенью 1937 года Автобронетанковое управление РККА выдаёт задание Харьковскому заводу на разработку нового колёсно-гусеничного танка. И вот здесь снова возникает конспирология: на заводе, помимо Кошкина, в этот момент работает Адольф Дик. По одной из версий, именно он разработал проект танка под названием А-20, который отвечал требованиям технического задания. Но проект был готов позже запланированных сроков, после чего Дик получил то же обвинение, что и Фирсов, и оказался в тюрьме. Правда, Адольф Яковлевич пережил и Фирсова, и Кошкина, дожив до 1978 года.

Гусеничный проект

Безусловно, Кошкин опирался и на работы Фирсова, и на работы Дика. Как, собственно, и на весь мировой опыт танкостроения. Однако у него было своё видение танка будущего.

После ареста Дика на начальника КБ Кошкина легла дополнительная ответственность. Он понимал, что ошибки ему никто не простит. Но колёсно-гусеничный А-20 конструктора не устраивал. На его взгляд, стремление к колёсной технике, отлично показывающей себя на шоссе, не слишком оправданно в условиях реальной войны.

Те же скоростные БТ-7, прекрасно летавшие через овраги, но обладавшие только противопульной бронёй, немцы ехидно называли «быстроходными самоварами».

Нужна была машина скоростная, с высокой проходимостью, выдерживающая огонь артиллерии и сама обладающая значительной ударной мощью.

Михаил Кошкин наряду с колёсно-гусеничной моделью А-20 разрабатывает гусеничную модель А-32. Вместе с Кошкиным работают его единомышленники, которые впоследствии продолжат его дело — Александр Морозов, Николай Кучеренко и конструктор двигателей Юрий Максарев.

На Высшем военном Совете в Москве, где были представлены проекты и колёсно-гусеничного А-20, и гусеничного А-32, военные откровенно не в восторге от «самодеятельности» конструкторов. Но в разгар полемики вмешался Сталин — пусть Харьковский завод построит и испытает обе модели. Идеи Кошкина получили право на жизнь.

Конструктор торопился, подгоняя других. Он видел — большая война уже на пороге, танк нужен как можно быстрее. Первые образцы танков были готовы и поступили на испытания осенью 1939 года, когда Вторая мировая уже началась. Эксперты признали: и А-20, и А-32 лучше всех моделей, ранее выпускавшихся в СССР. Но окончательного решения принято не было.

Образцы испытывали и в реальных условиях — во время советско-финской войны 1939–1940 годов. И вот здесь гусеничный вариант Кошкина явно вырвался вперёд.

С учётом замечаний танк доработали — нарастили броню до 45 мм, поставили 76-миллиметровую пушку.

Довоенные танки производства завода № 183. Слева направо: БТ-7, А-20, Т-34-76 с пушкой Л-11, Т-34-76 с пушкой Ф-34. Фото: Commons.wikimedia.org

Танкопробег

Два опытных образца гусеничного танка, получившего официальное название Т-34, были готовы в начале 1940 года. Михаил Кошкин безвылазно пропадал в цехах и на испытаниях. Нужно было как можно скорее добиться начала серийного производства Т-34.

Окружающие удивлялись фанатизму Кошкина — у него дома жена, дочки, а он только о танке думает. А конструктор, боровшийся за каждый день, каждый час, сам того не зная, уже вёл войну с фашистами. Не прояви он упорства, рвения, самоотдачи, кто знает, как повернулась бы судьба нашей Родины?

Войсковые испытания танка начались в феврале 1940 года. Но для того, чтобы танк отправили в серийное производство, опытные образцы должны пройти определённое количество километров.

Михаил Кошкин принимает решение — Т-34 наберут эти километры, отправившись из Харькова в Москву своим ходом.

В истории отечественного танкостроения этот пробег стал легендой. Накануне Кошкин сильно простудился, а танк — это не лучшее место для больного человека, тем более, в условиях зимы. Но отговорить его было невозможно — два танка просёлками и лесом отправились в столицу.

Военные говорили: не дойдут, сломаются, придётся гордому Кошкину везти своё детище по железной дороге. 17 марта 1940 года оба танка Т-34 своим ходом прибыли в Москву, в Кремле представ перед глазами высшего советского руководства. Восхищённый Сталин назвал Т-34 «первой ласточкой наших бронетанковых сил».

Кажется, всё, Т-34 получил признание, можно и заняться собственным здоровьем. Тем более что ему это настоятельно посоветовали в Кремле — кашель Кошкина звучал просто ужасно.

Однако для серийного производства опытным моделям Т-34 не хватает ещё 3000 километров пробега. И больной конструктор снова лезет в машину, возглавляя колонну, идущую в Харьков.

Скажите, способен на это карьерист, укравший и присвоивший чужие проекты, как говорят о Михаиле Кошкине недоброжелатели?

Личный враг Гитлера

Под Орлом один из танков съезжает в озеро, и конструктор помогает его вытаскивать, стоя в ледяной воде.

Михаил Кошкин выполнил все требования, отделявшие Т-34 от серийного производства, и добился официального решения о запуске танка в «серию». Но по прибытии в Харьков он оказался в больнице — врачи диагностировали у него пневмонию.

Возможно, болезнь отступила бы, но недолеченный Кошкин сбегал на завод, руководя доработкой танка и началом серийного производства.

В итоге болезнь обострилась настолько, что спасать конструктора прибыли медики из Москвы. Ему пришлось удалить лёгкое, после чего Кошкина отправили на реабилитационный курс в санаторий. Но было уже поздно — 26 сентября 1940 года Михаила Ильича Кошкина не стало.

Почтовая марка к 100-летию со дня рождения Кошкина. Фото: Commons.wikimedia.org

Провожать 41-летнего конструктора в последний путь вышел весь завод.

