Бт 20

В тридцатых годах советские танкостроители активно занимались разработкой колесно-гусеничных танков. Ввиду определенных проблем с ресурсом гусеничного движителя приходилось искать альтернативное решение, которым в итоге стало использование комбинированной ходовой части. В дальнейшем проблемы с гусеницами были решены, что привело к отказу от колесно-гусеничных танков. После этого все отечественные бронемашины этого класса оснащались только гусеничным движителем. Тем не менее, в середине тридцатых годов отсутствовали нужные технологии и материалы, что заставляло конструкторов изучать и разрабатывать несколько проектов одновременно.

Еще до конца войны в Испании советские военные и конструкторы начали обсуждать облик перспективного танка. Бурное развитие противотанковой артиллерии привело к появлению требования об оснащении машин противоснарядной броней, стойкой для орудий калибра 37 и 45 мм. Имелись общие взгляды и на вооружение перспективных танков. Причиной для многочисленных споров была ходовая часть. Специалисты поделились на два лагеря, отстаивавших необходимость использования гусеничного или комбинированного движителя.


Главной предпосылкой к созданию колесно-гусеничных танков был низкий ресурс существовавших в то время гусениц. Военные желали получить гусеничный движитель с ресурсом не менее 3000 км. В таком случае можно было отказаться от идеи перегона техники на большие расстояния при помощи колес. Отсутствие требуемых гусениц было аргументом в пользу комбинированного движителя. Одновременно с этим колесно-гусеничная схема усложняла конструкцию танка, а также негативно сказывалась на производстве и эксплуатации. Кроме того, зарубежные страны к этому времени начали переход на полноценную гусеничную технику.

13 октября 1937 года Харьковский паровозный завод им. Коминтерна (ХПЗ) получил техническое задание на разработку нового колесно-гусеничного танка. Эта машина должна была иметь шесть пар ведущих колес, боевую массу на уровне 13-14 т, противоснарядную броню с наклонным расположением листов, а также 45-мм пушку во вращающейся башне и несколько пулеметов. Проект получил обозначение БТ-20.

В марте 1938 года нарком обороны К.Е. Ворошилов выступил с предложением, касавшимся будущего бронетанковых подразделений. В докладной записке на имя председателя Совнаркома он отмечал, что танковым подразделениям нужен только один танк. Для определения наиболее выгодного варианта такой машины нарком предложил разработать два сходных проекта танков с разными движителями. Имея одинаковые защиту и вооружение, новые танки должны были оснащаться колесно-гусеничным и гусеничным движителями.


К сентябрю 1938 года харьковские инженеры закончили разработку проекта БТ-20 и представили его специалистам Наркомата обороны. Сотрудники Автобронетанкового управления рассмотрели проект и утвердили его, внеся некоторые предложения. В частности, предлагалось разработать вариант танка с 76-мм пушкой, предусмотреть возможность кругового наблюдения из башни без использования смотровых приборов и т.д.

Дальнейшие работы велись с учетом предложений АБТУ. Уже в октябре 38-го ХПЗ предъявил комплект чертежей и макеты двух перспективных средних танков, отличавшихся типом ходовой части. Главный военный совет изучил документацию и макеты в начале декабря того же года. Вскоре началась подготовка рабочих чертежей колесно-гусеничного танка, к этому времени получившего новое обозначение А-20. Кроме того, стартовало проектирование гусеничной машины под названием А-20Г. В дальнейшем этот проект получит собственное наименование А-32. Ведущим инженером обоих проектов был А.А. Морозов.

На этом этапе реализации двух проектов возникли серьезные разногласия. Еще осенью 38-го военные соглашались с необходимостью строительства и испытаний двух опытных танков. Однако на заседании Комитета обороны 27 февраля 1939 года представители Наркомата обороны подвергли гусеничный танк А-32 серьезной критике. Колесно-гусеничный А-20, как тогда считалось, имел большую оперативную подвижность. Кроме того, текущее состояние проекта А-32 оставляло желать лучшего. Как следствие, возникли сомнения в необходимости строительства и испытания гусеничной машины.


Тем не менее, главный конструктор ХПЗ М.И. Кошкин настоял на необходимости строительства двух опытных образцов. Согласно различным источникам, военные предлагали закрыть проект А-32 ввиду невозможности быстрого завершения его разработки и строительства опытной машины в приемлемые сроки. Тем не менее, М.И. Кошкин сумел убедить их в необходимости продолжения работ и, как выяснилось позже, был прав. В будущем А-32 после массы доработок был принят на вооружение под индексом Т-34. Средний танк Т-34 стал одной из самых удачных боевых машин времен Великой Отечественной войны.

Танк А-20 по ряду характеристик проигрывал своему гусеничному собрату, однако представляет большой интерес с технической и исторической точки зрения. Так, он стал последним колесно-гусеничным танком Советского Союза. В дальнейшем проблему неприемлемо высокого износа гусениц удалось решить и отказаться от комбинированной ходовой части.

Средний танк А-20 строился по классической компоновке. В передней части бронекорпуса располагался механик-водитель (у левого борта) и стрелок. Позади них имелось боевое отделение с башней. Корму корпуса отдали под двигатель и агрегаты трансмиссии. В башне предусматривались рабочие места командира и наводчика. Командир машины также выполнял обязанности заряжающего.


Бронекорпус машины имел сварную конструкцию. Его предлагалось собирать из нескольких бронелистов толщиной 16-20 мм. Для повышения уровня защиты листы корпуса располагались под углом к вертикали: лобовой лист – под 56°, борта – 35°, кормовой – 45°. Сварная башня изготавливалась из листов толщиной до 25 мм.

Бронирование толщиной до 25 мм, расположенное под рациональными углами, позволило обеспечить защиту от пуль крупнокалиберного стрелкового оружия и малокалиберной артиллерии, а также сохранить боевую массу машины на уровне 18 т.

В корме корпуса располагался дизельный двигатель В-2 мощностью 500 л.с. Трансмиссия состояла из четырехступенчатой трехходовой коробки передач, двух бортовых фрикционов и двух однорядных бортовых редукторов. Использование колесно-гусеничного движителя сказалось на конструкции трансмиссии. Для движения на гусеницах машина должна была использовать расположенные в корме ведущие колеса с гребневым зацеплением. В колесной конфигурации ведущими колесами становились три задние пары опорных катков. Интересен тот факт, что в составе трансмиссии танка А-20 широко использовались агрегаты бронемашины БТ-7М.

Ходовая часть среднего танка А-20 имела по четыре опорных катка на борт. В передней части корпуса крепились направляющие колеса, в кормовой – ведущие. Опорные катки оснащались индивидуальной пружинной подвеской. Три задние пары катков были связаны с трансмиссией и являлись ведущими. Две передние имели механизм поворота для управления машиной при движении «на колесах».


В башне танка установили 45-мм танковую пушку 20-К. Внутри боевого отделения удалось разместить 152 снаряда для пушки. В одной установке с пушкой монтировался спаренный пулемет ДТ калибра 7,62 мм. Еще один пулемет этого же типа находился в шаровой установке лобового листа корпуса. Общий боекомплект двух пулеметов – 2709 патронов.

Наводчик танка А-20 располагал телескопическим и перископическим прицелами. Для наведения орудия использовались механизмы с электрическим и ручным приводами. Командир машины мог следить за обстановкой на поле боя при помощи собственной панорамы.

Связь с другими танками и подразделениями обеспечивалась при помощи радиостанции 71-ТК. Экипаж машины должен был использовать танковое переговорное устройство ТПУ-2.

В начале лета 1939 года завод №183 (новое название ХПЗ) завершил строительство двух опытных танков моделей А-20 и А-32. Колесно-гусеничная машина была передана военному представительству АБТУ 15 июня 39-го. Через два дня военным сдали второй опытный танк. После некоторых предварительных проверок 18 июля стартовали сравнительные полигонные испытания нового танка, продолжавшиеся до 23 августа.

Средний танк А-20 показал достаточно высокие характеристики. На колесном ходу он развивал скорость до 75 км/ч. Максимальная скорость на гусеницах по грунтовой дороге достигала 55-57 км/ч. При движении по шоссе запас хода составлял 400 км. Машина могла подниматься на 39-градусный склон и преодолевать вброд водные преграды глубиной до 1,5 м. В ходе испытаний прототип А-20 прошел по разным трассам 4500 км.


В отчете по испытаниям утверждалось, что представленные танки А-20 и А-32 превосходят всю существующую серийную технику по ряду характеристик. В частности, отмечалось значительное повышение уровня защиты в сравнении со старой техникой. Утверждалось, что рациональные углы наклона брони и иные особенности конструкции обеспечивают большую стойкость к снарядам, гранатам и горючей жидкости. По проходимости А-20 и А-32 превосходили существующие танки серии БТ.