Но он успел запустить Т-34 в серийное производство. Пройдёт меньше года, и немецкие танкисты в ужасе будут сообщать о невиданном русском танке, сеющем панику в их рядах.

Согласно легенде, конструктора танка Т-34 Адольф Гитлер объявил своим личным врагом посмертно. Могила конструктора не сохранилась — она была уничтожена гитлеровцами во время оккупации Харькова, причём есть основания считать, что намеренно. Впрочем, спасти их это уже не могло. Михаил Кошкин выиграл свой бой.

Главная награда

Скептики любят сравнивать технические характеристики Т-34 с другими танками Второй мировой войны, доказывая, что детище Михаила Кошкина уступало многим из них. Но вот что сказал профессор Оксфордского университета Норман Дейвис, автор книги «Европа в войне. 1939–1945. Без простой победы»: «Кто в 1939 году мог подумать, что лучший танк Второй мировой будет производиться в СССР? Т-34 был лучшим танком не потому, что он был самым мощным или тяжёлым, немецкие танки в этом смысле его опережали. Но он был очень эффективным для той войны и позволял решать тактические задачи. Маневренные советские Т-34 «охотились стаями», как волки, что не давало шансов неповоротливым немецким «Тиграм». Американские и британские танки были не столь успешны в противостоянии немецкой технике».

10 апреля 1942 года конструктору Михаилу Кошкину посмертно была присуждена Сталинская премия за разработку танка Т-34. Полвека спустя, в 1990 году, первый и последний президент СССР Михаил Горбачёв присвоил Михаилу Кошкину звание Героя Социалистического Труда.

Но лучшей наградой для Кошкина стала Победа. Победа, символом которой стал его Т-34.

www.aif.ru

Детство и юность

Имя Михаила Ильича Кошкина стоит в ряду выдающихся личностей ХХ века. Вошел он в историю, как создатель легендарного танка Т-34, ставшего не только новым словом в этом виде боевой техники, но и сделавший переворот в мировом танкостроении. Его творческая жизнь на поприще конструктора, а затем главного конструктора исчисляется всего шестью годами, но и за этот относительно короткий период во всей полноте проявились его талант, незаурядные способности, умение быть организатором.

Родился Михаил Ильич 3 декабря 1898 года в небольшой деревне Брынчаги Переславского уезда, нынешней Ярославской области, в многодетной крестьянской семье. Отец его, бедный крестьянин, трагически погиб, когда мальчику было семь лет. Семья не имела ни лошади, ни коровы. Маленький клочок земли не мог ее прокормить, и мать работала батрачкой. С раннего детства Кошкину приходилось помогать ей по хозяйству. Учился он совсем немного – закончил лишь три класса.

В 11 лет, после окончания церковно-приходской школы, Михаил Ильич уехал в Москву на заработки, где приобрел профессию кондитера. Весной 1917 г., уже после Февральской революции, его призвали в армию и отправили на германский фронт, правда, воевать Кошкину пришлось совсем недолго – в августе, после ранения, он оказался в госпитале. Здесь застало его известие об Октябрьской революции, которую он принял сразу и полностью. Во время боев с юнкерами в Москве он сражался на стороне большевиков, а в апреле 1918 г. вступил добровольцем в Красную Армию; что подтверждается Военным билетом, дубликат которого хранится в домашнем архиве Кошкиных. В период службы он был принят в большевистскую партию, стал политработником.

Кошкин был знаком с Блюхером Василием Константиновичем. Командарм отзывался о Кошкине так: «Я был очарован душевностью этого человека. Он был идеалом многих. Бесстрашный боец с врагами советской республики, замечательный большевик, чудесный товарищ и талантливый командующий».

В годы Гражданской войны Михаил Ильич участвовал в обороне Царицына от войск генерала Краснова, потом оказался на севере – воевал против белогвардейских отрядов генерала Миллера и его английских союзников, участвовал в освобождении Архангельска. Весной 1920 г. его командировали на польский фронт, но до места назначения он не доехал, так как заболел тифом.

Годы учебы

После демобилизации в 1921 году Кошкин поступил в Коммунистический университет имени Я. М. Свердлова. По тем временам это было очень сильное учебное заведение, дававшее не только политическую, но и общеобразовательную подготовку. В 1924 году, по окончании университета, он получил назначение в Вятку на должность заведующего кондитерской фабрикой. Под его руководством фабрика вскоре из отстающей и нерентабельной превратилась в одно из лучших предприятий в городе.

Организаторские способности Михаила Ильича заметили и в 1925 г. его перевели на работу в промышленный отдел райкома партии. Позже он работал заведующим губернской партшколой и заведующим агитационно-пропагандистским отделом Вятского губкома. Таким образом, почти 10 лет, Кошкин отдал работе партийного функционера. Решительный перелом в его судьбе произошел в годы первой пятилетки, когда в Советском Союзе чрезвычайно остро встал вопрос о создании собственных инженерно-технических кадров. Тогда появилось решение руководства ВКП(б) о направлении в высшие технические заведения страны коммунистов, прошедших школу партийной работы. Кошкин, который давно мечтал стать инженером, засел за учебники – сам прошел весь школьный курс математики, физики и в 1929 году поступил в Ленинградский машиностроительный институт. На доме, где семья Кошкиных жила в этот период помещена мемориальная доска. Учился он прилежно, хотя время было непростым. Денег все эти годы катастрофически не хватало – Кошкин уже был женат и имел двоих детей; всем им приходилось жить на одну его стипендию. Пять лет учебы не только утвердили в нем правильность избранного пути, но и развили созидательность, чувство нового и желание творить. Наконец, в 1934 году, он получил диплом инженера, и с этого момента его жизнь оказалась неразрывно связана с танкостроением.