Комиссия, проводившая испытания, пришла к выводу, что оба танка отвечают требованиям Наркомата обороны, благодаря чему могут быть приняты на вооружение. Кроме того, комиссия внесла предложение, касавшееся конструкции танка А-32. Эта машина, имевшая определенный запас по увеличению веса, после небольших доработок могла быть оснащена более мощной броней. Наконец, в отчете указывались некоторые недостатки новой бронетехники, которые нужно было устранить.

Новые танки сравнивались не только с серийными, но и друг с другом. В ходе испытаний выяснились некоторые преимущества А-20 в плане подвижности. Эта машина доказала свою способность совершать длительные марши с любой конфигурацией ходовой части. Кроме того, А-20 сохранял требуемую подвижность при потере гусениц или повреждении двух опорных катков. Тем не менее, имелись и недостатки. А-20 уступал гусеничному А-32 в отношении огневой мощи и защиты. Кроме того, колесно-гусеничный танк не имел резервов для модернизации. Его ходовая часть была сильно нагружена, из-за чего при любых заметных доработках машины ее пришлось бы разрабатывать заново.


19 сентября 1939 года Наркомат обороны выступил с предложением принять на вооружение Красной Армии двух новых средних танков. Перед началом сборки первых серийных машин конструкторам завода №183 рекомендовалось исправить выявленные недостатки, а также немного изменить конструкцию корпуса. Лобовой лист корпуса теперь должен был иметь толщину 25 мм, передняя часть днища – 15 мм.

К 1 декабря 1939 года требовалось построить опытную партию танков А-32. В конструкцию первых десяти машин планировалось внести некоторые коррективы (проект А-34). Через месяц харьковские специалисты должны были передать военным первые 10 танков А-20, так же в доработанном варианте. Полномасштабное серийное производство А-20 предполагалось начать с 1 марта 1940 года. Годовой план выпуска установили на уровне 2500 танков. Сборку новых танков должен был осуществлять харьковский завод №183. Изготовление броневых деталей собирались поручить Мариупольскому металлургическому заводу.

Разработка обновленного проекта А-20 затянулась. Харьковский завод был загружен заказами, из-за чего создание модернизированного проекта было связано с определенными трудностями. Новые проектные работы начались в ноябре 1939 года. Испытать модернизированный А-20 с усиленной броней и ходовой частью планировалось в самом начале 40-го года. Трезво оценивая свои возможности, завод №183 обратился к руководству промышленности с просьбой передать серийный выпуск А-20 другому предприятию. Харьковский завод не мог справиться с полномасштабным производством двух танков одновременно.


По некоторым данным, работы по проекту А-20 продолжались до весны 1940 года. Завод №183 имел определенные планы по этому проекту, а также желал передать строительство серийных танков другому предприятию. По-видимому, желающие начать производство новых средних танков так и не нашлись. В июне 1940 года вышло постановление Политбюро ВКП(б), в соответствии с которым требовалось начать серийное производство средних танков Т-34 (бывший А-32/34) и тяжелых КВ. Танк А-20 в серию не пошел.

Имеются некоторые сведения о дальнейшей судьбе единственного построенного опытного танка А-20. В начале Великой Отечественной войны эту машину включили в танковую роту Семенова, которую, по некоторым данным, сформировали из техники, имевшейся на полигоне 22-го Научно-испытательного автобронетанкового полигона (ныне 38-й НИИ Минобороны, г. Кубинка). В середине ноября 1941 года прототип А-20 пополнил состав 22-й танковой бригады. 1 декабря машина получила небольшие повреждения и уже через несколько дней вернулась в строй. Несколько недель 22-я бригада выполняла боевые задачи совместно с конницей генерал-майора Л.М. Доватора. В середине декабря танк А-20 вновь получил повреждения, после чего был отведен в тыл для ремонта. На этом следы опытной машины теряются. Дальнейшая ее судьба неизвестна.


Средний танк А-20 не пошел в серию. Тем не менее, его разработка, строительство и испытания имели большое значение для отечественного танкостроения. Несмотря на не вполне успешное завершение, этот проект помог установить реальные перспективы гусеничной и колесно-гусеничной техники. Испытания танков А-20 и А-32 показали, что при существующих технологиях бронетехника с комбинированной ходовой частью стремительно теряет преимущества перед гусеничными машинами, но не может избавиться от врожденных недостатков. Кроме того, А-32 имел определенный запас характеристик для модернизации. В результате обновленный танк А-32 пошел в серию, а машина А-20 так и не вышла из стадии испытаний и доработок, став последним советским колесно-гусеничным танком.

По материалам сайтов:
http://armor.kiev.ua/
http://opoccuu.com/
http://bronetehnika.narod.ru/
http://tankinfo.ru/
http://btvt.narod.ru/

topwar.ru

История создания А-20

История этого танка начинается с одного постановления, которое было адресовано директору ХПЗ:

Директору завода №183.

Решением Правительства № 94сс от 15 августа 1937 года Главному управлению предложено спроектировать и изготовить опытные образцы и подготовить к 1939 г. производство для серийного выпуска быстроходных колесно-гусеничных танков с синхронизированным ходом. Ввиду чрезвычайной серьезности данной работы и крайне сжатых сроков, заданных Правительством, 8-е Главное управление Наркомата оборонной промышленности считает необходимым провести следующие мероприятия.


  1. Для проектирования машины создать на ХПЗ отдельное КБ (ОКБ), подчиненное непосредственно главному инженеру завода.

  2. По договоренности с ВАММ и АБТУ назначить начальником этого бюро адъюнкта академии военинженера 3 ранга Дик Адольфа Яковлевича и выделить для работы в бюро с 5 октября 30 человек дипломников ВАММ и с 1 декабря дополнительно 20 человек.

  3. По договоренности с АБТУ РККА назначить главным консультантом по машине капитана Кульчицкого Евгения Анатольевича.

  4. Не позднее 30 сентября выделить для работы в ОКБ 8 лучших конструкторов-танкистов завода для назначения их руководителями отдельных групп, одного стандартизатора, секретаря и архивариуса.

  5. Создать при ОКБ макетно-модельную мастерскую и обеспечить внеочередное выполнение работ, связанных с новым проектированием во всех цехах завода.

  6. Считать необходимым спроектировать три варианта ходовой части и изготовить два опытных образца, утвержденных по рассмотрению проектов.

  7. На проведение работы заключить договор с АБТУ не позднее 15 октября 1937 г.

Прародителем танка стал БТ-СВ (БТ-СВ-2). Многие считают, что причиной создания нового танка было слабое бронирование боевых машин СССР на то время. Требовалось создать танк, который будет иметь не только противопульное бронирование, но и противоснарядное. Однако работы над новой машиной сильно затянулись.

Два проекта танка были готовы только в августе 1938 года. Тогда же их и представили комиссии. Первый проект — БТ-20т (заводское название А-20) отличался наличием колесно-гусеничного хода и базой на 4 опорных катка. Второй образец — А-32 (он же А-20Г), отличался наличием только гусеничного хода и базой на 5 опорных катков. А так же у него планировалось установка более толстой брони, за счет отсутствия колесного хода. Комиссия была более склонна к первому варианту (А-20). Но в итоге обсуждений было принято решение построить оба образца в металле. Два танка были готовы уже к маю 1939 года и готовы к испытаниям. Все лето шли испытания, сначала на заводе, потом в Кубинке. Орудия у танков были разные: у А-32 было 76-мм орудие Л-10, а у А-20 всего лишь 45-мм 20-К. Обе машины успешно завершили испытания и отправились на показ в Москву. Московской комиссии больше понравилась гусеничная машина. Ей решили дать продолжение, а к А-20 к сожалению, больше уже не притрагивались.

Вооружение

  • Орудие 45 мм 20-К;
  • Боекомплект – 152 снаряда;
  • Начальная скорость полета бронебойного снаряда,  м/с, — 760;
  • Начальная скорость полета подкалиберного снаряда,  м/с, — 1070;
  • Прицельная дальность, м, — 1500;
  • Углы вертикальной наводки, град.: −8…+25°;
  • Скорострельность, выстр./мин – до 12;
  • Дополнительное вооружение: два пулемета ДТ. Один спарен с орудием, второй — курсовой.