Из воспоминаний Веры Кошкиной, жены главного конструктора:

«Михаил Ильич очень любил семью, детей. Был жизнерадостный, здоровый. Мало только приходилось бывать с детьми и видеть их. Уезжал на работу рано, они спали. Приезжал поздно, видел их спящими. Только в выходной день все были вместе. Любил футбол, литературу, кино, театр, но не хватало на все времени. Проработал около 4 лет на заводе, не был в отпуску. Очень переутомлялся».

Работа над танком Т-32

Начало самостоятельной конструкторской деятельности Михаила Ильича положила работа над новым танком Т-28. Тогда впервые проявился инженерный талант Кошкина. От рядового конструктора он вырос до заместителя главного конструктора. В 1936 году М. И. Кошкина назначили главным конструктором Харьковского танкового завода. Вскоре ему была поручена работа над совершенно новым танком Т-11. Но Михаил Ильич уже тогда начал понимать, что будущее за танками с мощной броневой защитой. Однако усиление брони сразу увеличивало вес танка, требовало более мощного двигателя и порождало массу новых проблем. Далеко не все из них удалось разрешить в Т-11, но работа над ним помогла Кошкину накопить необходимый опыт. Затем Михаил Ильич создал танк Т-32. Разработанный им танк был снабжен чисто гусеничным движителем. Это позволило значительно сократить вес ходовой части, увеличив толщину брони и калибр орудия. Оставаясь по весу средним танком, машина Кошкина по толщине брони и огневой мощи стояла на уровне тяжелых танков. Вместо привычной для средних типов 45-мм пушки, конструкторы запланировали установить самую мощную из разработанных тогда – 76-миллиметровую.

Летом 1938 года проект нового танка предложили на обсуждение Главного военного совета. Новизна машины многим пришлась не по вкусу. Т-32 подвергли критике. Но Сталин, за которым оставалось последнее решающее слово, не дал запретить проект и приказал изготовить опытные образцы.

Генерал армии А. А. Епишев говорил:

«Хорошо помню, сколько трудностей пришлось испытать, преодолеть, прежде чем появились первые образцы новой боевой машины. И это понятно. Подобного аналога в мировой практике танкостроения не было. Не таким уж богатым был и собственный опыт… Поэтому конструкторам, инженерам, техникам во многом пришлось идти непроторенными тропами, проявляя творческую, техническую и определенную политическую смелость в поиске наиболее оптимальных решений».

В ходе работы над опытными образцами Кошкин решился еще на один эксперимент — сварная башня была заменена цельнолитой, что должно было значительно упростить серийное производство. В 1939 году Т-32 представили Государственной комиссии для ходовых испытаний. Весивший 26, 5 тонн танк показал прекрасную проходимость. Скорость его достигала 55 км/ч. Это произвело впечатление даже на заведомых противников.

Комиссия отметила, что новый танк «отличается надежностью в работе, простотой конструкции и легкостью в управлении». Но многим по-прежнему не нравился чисто гусеничный движитель. Но вскоре начавшаяся финская война заставила комитет обороны в середине декабря 1939 года принять новый танк на вооружение, при этом, как и задумывал изначально Михаил Ильич, предлагалось усилить толщину брони до 45 мм и установить на машине новую 76-мм пушку. В этом варианте танк получил новое наименование Т-34, под которым и вошел в историю.

Рождение «тридцатьчетверки»

Близкий друг Кошкина В. Васильев, который работал под его руководством в группе проектирования, где рождался Т-34, говорил: «Человек удивительной нравственной чистоты, живший в постоянном напряжении ума и воли, в активном и нетерпеливом действии, Кошкин был выдающимся конструктором и организатором, бесстрашным в достижении высокой цели – создать принципиально новый, небывалый в мире танк».¹

Впервые танк Т-34 был испытан на заводе в начале 1940 года. Главные испытания должны были проходить на полигоне под Москвой. По правилам перед тем, как предстать перед комиссией, танк должен был пройти не менее 3000 км. Времени для этого уже не было, и Кошкин решил вести танки в Москву своим ходом.

Вера Кошкина отзывалась о муже так:

«Кошкин был из тех, для которых дело прежде всего, которые везде хотят поспеть, берут на себя как можно больше. Во время перегона танков Т-34 на генеральные смотрины в Москву Михаил Кошкин решил ехать вместе с механиками и водителями, хотел воочию увидеть, как поведут себя машины на таком длительном марше. Благодаря этим качествам он очень быстро приобрел авторитет на заводе».

По воспоминаниям ветерана танкостроения А. Забайкина, "Михаил Ильич был прост в обращении и деловит. Не любил многословия. Как конструктор быстро входил в суть конструкции, прикидывая её надёжность, логичность, возможности массового изготовления. Внимательно выслушивал нас, технологов, и, если наши замечания были обоснованными, немедленно их использовал. Его любил коллектив".

В марте 1940 года два опытных Т-34 двинулись в путь и 17 марта предстали на полигоне перед комиссией, которую возглавлял сам Сталин. Т-34 произвел на него сильное впечатление: скорость, маневренность, проходимость, огневая и броневая мощь их действительно представлялись готовить танк к серийному производству. Обратный путь в Харьков конструктор проделал на своем танке. Он был полон творческих планов. Однако, осуществить их ему было не суждено. Сразу после возвращения на завод он слег в больницу и скончался от абсцесса легких в сентябре 1940 года.

Коллеги Кошкина говорили о нем: «Михаил Ильич Кошкин был беспредельно скромным человеком. Он жил для людей и погиб ради жизни на земле. Кошкин умело руководил большим коллективом умных и преданных делу людей, делу всей его жизни. И всегда говорил: «делаем вместе».

Кошкин не дожил до начала войны и поэтому не стал свидетелем колоссальной популярности своего танка. Единственной при жизни ему наградой был: «Орден Красной Звезды», боевой орден еще в мирное время за личный вклад в дело обороноспособности страны.

Как известно, Т-34 стал настоящей легендой Второй мировой войны, и ни одна из воюющих стран за пять лет так и не сумела создать более совершенного танка.

«Тридцатьчетвёрка прошла всю войну, от начала до конца, и не было лучшей боевой машины ни в одной армии. Ни один танк не мог идти с ним в сравнение – ни американский, ни английский, ни немецкий… До самого конца войны Т-34 оставался непревзойдённым». (И. С. Конев)

Из всех видов боевой техники, с которыми столкнулись германские войска во второй мировой войне, ни один не вызвал у них такого шока, как русский танк Т-34 летом 1941 года.

За годы войны танк Т-34 стал любимцем танкистов.

Вся страна помогала производству «тридцатьчетверок», еще на пяти заводах наладили выпуск «чудо-машин», а на Сталинградском тракторном заводе продолжался выпуск Т-34 даже во вражеском окружении. Всего за годы Великой Отечественной войны было выпущено свыше 66000 этих танков.

Технические характеристики Т-34-76

От множества бронированных машин в период Великой Отечественной войны средний танк отличало то, что, пройдя всю ее от самого первого дня и до Победы, он не устарел морально. Одним из его наиболее важных качеств были почти фантастические ремонтопригодность и восстанавливаемость после боевых повреждений. Эти высокие показатели в значительной степени были заложены в ходе глубокой проработки проекта Т-34 конструкторами и технологами под руководством главного конструктора машины Кошкина по максимальному упрощению систем, агрегатов, узлов и деталей, а также снижению трудоемкости их изготовления. Это позволяло инженерам и техникам из ремонтных батальонов, постоянно следуя за боевыми порядками войск, в полевых условиях проводить на Т-34 полный перечень ремонтно-восстановительных работ, включая и капитальный ремонт.

Т-34 стал классическим образцом среднего танка, и его конструкция определила пути развития современного танкостроения. До сих пор его технические решения служат примером для подражания.

 Технические характеристики Т-34-76

Тип танка средний
Экипаж, чел. 4
Боевая масса, т 30,9
Длина, м 6,62
Ширина, м 3
Высота, м 2,52
Количество пушек/калибр, мм 1/76
Количество пулеметов/калибр, мм 2/7,62 мм
Броня лобовая, мм 45
Броня бортовая, мм 45
Двигатель В-2-34, дизельный, мощностью 450 л. с.
Максимальная скорость 51 км/ч
Запас хода, км 300

Память потомков

Он так и не узнал о своей славе! Все почести М. И. Кошкин заслужил уже потом, когда в боях за Родину прославился его танк, серийного производства которого он добивался в тяжелой и упорной борьбе в то сложное, тяжелое для страны время. Его имя вошло в Большой энциклопедический словарь: «Кошкин Михаил Ильич (1898-1940), советский конструктор. Член КПСС с 1919. Под руководством Кошкина создан средний танк Т-34 – лучший танк периода 2-й мировой войны 1939-45. Государственная премия СССР (1942, посмертно)». В книге «100 великих россиян» есть статья, посвящённая моему прадеду. Его именем была названа улица в Харькове. Раньше она называлась Червонный шлях – Красный путь, короткая и красивая, зеленая аллея – как была прекрасной и короткой его жизнь.

Елизавета Михайловна охарактеризовала жизнь отца так:

«Яркая вспышка молнии – зигзаг, прорезавший все трудности на пути во славу Родины»2.

Улица Кошкина ведет путь от главной проходной завода, на котором был создан танк Т-34, которому он без остатка отдал свою мечту, свои помыслы, талант, силу ума, силу воли, свою жизнь». Здесь ему поставлен памятник в виде ствола танка, а вокруг – след от Т-34.

Бывшая улица Широкая в городе Переславль-Залесский около стадиона «Славич» получила имя М. И. Кошкина. На насыпном холме у стен древнего Горицкого монастыря установлен танк Т-34. Отсюда ежегодно уже много лет спортсмены Ярославской области проводят традиционный авто-мотокросс, посвященный знаменитому земляку. Стоит на постаменте «тридцатьчетверка» и в городе Ярославле. А на перекрестке Москва – Переславль-Залесский – Архангельск она возвышается над целым мемориальным архитектурным комплексом.

Его имя носит и улица на его родине в п. Брынчаги. В доме, где родился Кошкин местная администрация планирует открыть его музей

В ознаменование 40-летия Победы в Великой Отечественной войне открыт памятник-бюст М. И. Кошкина в Харькове.

Установлены мемориальные доски там, где жил и работал Михаил Ильич: в г. Кирове (Вятка), в Санкт-Петербурге (Ленинград), в Харькове.

Все было, когда его уже не было. А было очень много сказано хорошего о нем в газетах, журналах, потом на телевидении и в газетах.