ТТХ

Общая информация

  • Масса, т — 18
  • Экипаж, ч. — 4. Командир (он же наводчик), Заряжающий, Стрелок-радист, Механик-водитель.
  • Длина корпуса, мм  — 5660
  • Ширина корпуса, мм — 2550
  • Высота, мм  — 2411

Бронирование

Лоб корпуса, мм/град. 25 / 57°
Борт корпуса, мм/град. 25 / 0°
Корма корпуса (верх), мм/град. 16 / 47°
Корма корпуса (низ), мм/град. 16 / 45°
Днище, мм 10
Крыша корпуса, мм 10
Борт башни, мм/град. 25 / 25°
Лоб башни, мм 25
Корма башни 25

Ходовые качества

  • Мощность двигателя, л. с. — 500
  • Максимальная скорость, км/ч — 85 на колесах. На гусеницах 57.
  • Запас хода по шоссе, км — 400 на колесах.
  • Удельная мощность, л. с./т  — 27,7
  • Преодолеваемый подъём, град.  — 39°

Применение в бою

Великая Отечественная война (ноябрь — декабрь, 1941 г.) — Принимал участие в Битве за Москву. После полученных повреждений в декабре отправлен на ремонт. Дальнейшая судьба, к сожалению, неизвестна. Возможно, был переоборудовали под серийный Т-34.

Фотографии танка А-20

tanki-tut.ru

Бт 20

С появлением новых средств противотанковой обороны (12,7-мм крупнокалиберный пулемет, пушки калибра 37 и 45 мм) встал вопрос о разработке нового колесно-гусеничного танка с более мощным бронированием, способным обеспечить защиту экипажа танка от огня 12,7-мм крупнокалиберного пулемета типа ДК. Необходимость разработки такого танка диктовалась тем обстоятельством, что дальнейшее утолщение брони танка БТ-7 (БТ-7М) было невозможно, поскольку увеличение массы машины вело к перегрузке ее механизмов трансмиссии и ходовой части. Тем более, что прямое утолщение броневых листов корпуса танка БТ-7 не давало полноценного решения всех требований, предъявляемых АБТУ РККА к новому танку.

В августе 1937 г. командование АБТУ вынесло на рассмотрение КО вопрос «О типах танков для вооружения танковых войск РККА…». 15 августа 1937 г. в КО состоялось обсуждение этого вопроса и было принято Постановление № 94, в котором в частности указывалось, что «для вооружения мехсоединений и мехполков конницы необходимо иметь танк БТ (Кристи) весом 13 — 14 т. Танк должен иметь дизельный двигатель ХПЗ мощностью 400 л.с. Лобовая броня корпуса толщиной 25 мм, коническая башня — 20 мм. Вооружение: одна пушка 45-мм — стабилизированная или одна пушка 76-мм, два пулемета ДТ. Экипаж — 3 человека. Запас хода на гусеницах — 300 км. В перспективе предусмотреть переход на БТ с 6-ю ведущими колесами (1939 год)…».

Этим же постановлением заводу № 183 предписывалось изготовить в 1938 г. «опытные образцы БТ-ИС с 6-ю ведущими колесами, дизельным мотором, конической башней с 45-мм или 76-мм пушкой, с наклонными листами подбашенной коробки с переходом к их производству в 1939 г.». Хорошо зная состояние дел на заводе и прекрасно осознавая всю важность правительственного задания, начальник 8-гo Главного Управления Наркомата Оборонной Промышленности Фарманянц 28 сентября 1937 г. отдал распоряжение директору завода № 183 И.П. Бондаренко следующего содержания: «Решением Правительства № 94 от 15ЛгШ 1937 г. 8-му Главному Управлению предложено спроектировать и изготовить опытные образцы и подготовить к 1939 г. производство для серийного выпуска быстроходных колесно-гусеничных танков с синхронизированным ходом. Ввиду чрезвычайной серьезности данной работы и крайне сжатых сроков, заданных Правительством, 8-е Главное управление считает необходимым провести следующие мероприятия: 1. Создать на заводе № 183 ОКБ, подчиненное Главному инженеру завода. 2. По договоренности с ВАМИ и АБТУ назначить начальником этого бюро адъюнкта академии военного инженера 3-го ранга тов. Дик Адольфа Яковлевича и выделить для работы в бюро с 5 октября 30 человек дипломников ВАМИ и с 1.12. дополнительно 20 человек. 3. По договоренности с АБТУ РККА назначить главным консультантом по машине капитана Кульчицкого Евгения Анатольевича. 4. До 30 сентября выделить в ОКБ 8 лучших конструкторов-танкистов завода. Утвердить штат в количестве 50 человек (считая академиков), а для работы над чертежами — до 100 человек. 5. Создать при ОКБ макетно-модельную мастерскую и обеспечить внеочередное выполнение работ, связанных с новым проектированием во всех цехах завода. 6. Считать необходимым спроектировать три варианта ходовой части на стадии технического проектирования и изготовить два варианта опытных образцов. 7. Технический проект и макет представить к 1.02.38 г. (3 варианта привода к колесам). 8. Рабочий проект машины по 2-м утвержденным вариантам представить к 1.05.38 г. 9. Изготовить опытные образцы по двум вариантам к 1.09.1938 г. 10. Испытать опытные образцы к 1.12.1938 г. 11. Подготовить серийные чертежи и подготовить производство к выпуску утвержденного образца к 1.05.1939 г. с задачей с 1.05.1939 г. начать выпуск серийных машин».

В это особое конструкторское бюро (ОКБ) от отдела «190» вошли конструкторы: А.А. Морозов, Н.С. Коротченко, Шур, А.А. Молоштанов, М.М. Лурье, Берковский, Дикань, Горюн, М.И. Таршинов, Бондаренко, Я.И. Баран, Курасов, В.М.Дорошенко, Горбенко, П.С. Сентюрин, Долгополова, Помочайбенко, В.С. Календин, Валовой; от отдела «290» — Ефимов и Ефременко; от отдела «500» — Радойчин. От АБТУ и академии ММ РККА в Харьков срочным порядком были направлены капитан Е.А. Кульчицкий, военинженер 3-го ранга А.Я.Дик, инженеры П.П. Васильев, В.Г. Матюхин, Водопьянов и 41 слушатель-дипломник. Начальником ОКБ был назначен А.Я. Дик, главным консультантом — Е.А. Кульчицкий. Начальниками секций были назначены: В.М. Дорошенко — весовая, стандартизация, расчетная; М.И. Таршинов — вооружение, башня, корпус, уплотнение носовой части; Горбенко — охлаждение, системы питания и пуска; А.А. Морозов— коробки передач типа Кристи или автомобильного типа, бортовые фрикционы и передачи; П.П. Васильев — привод колесного хода, подвеска, гусеницы и укладка; Курасов — электрооборудование. В середине октября 1937 г. заводом № 183 были получены ТТТ на разработку колесно-гусеничного быстроходного танка, получившего обозначение БТ-20. Эти требования были разработаны в первой декаде октября 1937 г.начальником II отдела АБТУ Я.Л. Сквирским.

Колесно-гусеничный быстроходный танк БТ-20 предназначался для вооружения механизированных соединений и механизированных полков конницы и должен был отличаться от ранее выпущенных танков БТ установкой дизеля БД-2 мощностью 400 (в перспективе 600) л.с. (441,2 кВт), трансмиссией по типу опытного танка БТ-ИС с отбором мощности для колесного хода после бортовых фрикционов. В ходовой части предпочтение было отдано индивидуальной торсионной подвеске с установкой амортизаторов. Максимальная толщина броневых листов корпуса и башни должна была достигать 20—25 мм, причем броневые листы должны были иметь рациональные углы наклона — не менее 18°. Установка вооружения задавалась в двух вариантах. В первом варианте предусматривалась установка 45-мм танковой пушки со стабилизатором, трех 7,62-мм пулеметов ДТ и огнемета для самозащиты. Во втором варианте в качестве основного оружия предусматривалась установка 76,2-мм пушки. Для поражения открыто расположенной живой силы противника и не бронированных целей на машине предусматривалась установка трех 7,62-мм пулеметов ДТ и огнемета. Независимо от основного оружия на каждой пятой машине должен был устанавливаться 7,62-мм зенитный пулемет ДТ.

Посадка экипажа, состоящего из трех человек, должна была осуществляться через бортовой люк. В особо предъявляемых требованиях отмечалась необходимость обеспечения герметичности машины для защиты экипажа от боевых ОВ и оснащения ее оборудованием для подводного вождения. Получив эти требования, коллектив ОКБ приступил к работе. Но несмотря на все старания, представительному ОКБ справиться с Правительственным заданием к заданному сроку так и не удалось. Технический проект был готов лишь к середине марта 1938 г., то есть с опозданием на полтора месяца, а эскизный проект танка БТ-20 был утвержден АБТУ РККА только 25 марта 1938 г. Неблагоприятное положение дел с созданием нового колесно-гусеничного танка БТ-20 беспокоило высшее военное руководство РККА. 27 марта 1938 г., всего лишь через два дня после рассмотрения эскизного проекта машины в АБТУ, ВРИО Главного инженера КО при СНК Соколов направил Председателю СНК СССР В.М.Молотову докладную записку в которой в частности отмечалось, что: «Постановление Правительства, обязывающее завод № 183 создать в 1938 г. новые типы танков БТ и Т-35, обеспечить их переход на производство с 1-го января 1939 г., заводом сорвано. Составленный к настоящему времени эскизный проект танка БТ расходится с данными Правительства. Вес вместо 13 — 14 т спроектирован 16 т, толщина лобовой брони вместо 25 мм — 16—20 мм. Вооружение вместо 2 ДТ — 3 ДТ, установка огнемета — не предусмотрена…. (Работает над проектом 18 человек).»