И какими бы совершенными ни были современные танки, как бы ни мощна была их броня, и каким бы запасом хода они ни располагали, у всех участников войны не угасла любовь и признательность к легендарной «тридцатьчетверке». Эта признательность в благодарной памяти фронтовиков, ветеранов труда, конструкторов. Она в многочисленных постаментах у нас в стране и за рубежом, где в вечном карауле стоит танк Т-34. Как, например, в Волгограде на линии фронта сентября – ноября 1942 г.



biofile.ru

создание, история, т-34, танки, кинофильм, неудачный, пародия, фантазия, сюжет, кинокритика Картина основана на реальном событии: Сталин действительно осматривал новые танки и остался ими доволен. Кадр из фильма «Танки». 2018

В преддверии 73-летия Победы на экраны страны вышел полнометражный художественный фильм «Танки» – от режиссера «28 панфиловцев» Кима Дружинина. За три недели до официальной премьеры некоторым участникам съемочной группы довелось побывать на российской авиабазе Хмеймим в Сирии и прокрутить ленту военнослужащим, выполняющим боевые задачи вдали от родных рубежей. Телеканал «Звезда» привел восторженный отзыв музыканта военного оркестра сержанта Алексея Зиновьева: «Игра актеров очень понравилась. Андрей Мерзликин, конечно, молодец, как всегда… Конечно, всем советую посмотреть этот фильм». Автор сценария «Танков» Андрей Назаров тотчас поместил этот ролик на своем ресурсе в Twitter, сопроводив его следующей записью: «Как кинозритель встретит «Танки»? Волнуемся. Но мнение сержанта Зиновьева с нашей авиабазы в Сирии всегда останется самым главным».

При всем уважении ко всем четырем упомянутым выше лицам, мы никак не можем согласиться как с крайне несамокритичной оценкой сценариста, так и с отдельными частными похвалами фильму. Ибо если игру актеров в целом действительно можно оценить на твердую «четверку» (а то и с плюсом), то изображенное ими «на белой простыне экрана» – на «единицу» с минусом. Не в плане зрелищности (это отчасти впечатляет), а в смысле обращения с историческим материалом и конкретным лицом. А именно – с творцом легендарного танка Т-34 Михаилом Ильичом Кошкиным.

СКРЕСТИЛИ УЖА С ЕЖОМ

Российский зритель уже давно вынужденно смирился с тем, что отечественные деятели «самого массового из искусств» периодически вводят публику в оторопь иными историко-военными «киношедеврами». Но «Танки», очевидно, подняли планку крайнего недоумения еще выше. Режиссер и продюсеры, вознамерившись рассказать о реально имевшем место в предфронтовом 1940 году эпизоде в деле создания Т-34 и его главном конструкторе Михаиле Кошкине, что называется, скрестили ужа с ежом. Они не просто фривольно обыграли тему, а ошеломляюще вероломно извратили историю появления «Танка Победы». Более чем полуторачасовая лента, по сути, не рассказывает ни о танках как таковых, ни об их творце. Они лишь маячат в фильме на втором плане, в то время как на первом гремит «захватывающий» боевик. Конструктор Кошкин представлен не генератором инновационной инженерной мысли и воплотителем передовых технических идей, которые лично выверял на практике, а ковбоем-авантюристом на бронированном коне.

Назарова и Дружинина нисколько не тронуло то, что Кошкин в работе над своим боевым образцом, которому суждено было стать одним из лучших танков Второй мировой войны, смертельно подорвал здоровье, лишился одного легкого и 26 сентября 1940 года ушел из жизни – всего-то 41-летним. И так вот исказить память о нем – за пределами понимания зрителей, которые «несколько иначе» относятся к отечественным былям и выдающимся личностям минувших эпох.

Оказывается, однако, что это отнюдь не «просчет» создателей «Танков». «Ковбойство» закладывалось в картину еще до начала работы над сценарием. А при съемках не просто пошли на поводу нафантазированного, но сделали все, чтобы получился именно бесшабашный вестерн с почти полным отсутствием в нем хотя бы элементарной логики. По словам одного из продюсеров, Дмитрия Щербанова, фильм задумывался «не как военная драма, не как исторический фильм и ни в коем случае не ура-патриотический». А как семейный приключенческий боевик в духе знаменитых советских «Неуловимых мстителей» 1966 года – с целью угодить современному зрителю, особенно юному. Который, «выросший на голливудских блокбастерах и кинокомиксах», якобы «вряд ли заинтересуется исторической драмой».

Оценивать столь однобоко и сугубо однозначно «нынешнюю зрительскую аудиторию», мягко говоря, категорически некорректно. Ибо это явное неуважение к тем многочисленным кинолюбам, которые ждут от наших режиссеров и продюсеров не экранных поделок «под» «голливудские блокбастеры и кинокомиксы», но качественного, содержательного, смотрибельного и вместе с тем поучительного кино. Ведь те же «Неуловимые мстители» именно поэтому стали классикой киножанра, что убедительно совместили в себе историческую правду о Гражданской войне в России с участием в ней реального командарма Семена Буденного и захватывающие боевые приключения горстки вымышленных подростков (у которых, впрочем, были определенные прототипы). И совершенно непонятно, зачем еще задолго до первой команды «Внимание! Мотор! Начали!» «стыдливо» лишать создаваемый фильм даже малой толики «ура-патриотизма», особенно когда в нем на протяжении развития всего действа фигурирует конкретное историческое лицо, внесшее непреходящий вклад в Победу?!

Бюст Михаилу Кошкину в Харькове. 	Фото Дмитрия Королькова
Бюст Михаилу Кошкину в Харькове.
 Фото Дмитрия Королькова

При этом особенно удручает то, что, если верить официальному пресс-релизу, подобное стало возможным с личной подачи министра культуры Владимира Мединского, который одновременно является и председателем Российского военно-исторического общества (РВИО). Автор сценария «Танков» Андрей Назаров – его советник в этой организации, причем он не столь молод, как 33-летний Ким Дружинин, а глубоко «родом из Советского Союза». А ведь РВИО, согласно президентскому указу, призвано «содействовать изучению отечественной военной истории и противодействию попыткам ее искажения, обеспечению популяризации достижений военно-исторической науки, воспитанию патриотизма и поднятию престижа военной службы». В «Танках» же все сделано с точностью наоборот, по сути, попрана вся президентская установка.