На заводе № 183 начались поиски «виновных» в попытке срыва Правительственного задания. ОКБ было расформировано, а дальнейшую работу по разработке проекта танка БТ-20 возглавил М.И. Кошкин, который сыграл большую роль в предотвращении дальнейших обвинений и арестов сотрудников ОКБ. На начальном этапе работ в специальное КБ кроме М.И. Кошкина вошли бывшие сотрудники ОКБ; А.А. Морозов, И.С. Коротченко, А.А. Молоштанов, М.М. Лурье, М.И. Таршинов, Я.И. Баран, П.С. Сентюрин, В.С. Календин, П.П. Васильев и В.Г. Матюхин. В ходе работ численность СКБ была увеличена до 24 человек, а само КБ получило условное обозначение КБ-24.

Проектирование нового колесно-гусеничного танка БТ-20 в КБ-24 осуществлялось в тот период, когда в Наркомате Обороны на всех уровнях обсуждался вопрос о перспективах развития отечественных танков. Опыт боевого применения советских танков Т-26 и БТ-5 во время гражданской войны в Испании (1936 — 1939 гг.) вызвал ряд дискуссий по созданию танков с противоснарядным бронированием и совершенствованию их ходовой части. И если решение о создании танка, способного противостоять огню 37-мм и 47-мм пушек, практически ни у кого не вызывало сомнения, то по поводу применения для танков типа движителя, мнения разошлись. Одна часть танковых специалистов отстаивала идею создания чисто гусеничного движителя, а другая — комбинированного — колесно-гусеничного движителя. Причем каждая из сторон приводила в качестве доказательства своей правоты весьма веские аргументы.

Для принятия окончательного решения, какому типу танка отдать предпочтение, в марте 1938 г. на имя Председателя СНК СССР В.М. Молотова от Наркома Обороны СССР К.Е. Ворошилова поступила докладная записка с предложением о пересмотре решения постановления НКО № 94 «О типах танков…», в которой в частности говорилось: танк, предназначенный для действий совместно с пехотой (конницей) и в составе самостоятельных танковых соединений, должен быть один. Для этой цели необходимо разработать два типа танков: один чисто гусеничный и другой — колесно-гусеничный. Всесторонне испытать их в течение 1939 г. и после этого принять на вооружение взамен БТ и Т-26 тот, который будет отвечать всем требованиям».К докладной записке был приложен проект постановления НКО, в котором в разделе «Разработка новых конструкций танков» предусматривалось: «Создать два опытных образца легких танков: один — чисто гусеничный, вооруженный 45-мм танковой пушкой и спаренным пулеметом с броней от 12,7-мм пуль со всех дистанций, максимальной скоростью 50 — 60 км/ч и весом не более 13 т. Второй — колесно-гусеничный, с шестью ведущими колесами, с тем же вооружением и броней, скоростью на гусеницах и колесах 50 — 60 км/ч и весом не более 15 т. Мотор — дизель».

Поскольку на правительственном уровне окончательное принятие решения «О типах танков для вооружения танковых войск» постоянно откладывалось, руководство АБТУ РККА 13 мая 1938 г. утвердило краткую ТТХ «колесно-гусеничного танка БТ-20». Для обеспечения защиты танка от 12,7-мм бронебойных пуль со всех дистанций щиток механика-водителя должен был иметь толщину 30 мм и располагаться под углом 30°. Передний лобовой лист должен был располагаться под углом 53° и иметь толщину 20 мм. Броневые листы подбашенной коробки толщиной 20 мм должны были располагаться под углом 35° к вертикали. Масса танка была определена в 16,5 т — тем самым танк из класса легких перешел в класс средних танков, так как в конце 30-х гг. к категории средних танков относились машины, имевшие боевую массу в пределах от 16 до 35 т. Максимальная скорость танка согласно ТТХ должна была быть не ниже 65 км/ч. Экипаж танка по сравнению с ранее заданными ТТТ был увеличен до четырех человек. Состав вооружения претерпел незначительные изменения — из обоих вариантов была исключена установка огнемета. На основе этих, утвержденных начальником АБТУ РККА ТТХ, коллектив КБ-24 приступил к разработке улучшенного варианта колесно-гусеничного танка БТ-20.

В начале сентября 1938 г., разработанные заводом № 183 проект и макет танка БТ-20, были рассмотрены комиссией АБТУ РККА под председательством военинженера 1-ro ранга Я.Л. Сквирского. В процессе рассмотрения чертежей и макета этого танка, протоколом № С05562 от 6 сентября 1938 г. комиссия утвердила проект с рядом изменений и предложений: «1. Изготовить один танк колесно-гусеничный с 45-мм пушкой, два танка гусеничных с 76,2-мм пушками и один корпус для обстрела. 2. Боевой вес танка не должен превышать 16,5 т. 4. Разработать и установить круговое наблюдение из башни без оптических приборов. 5. Разработать гидравлический амортизатор в подвеске. 10. Разработать и представить на утверждение установку дымприбора и огнемета. Разработать сервоуправление».

Таким образом, колесно-гусеничный танк БТ-20 в металле не изготавливался, а вместо него в октябре 1938 г. завод № 183 предъявил чертежи и макеты двух, разработанных согласно предложений комиссии АБТУ, вариантов (колесно-гусеничного и гусеничного) танков, которые были рассмотрены Главным Военным Советом 9 и 10 декабря 1938 г. Коллективом КБ-24 к 15 января 1939 г. были выполнены рабочие чертежи корпуса и башни опытного колесно-гусеничного танка А-20 и начата разработка чертежей нового образца гусеничного танка с более мощным вооружением, который на начальном этапе проектирования имел заводской индекс А-20Г («Г» — гусеничный). Боевая масса танка А-20 достигла 18 т. Корпусу танка была придана рациональная форма. В башне конической формы размещались 45-мм танковая пушка со стабилизированным прицелом ТОП-1 и спаренный с ней 7,62-мм пулемет ДТ. Второй пулемет ДТ устанавливался в верхнем лобовом листе корпуса в шаровой опоре, расположенной справа от механика-водителя.

На танке устанавливался дизель В-2, благодаря которому запас хода по шоссе на гусеничном ходу составил 400 км, а при движении на колесах — 900 км. Трансмиссия и ходовая часть были частично заимствованы от танка БТ-7М, в отличие от которого танк А-20, помимо конструктивного изменения ряда механизмов и узлов, имел два существенных улучшения, значительно повысивших его боевые свойства, а именно: наличие дополнительного привода на 6 опорных катков, обеспечившего движение машины на колесном ходу при снятых гусеницах, а также оригинальный по своим формам новый корпус танка, имевший лучшее, по сравнению с танком БТ-7М, бронирование. Новая форма броневого корпуса танка А-20, представлявшая собой сочетание наклонно расположенных броневых листов, воплотила богатый опыт, накопленный при проектировании и разработке опытных колесно-гусеничных танков БТ-ИС и БТ-СВ (БТ-СВ-2). Это удачное решение конструкции корпуса танка А-20, резко повышающее защищенность машины от огня противотанковых средств, впоследствии стало общепринятым для преобладающего большинства как отечественных, так и зарубежных танков. В мае 1938 г. был разработан проект второго варианта танка А-20 — танк А-20Г, который в процессе дальнейшей доработки получил индекс А-32 и стал предшественником легендарного среднего танка Т-34.

Полигонные испытания А-20 начались 15 июня 1939 г., когда танк был передан военному представительству АБТУ. Спустя месяц провели сравнительные испытания А-20 и А-32, в ходе которых обе машины показали хорошие характеристики. В качестве преимуществ «двадцатого» отметили лучшую подвижность и возможность танка передвигаться при повреждении одной гусеницы или двух опорных катков, чем А-32 похвастать не мог. С другой стороны, А-20 обладал менее мощным пушечным вооружением и слабой броней, которая позволяла выдерживать попадания только 12,7-мм пуль. В отчете председателя военной комиссии полковника В.Н. Черняева была записано, что оба танка испытания прошли успешно. Так вопрос с выбором схемы шасси вновь стал актуальным.