Сняли бы обыкновенный ремейк «Неуловимых мстителей» – что мешало?! Ан нет, без Кошкина никак. Объяснение: именно языком крутого боевика преследовали цель «рассказать о подвиге главного конструктора Михаила Кошкина, имя которого сегодня незаслуженно забыто». Странное видение. Обычно при подобной «неуемной фантазии» меняют фамилию реально существовавшего исторического деятеля. Даже – в крепко сбитом патриотическом кино. В фильме «Укрощение огня» (1972), снятом по мотивам биографии творца космической техники Сергея Королева, последний изображен под именем Андрей Башкирцев. Даже назови авторы «Танков» Кошкина, скажем, Кашкиным (как в свое время Борис Полевой в «Повести о настоящем человеке» обратил реального героя-летчика Маресьева в литературного Мересьева), и «принципиальные вопросы» отпали бы.

Кстати, заявление о «незаслуженном забвении» Михаила Кошкина тоже не выдерживает критики. О создателе Т-34 в СССР и России более или менее помнили всегда. В 1970–1980-е годы о нем вышло несколько книг, по одной из которых был снят двухсерийный художественный фильм «Главный конструктор» с Борисом Невзоровым в главной роли; ему был открыт памятник в Харькове (конструктор был похоронен в Харькове, но место его упокоения было утрачено во время бомбардировок и оккупации города гитлеровцами). К 100-летию Кошкина выпускалась почтовая марка; а на его малой родине, в деревне Брынчаги (Ярославская обл.), появился памятник (скромный бюст) Герою Социалистического Труда М.И. Кошкину, в открытии которого при большом скоплении военных принимали участие и двое (из трех) дочерей Михаила Ильича. Тогда же на повороте к Брынчагам с федеральной трассы М8 Москва–Ярославль возвели посвященный конструктору мемориал – его детище Т-34 на высоком пьедестале. К 110-летию был издан сборник документов и воспоминаний о создателе «Танка Победы»… Жаль лишь, что до сих пор ни один историк не удосужился написать биографию Кошкина (а нынешние отечественные танкостроители не заказали таковую) – в популярной книжной серии ЖЗЛ. И то жаль, что в огромной Москве нет даже маленькой улицы его имени; зато уже в годы перестройки, в 1987-м, возникла 700-метровая улица Кошкина (Семена Павловича) – большевика-подпольщика, активно вредившего царскому режиму в революции 1905 и 1917 годов; и многие заблуждаются, что она посвящена именно тому Кошкину, который в XX веке создал лучший в мире боевой танк…

В этом году 3 декабря – 120-летие выдающегося конструктора, к которому мы теперь имеем «достойный» художественный фильм «о нем и его танках».

В «ТАНКИ» ВСЕЛИЛСЯ «БЕЗУМНЫЙ МАКС»

Фильм начинается, в общем-то, хватко, с первых кадров настраивая зрителя на увлекательную историческую правду (и тем сильнее разочарование от дальнейшего). Показано «Прохоровское поле» Халхин-Гола после сражения за гору Баин-Цаган 3–5 июля 1939 года, на котором будущий маршал Георгий Жуков, командовавший там красноармейской группировкой, сжег немереное число танков, брошенных им на японцев без поддержки пехоты. Эти уже тогда несовершенные «бронированные керосинки» вспыхивали от попаданий в них факелами, за что комкор Жуков пеняет командарму 1-го ранга Григорию Кулику, прибывшему сюда «для принятия мер». И мы проникаемся предвкушением, что в дальнейшем нам покажут, как советская оборонка и Красная армия от «керосинок» всего за год-другой дошли до мощного, «опередившего свое время» Т-34.

Догадка вроде бы оправдывается. В следующих кадрах – цех харьковского завода № 183 лета 1940 года, в котором изготовлена пара прототипов Т-34. Танки не могут участвовать в назначенной правительством выставке новинок вооружений в Кремле, поскольку у них мал пробег. И Кошкин вопреки понимаемому им риску и категорическим возражениям директора завода и представителя НКВД, принимает волевое решение «пробежаться» до Москвы своим ходом, дабы набрать установленный регламентом испытаний километраж. Эту его устремленность одобряет по телефону из Москвы генерал армии Жуков. И колонна из двух бронемашин и грузовика с топливом трогается в 750-километровый путь.

То, что в реальности марш происходил не летом, а ранней весной, а Жуков никак не мог единовластно одобрить такую инициативу главного конструктора, равно как и то, что «Маршал Победы» в действительности вообще никаким боком не участвовал в судьбе Т-34, – это вполне допустимые «смещения» во времени и «докручивание» фактов в киноверсиях подобного рода. Поясним. Фактически поход двух «тридцатьчетверок» от Харькова до Москвы состоялся в период с 6 по 12 марта 1940 года и через пять дней обе машины были продемонстрированы Сталину. А Жуков в то время еще не вернулся из Монголии; позже он командовал Киевским особым военным округом, а в Москву на должность начальника Генштаба был назначен в середине января 1941 года – через три с лишним месяца после смерти Кошкина. И на самом деле от военных (помимо гражданских оборонщиков) из Москвы движение колонны курировал начальник Автобронетанкового управления РККА комкор Дмитрий Павлов (будущий генерал армии, командующий Западным фронтом, расстрелянный в июле 1941 года).

Но это – «мелочи». А вот то, какую «правду» зрителю показывают дальше, не может не шокировать.

ГЕРОИЧЕСКИЙ ПРОБЕГ И КИНОШНЫЕ ФАНТАЗИИ

Впрочем, сначала вкратце осветим тот поистине беспримерный пробег двух новоиспеченных (в январе и феврале 1940 года) в Харькове образцов бронетехники, носивших на тот момент заводской индекс А-34. Маршрут из-за их суперсекретности проходил на приличном удалении от населенных пунктов по воистину «неведомым дорожкам» Харьковской, Белгородской, Тульской и Московской областей. Поэтому понятна вся острота риска предприятия – техническая и в условиях тогдашнего вездесущего прессинга НКВД – и степень смелости инициатора прогона. (К слову, сам режиссер во время съемок на натуре под Москвой, по его словам, тоже пережил «массу внештатных ситуаций».) На каких-то отрезках пути Кошкин лично садился за рычаги броненовинок, подменяя заводских механиков-водителей (в киноленте, увлекшись ее вестерновской составляющей, нам этого ни разу не показывают). Конструктор, несмотря на «сырость» образцов, был все же уверен в преимущественной надежности заложенных в них механизмов и агрегатов – и сколько-нибудь серьезных поломок за дни следования к Москве (а потом своим же ходом еще и обратно) не случилось.

В пути Михаил Ильич простудился и на показе на Ивановской площади Кремля сильно кашлял (на обратном пути, угодив на танке в болото, он еще более усугубил свое нездоровье). Сталин и другие члены правительства с восхищением наблюдали ходовые «пируэты» пары будущих Т-34, продемонстрированные на брусчатке между Троицкими и Боровицкими воротами. По свидетельству очевидцев, вождь якобы выразил свои эмоции словами о том, что эти машины – «первые ласточки» наших танковых войск (эпизод нашел отражение в финале фильма). При знании всего этого у Кима Дружинина повернулся язык сказать, что «в реальном пробеге, который состоялся в марте, в снегу и холоде, ничего особенно захватывающего не было». И создатели ленты наполнили ее этим «захватывающим» сполна да за края…

Сначала кто-то сбивает резьбу кислородного баллона, который везут в грузовике, и взрыв лишает танки горючего. В свою очередь, немецкая разведка, словно заглянув на несколько лет вперед, по донесениям агента с харьковского оборонного завода и выкраденным им схемам Т-34 тотчас поняла, что «эта новая разработка русских может доставить Германии большие неприятности в будущих кампаниях». По приказу из Берлина на перехват выехавших опытных бронеобразцов с целью осуществить их «исчезновение» высылается хорошо оснащенная и до зубов вооруженная диверсионная группа. Она уже давно базировалась под Харьковом и только ждала «зеленого свистка» из рейха. Следуют не пехом, а на лошадях. Как это еще не догадались поставить во главе нее гитлеровского «диверсанта всех времен и народов» Отто Скорцени? И только эти «засланные казачки» изготовились выполнить приказ, как на колонну во главе с Кошкиным нападает невесть откуда взявшаяся некая кулацко-махновско-белогвардейская банда.

То есть НКВД во главе с Берией спят либо столь увлеклись «врагами народа 37-го года», что прозевали и с десяток фашистских головорезов за тысячу километров от госграницы, и вольготно живущее в лесочке близ некой деревеньки огромное незаконное вооруженное формирование. Опять же конное. Кстати, у Кима Дружинина на встрече с журналистами после пресс-показа «Танков» спросили об этом, но логики такого решения сценария и его воплощения режиссер объяснить не смог. Но продолжим смотрение. А-ля пугачевцам удается пленить Кошкина и всю его команду. Однако главарь шайки негодует: а что же ему теперь делать с этими танками? Но тут подворачивается выгодный вариант: к нему заявляется командир гитлеровского спецназа и предлагает продать танки ему. Да мало сует. «Батька Махно» отправляет его несолоно хлебавши за добавкой банкнот.

Немцам, видимо поиздержавшимся в погоне за Т-34, «ничего не остается», как покрошить несговорчивых русских разбойников «в окрошку». Из пулемета. Под шумок боя, когда пули в щепки крушат логово «лесных братьев» и все валятся убитыми, главный конструктор со товарищи, ловко лавируя между горизонтальных струй свинцового ливня, бегут к танкам. В одном из них оказывается снарядец, который механик на всякий случай прихватил на заводе («Салют где-нибудь дали бы», – объясняет он опешившему главному конструктору). Тут же преобразившись в лихого заряжающего и наводчика, он этим единственным выстрелом сокрушает все немецкое нападение. А вслед у главаря банды, который поневоле уже хочет немедленно избавиться от бедового приобретения, находится свой «рояль в кустах» – целая цистерна с соляркой, которую он припрятал в сарайчике еще с Гражданской войны. Горючка, к радости Кошкина, аккурат подошла, пробитые на танках топливные бочки плотно заткнули палками, и колонна с ускорением продолжила движение.

Гитлеровская разведка рвет и мечет. В картине она представлена полковником с ликом Чикатило и дрожащей от страха под его гневом белокурой «истинной арийкой». Этой «сладкой» парочке и в голову не приходит кому-то о чем-то докладывать, она сама вершит дела во славу рейха. Такого низведения немцев до уровня дураков нам не показывали с первых послевоенных лет, даже в «Подвиге разведчика» (1947) они выглядят гениями по сравнению с тем, что нам показывают сейчас.