Тем временем А-20 прошел текущий ремонт и 5 сентября 1939 г. его отправили на полигон НИБТ для демонстрации членам правительства. Там же состоялся показ новых тяжелых танков Т-100, СМК и КВ, легких Т-26 (модернизированных, образца 1939 г.) и БТ-7М, и опытного среднего танка А-32. Более эффектно выступил А-32, однако отказываться от колесно-гусеничного танк АБТУ не спешило.

Решение по этому вопросу приняли компромиссное — 19 сентября 1939 г. наркомат поставил перед правительством вопрос о принятии на вооружение обоих типов танков с возможностью постройки установочной партии А-20 из 10 машин к 1 января 1940 г., а с марта планировали начать их серийный выпуск по 2500 машин в год. За это время заводу №183 следовало устранить выявленные недостатки и подготовить производство. Однако в Харькове отреагировали на это решение отрицательно. Дело в том, что с 1940 г. завод переводился на выпуск танков А-34 и производство машин двух типов ему было не под силу.

Руководство предприятия обратилось в наркомат с просьбой перевести выпуск А-20 на другой завод, а пока танкостроительный отдел подготовил рабочие чертежи и модернизировал танк, усилив его ходовую часть и внеся несколько других более мелких улучшений. Работы по колесно-гусеничному танку продолжались вплоть до лета 1940 г., в соответствии с «Перечнем необходимых опытных работ на заводе №183», но уже в июне судьба А-20 была окончательно решена. Производство установочной партии так и не состоялось, поскольку бесспорным фаворитом тогда считался А-34, позже переименованный в Т-34. Оказавшись невостребованным, А-20 остался на подмосковном полигоне, где о нем вспомнили уже во время войны.

Надо сказать, что боевое применение А-20 носило скорее вынужденный характер, хотя этот танк проявил себя с лучшей стороны. В октябре 1941 г., когда немцы вышли на ближние подступы к Москве, из резерва начали вытягивать всю боеспособную технику. В их число попал и А-20. Танк был включен в состав отдельной роты, формировавшейся из машин находившихся в распоряжении полигона НИБТ. Командовал ротой капитан Семенов. У этого танкиста судьба складывалась неординарно. Семенов участвовал в гражданской войне в Испании и по возвращении на родину был приглашен на то самое заседание 4 мая 1938 г., где решалась проблема выбора нового танка для РККА. Войну он встретил под Волковысском, командуя тогда танковым батальоном входившем в 6-й танковый корпус. Потеряв к началу июля всю технику, Семенов выбрался из окружения и был назначен командиром батальона только что образованной 22-й танковой бригады, где находился А-20. Кроме него, бригада располагала танками Т-34 и БТ, так что «двадцатому» представился шанс сравниться в боевых условиях с «младшей» и «старшей» моделью.

Бригада участвовала в наступлении на московском направлении, действуя в районе Павловской Слободы. К сожалению, детальной информации об её действиях найти пока не удалось, однако точно известно, что 1 декабря танк А-20 был выведен из строя и отправлен в тыл для ремонта. Спустя три дня он вновь вступил в строй и числился в 22-й бригаде до середины декабря, поддерживая конницу Доватора. Здесь танк был вновь поврежден и эвакуирован в тыл. Что с ним случилось дальше, история умалчивает.

 

Бт 20
Бт 20

 

Бт 20
Бт 20   Бт 20
Бт 20
 

www.tehnikapobedy.ru

Часть I. БТ-20 (А-20)

Высшее руководство СССР и командный состав РККА постоянно уделяли повышенное внимание вопросам развития и принятия на вооружение новых образцов военной техники. С высоты дня сегодняшнего мы можем рассуждать «об ошибочных взглядах» и «неверно расставленных аспектах» (цитаты из материалов, размещённых на некоторых родственных сайтах). Но нужно понимать, что эти решения принимались именно тогда и именно на основании той информации и возможностей науки и производственной базы, которыми располагала наша страна в начале 40-х годов века ХХ.

БТ-7, А-20, А-32, Т-34 на полигонных испытаниях

Итак, танк БТ-20. Несмотря на то, что эта машина так и не была изготовлена даже на уровне опытного образца, этапы работы над ней оставили неизгладимый след в истории российского танкостроения. Это был прорыв. Причём прорыв не только и не столько технического порядка, сколько прорыв в мировоззрении и коренная ломка взгляда высшего командования РККА на то, каким должен быть современный танк.

Но давайте обо всём по порядку.

В январе 1937 года один из ведущих советских конструкторов танков, М.И.Кошкин, возглавил вновь созданный при КБ-190 харьковского паровозостроительного завода танковый отдел «100». В задачу сотого входили конструкторские работы по созданию перспективного нового танка, которым планировалось заменить стоящие на вооружении танки Т-26 и БТ всех модификаций. Спустя некоторое время новый отдел получил обозначение КБ-24.

Руководимое Н.А.Кучеренко заводское КБ-190 продолжало работы по модернизации имеющихся танков БТ-7(А и М), БТ7-ИС, БТ-9.

Взгляды на дальнейшее развитие танков в это время различались диаметрально. От скоростного лёгкого танка поддержки пехоты (Т-26, БТ), до многотонного бронированного монстра типа Т-35 или танка Гротте.

танк А-20В августе 1937, проанализировав все имеющиеся предложения и наработки по указанному вопросу, руководство ГАБТУ вынесло на рассмотрение ГКО СССР вопрос «О типах танков для вооружения танковых войск РККА…». Вопрос был внимательно изучен и на заседании от 15.08.37 Комитет Обороны принял постановление за № 94, которым устанавливались единые требования армии и государства к перспективному танку, который должен быть создан для замены имеющихся образцов. Этим постановлением определялся облик новой машины.

В немалой степени при разработке указанного постановления учитывался боевой опыт применения советских танков в боевых действиях в Испании. Танк предназначался в первую очередь для вооружения механизированных частей кавалерии и мехсоединений. За основу предлагалось взять танк БТ (Кристи) с колёсно-гусеничным движителем и уложиться при его создании в массовые характеристики 13000-14000 кг. Новый танк должен был получить дизельный двигатель производства ХПЗ повышенной мощности (400 л.с.) и солидное. По тем временам, бронирование: корпуса –25 мм, башни конической формы –20 мм. То есть лёгкий танк должен был обеспечивать экипажу защиту от крупнокалиберных пуль и осколков. В качестве вооружения на танке предлагалось устанавливать стабилизированную пушку калибра45 мм(вариант –76 мм) и два пулемёта марки ДТ. Планируемый экипаж – 3 человека. Новый танк должен был иметь запас хода при движении на гусеницах в300 км. На следующем этапе, при создании танка, которым будут заменяться БТ и Т-26, планировалось создание машины с противоснарядным бронированием.

танк А-20 на полигонных испытанияхЭтим же документом ХПЗ (завод № 183) ставилась задача изготовить в новом, 1938 году, опытный образец нового танка БТ-ИС, имеющего 6 ведущих колёс и отвечающего всех характеристикам, перечисленным выше.

На момент выхода указанного постановления завод был перегружен работами по танковой тематике (модернизация танков БТ, создание перспективного танка БТ-20 и выпуск танка Т-35). Сроки выполнения государственного заказа, требований ГАБТУ и КО систематически срывались.

Исходя из этого и осознавая, что новое правительственное задание имеет исключительную важность, особенно с учётом складывающейся на то время международной обстановки, начальник 8-го ГУ Наркомата Оборонпрома Фарманянц, 28.09.37, направляет в адрес директора ХПЗ распоряжение. Этим документом директору завода ставится задача выполнить ряд мероприятий организационного характера по созданию на заводе нового КБ, с передачей туда лучших специалистов. Коллектив нового бюро усиливается выпускниками ВАМИ. В результате получается более мощная организация, чем основное заводское КБ.

А-20В середине октября ХПЗ получает от АБТУ техническое задание на разработку нового маневренного танка с колёсно-гусеничным движителем. Задание передаётся КБ-24, которое возглавлял на тот момент М.И.Кошкин. Конструктор активно пытается на всех уровнях доказать, что новый танк должен иметь исключительно гусеничный движитель. И попадает «между молотом и наковальней».

Если необходимость противоснарядного бронирования ни у кого не вызывала сомнения, то в отношении к выбору движителя (гусеницы или комбинированный) единой точки зрения не было.

Ряд ресурсов, затрагивая эту тему, гневно клеймят «кавалеристов» из числа высшего командного состава РККА, к которым относят и Наркома обороны, в том, что их ошибочная точка зрения существенно отодвинула дату создания полноценного гусеничного танка в СССР и принятие его на вооружение. Но давайте разберёмся в этом вопросе непредвзято.