Отдается приказ немедленно активизироваться второй группе глубоко законспирированных «отто скорцени». И в следующую секунду они, как из-под земли, ночью возникают на мотоциклах позади гонящих на полных парах танков. Словно свернули на песчаную российскую трассу из африканской пустыни западного фантастического боевика-погони «Безумный Макс: Дорога ярости» (2015) – Дружинин явно позаимствовал их оттуда (как ранее для своих «28 панфиловцев» он отчасти проецировал отдельные кадры из норвежского комедийного фильма ужасов про зомби-нацистов «Операция «Мертвый снег»). Впечатление, что все диверсанты глухонемые, но отлично понимают своего командира лишь по движению руки с натянутой на нее крагой. Один из них ловко вскакивает на танк и… пилит его броню посредством газовой горелки (баллон с газом оказывается в одной из люлек). Таким макаром гитлеровцы хотят отравить экипаж – запустив в танк через прожженное отверстие из шланга некий газ (баллон с которым в той же люльке). Фильм снимался летом 2017 года, но все равно британские спецслужбы, которые, по версии российского МИДа, в марте 2018-го траванули отца и дочь Скрипалей, отдыхают – столь неуклюже в отличие от ювелирных дружининских немцев они исполнили провокацию.

Впрочем, гитлеровцам-«байкерам» спецоперация опять не удается, потому что навстречу «неопознанным движущимся объектам» выставилась красноармейская артиллерия. Свои бьют по своим, но «броня крепка, и танки наши быстры». Один из них, успешно уйдя от артудара, позже проваливается с деревянного моста на крутой берег реки. Вызволить его возможности нет. Кошкин гонит в Москву на одном танке. К потерпевшему же крушение подкатывают те же диверсанты-отравители и – тут фантазия авторов «Танков» превзошла все мыслимые и немыслимые реалии! – буквально с помощью «мощнейших» бельевых веревок мотоциклами вытягивают боевую машину из западни. (Зачем?! И что они с ним собирались делать дальше?!! – другой вопрос.) Находящиеся внутри Т-34 и сначала притаившиеся «кошкинцы» запускают двигатель, танк начинает «ворочаться» и давить опешивших немцев и плющить их мотоциклы. В минуту смертями раздавленных лягушек гибнет вся вражеская спецгруппа – один сапог от ее командира остается.

А в это время предателем оказывается механик-водитель танка, на котором едет Кошкин, и предлагает конструктору повернуть от Москвы на Запад, чтобы там получать «ненищенскую» зарплату за свои ум и талант. Разумеется, Кошкин гневно отповедует: «Я не на начальство работаю, а для своего народа!» (все же частичка «ура-патриотизма» в фильм таки внесена). Ему удается вывести свое механическое детище из строя. Негодяй хочет размозжить инженеру голову кувалдой, но в последнюю секунду сам получает лопатой по черепу от подоспевшего вовремя ранее отставшего члена команды женского пола лет 20. Которая самовольно к ней приобщилась еще в Харькове как крупный специалист по выплавке брони и в неугасимом желании увидеть «товарища Сталина».

В финале Кошкин и его спасительница предстают у Кремля пред очи вождя. Без Т-34 – ускользнули («неуловимые» же!) не только от бандитов и вражеских лазутчиков-головорезов, а и от собственных детищ. «А где же ваши танки?» – интересуется небожитель. Главный конструктор уже проваливался от стыда и, не находя какого-либо объяснения отсутствию машин, кашляет (то есть от крайнего смущения, а отнюдь не от простуды, как было на самом деле). И тут оба танка друг за другом, как черти из табакерки, вдруг появляются и занимают свои места на выставке… успели! Все в восторге, Сталин называет броненовинки «ласточками»…

ЖДЕМ ВЕСТЕРНА О… ГАГАРИНЕ?!

Всякое снимали, но подобного что-то не припомнится. Повторимся, немыслимо понять, зачем ради «большей популяризации» имени создавшего «Танк Победы» было нагораживать такую чушь. Что вынесет о Михаиле Кошкине юный зритель, кроме того, что творец Т-34 чуть было не получил кувалдой по голове и бросил в пути свои же танки, в то время как другие лихо справились с задачей их перегона?

Вообще фильм «Танки» создает прецедент. В том смысле, что теперь любй может посчитать возможным поэксплуатировать на экране чье-либо знаменитое имя в неких «благих» целях. Представим себе в приключенческом прочтении, скажем, фильм о первом полете человека в космос. А что, ведь факт – далеко не все российские школьники знают, кто такой Юрий Алексеевич Гагарин. Так популяризируем его имя посредством «самого массового из искусств»! К ракете «Восток», чтобы сорвать ее запуск, лезут вооруженные американские «морские котики» (или коммандос с ликами всех «неустрашимых» – Сталлоне, Ван Дамма, Чака Норриса, Джейсона Стейтема…). А Королев не может дать команду «Ключ на старт», потому что терминатор Шварценеггер пленил его, оглушил и связал. Янки-спецназер забрасывает в иллюминатор корабля «кошку», которая вонзается в плечо Гагарина. Летчик-космонавт в последнюю секунду вырывает «коготь», усилием воли сам включает зажигание ракеты и под ее взмывание в космос произносит свое знаменитое «Поехали!». Сталлоне и иже с ним сгорают в пламени из сопл советского космического корабля…

Если помозговать, можно закрутить и покруче: например, в кабине «Востока» взлетевший космический первопроходец вдруг обнаруживает некую влюбленную в него девицу (в «Танках» подобная сюжетная линия зримо прописана через весь фильм, хотя в реальности никакой «женщины на корабле» в том беспримерном марш-броске на гусеницах из Харькова в Москву не было)…

Мы просим не считать чуть выше описанное «синопсисом» сценария будущего фильма. И дай бог, чтобы подобных кино-«Танков» больше не появлялось! Впрочем, обнадеживает то, что на встрече с журналистами после пресс-показа ленты 14 апреля актер Андрей Мерзликин, исполнивший роль Кошкина, слушая критические отзывы, определенным образом не без сожаления выразил свое участие в этом фильме. Было видно, что режиссеру и продюсерам эта его даже очень завуалированная самокритика в их присутствии не понравилась…

nvo.ng.ru


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.