Продолжение следует 

Поделитесь с друзьями:

bronetechnikamira.ru

А-20 в игре

Исследование и прокачка

Лёгкий танк А-20 исследуется на БТ-7 за 3 200 Опыт.

  • Двигатель В-2-34{«type»:»Двигатель», «mark»: «В-2-34», «data»: { «Уровень»: «VI», «Мощность»: «500 лс», «Вероятность пожара»: «15 %», «Вес»: «750 кг», «Цена»: «27860» } }, теперь можно развивать максимальную скорость.
  • Ходовая А-20 обр. 1940 г.{«type»:»Шасси», «mark»: «А-20 обр. 1940 г.», «data»: { «Уровень»: «IV», «Макс. нагрузка»: «19.95 т», «Скорость поворота»: «46 гр/сек», «Вес»: «5000 кг», «Цена»: «3580» } }. А-20 часто кидает в бой к машинам высоких уровней, которых сложно повредить, поэтому ходовая является обязательным условием прокачки танка.
  • Башня СП-3{«type»:»Башня», «mark»: «СП-3», «data»: { «Уровень»: «IV», «Броня»: «37/37/25 мм», «Поворот»: «50 гр/сек», «Обзор»: «330 м», «Вес»: «1300 кг», «Цена»: «5170» } }. Теперь башня танка более бронирована, быстрее поворачивается, имеет немного лучший обзор (+30 м), и в неё можно поставить более мощное орудие.
  • Орудие 45 мм ВТ-42{ «type»:»Орудие», «mark»: «45 мм ВТ-42», «data»: { «Уровень»: «IV», «Пробитие»: «75/110/23 мм», «Урон»: «55/55/65 ед», «Средний урон в минуту»: «1435/1435/1696 ед/мин», «Скорострельность»: «26.09 выстр/мин», «Время перезарядки»: «2.3 с», «Разброс»: «0.37 м/100м», «Сведение»: «1.9 с», «Вес»: «312 кг», «Цена»: «20540» } }. Можно исследовать и 37 мм автомат. Ш-37{ «type»:»Орудие», «mark»: «37 мм автомат. Ш-37», «data»: { «Уровень»: «V», «Пробитие»: «46/62/19 мм», «Урон»: «40/40/50 ед», «Средний урон в минуту»: «2169/2169/2711 ед/мин», «Скорострельность»: «54.22 выстр/мин», «Время перезарядки»: «4.2 с», «Обойма (барабан)»: «5 шт», «Перезарядка в обойме»: «0.33 c», «Отстрел обоймы»: «1.33 c», «Разброс»: «0.45 м/100м», «Сведение»: «2.3 с», «Вес»: «200 кг», «Цена»: «26980» } }, но оно имеет недостаточное бронепробитие.
  • Орудие 76 мм Л-11{ «type»:»Орудие», «mark»: «76 мм Л-11», «data»: { «Уровень»: «IV», «Пробитие»: «68/75/38 мм», «Урон»: «110/110/156 ед», «Средний урон в минуту»: «1100/1100/1560 ед/мин», «Скорострельность»: «10 выстр/мин», «Время перезарядки»: «6 с», «Разброс»: «0.51 м/100м», «Сведение»: «2.9 с», «Вес»: «660 кг», «Цена»: «25990» } }.
  • Радиостанция 12LL{«type»:»Радио», «mark»: «12LL», «data»: { «Уровень»: «IX», «Дальность связи»: «615 м», «Вес»: «110 кг», «Цена»: «33600» } }, если она не была исследована на БТ-7, но она дальше не идет. Исследование Радиостанции — решение игрока. Тем не менее, светляк просто не имеет права быть отрезанным от команды, иначе такие танки утратили бы свой смысл в игре.

Боевая эффективность

Сначала нужно определиться с сильными и слабыми сторонами танка. Сильная сторона — безусловно, огромная максимальная скорость в 72 км/ч (если местность хоть под небольшим уклоном, то заветные 72 км/ч набираются намного быстрее), относительно неплохая маневренность и пушка, раздражающая противников если не уроном, то хотя бы психологически. Слабая сторона — очень тонкая броня в 20 мм, которую может прострелить, пожалуй, любой противник, встретившийся на пути. Что характерно, чаще всего два попадания соединяются в одно: первое и последнее. Но не стоит разочаровываться: по этому танку надо еще попасть. А-20 — не самый большой танк, и попасть на скорости в него проблематично. Еще одно откровение: не стоит забывать про резкие повороты, заставляющие противников крутить башней (не стоит увлекаться данной тактикой: скорость теряется быстрее, чем набирается), и не надо игнорировать естественные укрытия, как-то: скалы, торчащие из земли (Степь), дюны, точнее, впадины между ними (Песчаная река), в конце концов, любые, даже небольшие, перепады высот или дома (пожалуй, все карты).

Из-за своего уровня А-20 будет закидывать как в высокоуровневые бои, так и в относительную песочницу (но, к сожалению, чаще всего А-20 появляется в компании с такими зубрами, как КВ-85, Tiger I и ИС). Но если танк в топе, то можно получить фрагов 5-6 да еще засветить пару-тройку танков.

Отсюда следует, что его области применения различны, но, всё-таки, основная его задача — это обнаружение неприятельских позиций, передача их координат союзникам и поиск вражеской артиллерии. Возможен, например, следующий вариант действий: в начале боя танк прячется в любое укромное место, из которого, тем не менее, можно достаточно быстро добраться до неприятельской базы. Подождав, пока разъедутся все вражеские тяжи, А-20 с хорошей пушкой (например, Л-11) прорывается на вражескую базу и разносит вражескую артиллерию в пух и прах (пробития Л-11 вполне достаточно, чтобы с 3-4 выстрелов отправить в ангар СУ-14-1 или С-51, что будет неплохой помощью команде).

Экипаж

Оборудование, снаряжение и боекомплект

Известные проблемы

Несоответствие историческому прототипу

  1. Речь шла только о установке ВТ-42, а Л-11 установили на А-34 и на серийные Т-34.
  2. Ш-37 и Зис-19 не устанавливались.
  3. Башня СП-3 не устанавливалась на танк.
  4. Танк был колёсно-гусеничным, т.е. может ехать на опорных катках без гусениц (этого в игре нет).

Галерея скриншотов

Оценка А-20

История изменений

Историческая справка

В сентябре 1938 года по итогам рассмотрения макета танка БТ-20 комиссией АБТУ РККА под председательством Я.Л. Сквировского было принято решение об изготовлении трёх танков (один колёсно-гусеничный и два гусеничных) и одного бронекорпуса для испытаний обстрелом (впоследствии А-32). Таким образом, дальнейшая работа в КБ-24 над проектом гусенично-колёсного танка БТ-20 была прекращена, а все усилия конструкторов были направлены на разработку двух новых танков — А-20 и А-32.

Ведущий инженер — А. А. Морозов, главный конструктор — М. И. Кошкин.

К началу 1939 года КБ-24 выполнило рабочие чертежи по А-20 и начало проектирование А-20Г (Г — гусеничный), которому впоследствии было присвоено обозначение — танк А-32. В феврале на очередном заседании Комитета Обороны было принято решение об изготовлении опытных образцов обоих танков и выделении на это средств.

При этом по одной из версий военные, желавшие получить «кавалерийский» танк, настаивали на постройке только колёсно-гусеничного А-20, и лишь настойчивость руководителя КБ-24 М. И. Кошкина убедила комиссию в необходимости и возможности постройки обоих танков. По другой версии, требование о постройке только А-20 основывалось на том, что в жёсткие сроки, конструкторы могут не справиться с постройкой двух машин, а средства и время будут потрачены напрасно.

Тем не менее, в мае 1939 года оба танка были изготовлены и начались их ходовые испытания. По результатам испытаний А-20 показал несколько лучшую подвижность при движении на колёсах, но уступил А-32 в проходимости, кроме того возможности ходовой части А-20 не позволяли усилить бронезащиту и вооружение, тогда как на А-32 уже стояла 76-мм пушка Л-10, а толщина брони была больше на 5—10 мм и было возможно её дальнейшее увеличение.

К марту 1940 года ХПЗ должен был построить два танка и закончить их заводские испытания, общий план выпуска на 1940 год устанавливался в 200 машин, с 1942 СТЗ и ХПЗ должны были полностью перейти на выпуск Т-34 с планом 2000 танков в год.

Броневая защита А-20 была противопульной и защищала экипаж от 12,7-мм пуль крупнокалиберного пулемёта. Конструкция корпуса разработана М.И.Таршиновым.

wiki.wargaming.net

В истории советского танкостроения особое место занимает серия машин, увенчавшаяся знаменитым «оружием Победы» — танком Т-34–85. В этой эволюции малоизвестным переходным звеном от лёгких танков серии БТ к средним Т-34 были опытные А-20 и А-32.

Анализ конструкции советских танков А-20 и А-32, разработанных и изготовленных в Харькове на заводе №183 им. Коминтерна, интересен прежде всего как иллюстрация долгой и кропотливой работы Михаила Ильича Кошкина и его подчинённых над созданием одного из лучших танков времён Второй мировой войны. Об этих опытных танках, а также о том, как сложилась их судьба, и пойдёт речь в этой статье.

Пролог

Из доклада начальника Автобронетанкового управления Красной армии (далее АБТУ РККА) Д. Г. Павлова народному комиссару обороны СССР К. Е. Ворошилову от 20 сентября 1939 года:

«ТАНК А-20 – колёсно-гусеничный, с тремя парами ведущих колёс.

Танк прошёл на заводских и полигонных испытаниях 4200 км. В процессе испытаний выявлены следующие недостатки: а) Необходимо усилить бортовые фрикционы и тормоза. б) Изменить конструкцию крепления ленивца. в) Слаб подшипник редуктора колёсного хода. г) Недостаточна обзорность из танка. Заводом указанные недостатки устраняются.

Танк А-20 имеет большие преимущества по сравнению с существующими танками БТ – по броне, мотору, эксплуатационным и боевым качествам.

Танк принять на вооружение РККА. Изготовить установочную партию в количестве 15 шт. к 1-му января 1940 года, подготовив производство серийного выпуска в 1940 году.

ТАНК А-32:

Танк прошёл на заводских и полигонных испытаниях 3000 км.

В процессе испытаний выявлены те же недостатки, что и на танке А-20.

Танк А-32 заданным тактико-техническим требованиям соответствует, но так как при испытаниях выявлены резервы для усиления брони корпуса, целесообразно усилить броню до 45 мм и ей равнопрочной.

Танк принять на вооружение РККА. До 1-го января 1940 года сделать опытную партию танков А-32 с 45-мм бронёй в количестве 5 шт.».

[РГВА. Ф. 31811. Оп. 2. Д. 928. Л. 41 – 42]

Тернистый путь от БТ-20 к А-20

Работа над проектом танка А-20 была начата на заводе №183 в конце 1937 года на основании полученных от АБТУ РККА тактико-технических требований (ТТТ) на проектирование и изготовление лёгкого колёсно-гусеничного быстроходного танка БТ-20 от 11 октября 1937 года. Согласно тактико-техническим требованиям, новый танк предназначался для вооружения мехсоединений и мехполков конницы и должен был обладать следующими основными характеристиками:

  • – тип танка – колёсно-гусеничный быстроходный лёгкий с тремя парами ведущих колёс и синхронизированным гусеничным и колёсным ходом;
  • – боевая масса – 13–14 тонн;
  • – двигатель – дизель БД-2 (впоследствии получивший индекс В-2);
  • – максимальная скорость движения как на гусеничном, так и на колёсном ходу – 70 км/час;
  • – основное оружие – 45-мм танковая пушка со стабилизатором либо 76,2-мм танковая пушка;
  • – толщина лобовой брони корпуса – 25 мм, бортовых листов корпуса не менее 16 мм, крыши и днища – 10 мм, башни – 20 мм, при этом броневые листы должны располагаться под наклоном не менее 18˚;
  • – экипаж танка из трёх человек: командира, механика-водителя и заряжающего-пулемётчика.

Для выполнения этого ответственного задания в начале ноября 1937 года в Харькове на заводе №183 было сформировано конструкторское бюро «24» (КБ-24) под руководством М. И. Кошкина.

Разработка эскизного проекта танка БТ-20 была проведена конструкторами КБ-24 в период с ноября 1937 года по март 1938 года, и во второй декаде марта 1938 года в АБТУ РККА состоялось его рассмотрение специально созданной комиссией. В результате обсуждений 25 марта эскизный проект танка БТ-20 был утверждён с рядом замечаний.

Необходимо отметить, что проектирование танка БТ-20 шло в тот период, когда в Наркомате обороны активно обсуждался вопрос о перспективах развития отечественного танкостроения. Опыт боевого применения советских танков Т-26 и БТ-5 во время гражданской войны в Испании вызвал необходимость создания танков с повышенным уровнем защиты и совершенствования их ходовой части. И если решение о необходимости создания танка, способного противостоять бронебойным пулям калибра до 12,7 мм, практически ни у кого не вызывало сомнений, то по поводу выбора типа движителя для него единого мнения не было. Одна часть специалистов отстаивала идею использования на перспективных танках чисто гусеничного движителя, а другая – комбинированного – колёсно-гусеничного. Причём каждая из сторон приводила в качестве доказательства своей правоты достаточно веские аргументы.

Здесь хотелось бы отметить, что дискуссия по вопросу применения комбинированного колёсно-гусеничного движителя была вызвана, прежде всего, не приверженностью военных «лихим кавалерийским атакам» на быстроходных танках БТ, а ограниченным ресурсом их гусеничного движителя, составлявшим на тот момент всего от 300 до 500 км. Столь небольшой ресурс объяснялся несовершенной конструкцией траков гусениц, приходивших в негодность и требовавших замены после указанного километража. В случае обеспечения промышленностью гарантийного срока службы гусеничного движителя не менее 3000 км АБТУ РККА было готово отказаться от требования по установке на танках колёсного хода, так как он был достаточно сложен в изготовлении.

Для принятия окончательного решения, какому типу движителя для танка отдать предпочтение, в марте 1938 года на имя председателя СНК СССР В. М. Молотова от народного комиссара обороны К. Е. Ворошилова поступила докладная записка с предложением о пересмотре принятого в 1937 году Постановления Комитета обороны №94 «О типах танков…». Относительно проектирования нового лёгкого танка в ней, в частности, говорилось:

«Танк, предназначенный для действий совместно с пехотой (конницей) и в составе самостоятельных танковых соединений, должен быть один. Для этой цели необходимо разработать два типа танков: один чисто гусеничный и другой – колёсно-гусеничный. Всесторонне испытать их в течение 1939 г. и после этого принять на вооружение взамен БТ и Т-26 тот, который будет отвечать всем требованиям».

[РГВА. Ф. 4. Оп. 14. Д. 1974. Л. 1]

В конце апреля 1938 года в Москве в Наркомате Обороны состоялось совещание конструкторов и представителей Автобронетанкового, Артиллерийского, Инженерного и Химического Управлений, Управления Связи, Военной академии механизации и моторизации РККА и представителей войсковых частей по вопросам усовершенствования системы танкового вооружения РККА. На этом совещании были детально разработаны характеристики новых танков и выработаны ТТТ на изготовление их опытных образцов, и в том числе уточнены ТТТ на танк БТ-20.

Согласно новым требованиям, конструкция танка БТ-20 должна была подвергнуться значительным изменениям. Так, например, для обеспечения защиты от 12,7-мм бронебойных пуль со всех дистанций броневые листы корпуса и башни утолщались, а углы их наклона увеличивались. Экипаж танка за счёт включения в него стрелка-радиста увеличивался до четырёх человек. В связи с этими изменениями боевая масса танка возрастала до 16,5 т – тем самым проектируемый танк из класса лёгких перешёл в класс средних танков. В новой системе танкового вооружения ему отводилась следующая роль: танк предназначался для самостоятельных действий в составе танковых соединений и для действий в тактическом взаимодействии с другими родами войск.

С получением уточнённых ТТТ коллектив КБ-24 незамедлительно приступил к переделке в основном уже законченного проекта колёсно-гусеничного танка БТ-20. Катализатором в ускорении этих работ явилось Постановление Комитета обороны 198сс «О системе танкового вооружения РККА», принятое 7 августа 1938 года. Во втором пункте этого Постановления относительно танка БТ-20 было указано:

«В целях дальнейшего совершенствования танков создать по тактико-техническим данным АБТУ, выработанным на танковом совещании и утверждённым Народным Комиссаром Обороны, три опытных образца танков – два гусеничных и один – колёсно-гусеничный с 6-ю ведущими колёсами (приложение № 2). Один из гусеничных танков изготовить химическим.

а) Обязать НКОП изготовить и передать НКО на испытания опытные образцы танков к 1 июня 1939 года.

Деревянный макет танка предъявить макетной комиссии к 1 октября 1938 года.

б) Обязать НКО подвергнуть опытные образцы танков всесторонним сравнительным испытаниям и выбрать для представления на вооружение один образец, наиболее полно удовлетворяющий предъявляемым к танку требованиям»

[ГА РФ. Ф. 8418. Оп. 28. Д. 35. Л. 215 – 216].

Таким образом, завод №183 обязывался разработать и изготовить не один опытный колёсно-гусеничный танк БТ-20, а три – один колёсно-гусеничный и два гусеничных.

В результате танк БТ-20 в металле изготовлен не был, а вместо него в конце октября 1938 года завод №183 предъявил проекты двух вариантов танка – колёсно-гусеничного и гусеничного, получивших заводские индексы А-20 и А-20Г соответственно. Чертежи этих опытных машин были рассмотрены на совещании Главного Военного Совета (ГВС) РККА, состоявшегося 9 и 10 декабря 1938 года. С учётом высказанных на совещании ГВС замечаний, коллективом КБ-24 к 15 января 1939 года были изготовлены рабочие чертежи колёсно-гусеничного танка А-20 (за исключением корпуса и башни) и начато изготовление рабочих чертежей гусеничного танка А-20Г. И, несмотря на нехватку конструкторов, уже к середине февраля 1939 года КБ-24 завершило изготовление рабочих чертежей и макетов обоих вариантов танка.

Из бумаги в металл

Для рассмотрения и утверждения макетов новых образцов танков, разработанных промышленностью, 27 февраля 1939 года в Кремле состоялось заседание Комитета обороны под председательством В. М. Молотова. После рассмотрения макетов тяжёлых танков «100» и «СМК» на заседании обсуждались чертежи и макеты танков А-20 и А-20Г, представленные А. А. Морозовым. В ходе обсуждения большинство присутствовавших на заседании военачальников отдавали предпочтение колёсно-гусеничному танку А-20, обладавшему большей оперативной подвижностью, чем гусеничный танк А-20Г.

В тот момент, когда чаша весов окончательно склонилась в пользу колёсно-гусеничного варианта, начальник КБ-24 завода №183 Михаил Ильич Кошкин, привыкший твёрдо и до конца отстаивать свои взгляды, в присутствии Генерального секретаря ЦК ВКП(б) И. В. Сталина высказал свои сомнения в отношении требования военных изготовить в металле только один колёсно-гусеничный вариант танка и выступил с инициативой изготовить и представить на государственные испытания обе спроектированные заводом №183 машины. В итоге И. В. Сталин одобрил предложение М. И. Кошкина и Постановлением Комитета обороны №45 от 27 февраля 1939 года разработанные чертежи и макеты танков А-20 и А-20Г были окончательно утверждены для изготовления опытных образцов.

Для обеспечения скорейшего выполнения правительственного задания по изготовлению опытных образцов танков А-20 и А-20Г, а также в связи с прекращением выпуска на заводе №183 тяжёлых танков Т-35, в начале мая 1939 года танковые КБ-24 и КБ-520 объединяются в единое конструкторское бюро КБ-520, после чего следуют кадровые перестановки. Народный комиссар среднего машиностроения И. А. Лихачёв утверждает М. И. Кошкина на введённую на заводе №183 новую должность – главного конструктора завода. Начальником КБ-520 назначается А. А. Морозов, а его заместителями – Н. А. Кучеренко и А. В. Колесников.

В результате напряжённой работы опытного отдела завода №183 в конце мая 1939 года танк А-20 был собран (без установки вооружения), обкатан на стенде и испытан на колёсном ходу на территории завода пробным пробегом. Ему был присвоен заводской номер 0367–5.

Танк А-20 представлял собой колёсно-гусеничный танк с 6-ю ведущими колесами и синхронизированным колёсным и гусеничным ходом, что позволяло танку двигаться даже при отсутствии одной из гусениц. Боевая масса танка составляла 18 тонн. Корпус в большинстве своём был выполнен из наклонных броневых листов, защищавших от бронебойных пуль калибра 12,7-мм на всех дистанциях. Как видно из таблицы, по сравнению с серийно выпускавшимся танком БТ-7, толщина основных броневых листов танка А-20 и углы их наклона были увеличены.

Вооружение танка состояло из 45-мм танковой пушки со стабилизатором выстрела («прибор 70») и 2 пулемётов ДТ. Боевое отделение, отделение управления, а также диаметр шариковой опоры башни А-20 относительно танков БТ-7 были существенно увеличены, что позволило улучшить условия работы экипажа и разместить в отделении управления четвёртого его члена – стрелка-радиста.

Заводские испытания танка А-20Г, которому к тому времени был присвоен заводской индекс А-32, были начаты немного позже, во второй декаде июня 1939 года. Танк А-32 (заводской номер 0365–3) отличался от танка А-20 в основном следующим:

  • боевая масса танка равнялась 19 тоннам;
  • на танке вместо 45-мм пушки 20К со стабилизатором выстрела была установлена 76,2-мм пушка Л-10;
  • отсутствовал колёсный привод;
  • установкой дополнительных (пятых) опорных катков на борт.

Броневая защита танка А-32 была идентичной защите танка А-20, за исключением вертикальных бортовых листов корпуса, толщина которых была увеличена с 25 до 30 мм.

Кроме этого, из-за отсутствия передних поворотных колёс корпус танка в передней части не имел сужения (как на А-20), что обеспечило большую свободу в размещении экипажа в отделении управления.

При создании опытных танков А-20 и А-32 конструкторами завода №183 были частично использованы предложения Н. Ф. Цыганова и А. Я. Дика по улучшению конструкции быстроходных танков БТ. К таким предложениям, прежде всего, относятся: схема привода на три пары ведущих колёс, увеличение количества опорных катков до пяти на борт, наклонное расположение пружин в узлах подвески, а также рациональная форма корпуса и башни с наклонным расположением броневых листов. Однако следует отметить, что ни Н. Ф. Цыганов, ни А. Я. Дик непосредственного отношения к проектированию танков А-20 и А-32 не имели.

Полигонные испытания танков А-20 и А-32 прошли в районе Харькова в период с 18 июля по 23 августа 1939 года. Испытывала новые боевые машины комиссия под председательством начальника 1-го отдела АБТУ РККА майора Е. А. Кульчицкого. В ходе испытаний комиссией был выявлен ряд мелких недостатков и недоработок в конструкции опытных танков, но в целом новые боевые машины получили высокую оценку.

По результатам полигонных испытаний комиссия дала следующее заключение:

«Танки, опытные образцы А-20 и А-32, отвечают т.т.требованиям к ним предъявленным.

Как А-20, так и А-32 пригодны для эксплоатации в условиях РККА.

Танк А-32, как имеющий запас по увеличению веса, целесообразно защитить более мощной бронёй, соответственно повысив прочность отдельных деталей и изменив передаточные отношения. При этом усиленные детали должны быть максимально использованы и на А-20.

Все отмеченные в отчёте недостатки необходимо устранить, для чего срочно представить в АБТУ на утверждение перечень работ с указанием сроков»

[РГВА. Ф. 31811. Оп. 3. Д. 1606. Л. 35].

После завершения полигонных испытаний танки А-20 и А-32 прошли техническое обслуживание и 5 сентября 1939 года были отправлены с завода №183 на полигон в подмосковную Кубинку для показа военно-политическому руководству страны.

А-32 «тяжелеет» и превращается в легенду

Сразу после успешно проведённого показа техники на полигоне в Кубинке, состоявшегося 22 сентября 1939 года, в Автобронетанковом управлении и в Наркомате среднего машиностроения, в ведении которого находился завод №183, закипела работа по подготовке документов для принятия на вооружение Красной армии танков А-20 и А-32 и организации их серийного производства. И уже 25 сентября 1939 года в АБТУ РККА был подготовлен проект постановления Комитета обороны «О новых образцах танков и бронеавтомобилей». Согласно этому документу, АБТУ РККА предложило принять на вооружение бронетанковых войск танк А-20 в первоначальном виде, но с устранением указанных в отчёте по полигонным испытаниям недостатков, и танк А-32 с увеличенной до 45 мм толщиной броневых листов.

На вопросе усиления броневой защиты танка А-32 остановимся отдельно. Как уже было сказано выше, в ходе полигонных испытаний танков А-20 и А-32 выяснилось, что танк А-32 имеет существенный резерв для увеличения массы. В связи с этим в середине августа 1939 года, не дожидаясь окончания испытаний, командованием АБТУ РККА было дано задание заводу №183 произвести предварительные расчёты о возможности установки на танк А-32 броневых листов толщиной 45 мм. Такое усиление брони, по мнению военных, гарантировало полную защиту экипажа и внутреннего оборудования танка от действия 37-мм противотанковой артиллерии. Желание военных «одеть» новый танк в противоснарядную броню было вызвано, прежде всего, тем, что в конце 30-х годов в зарубежных армиях наблюдался неуклонный рост противотанковой артиллерии, как в количественном, так и в качественном выражении. Броня же танков А-20 и А-32 могла обеспечить защиту только от крупнокалиберных 12,7-мм бронебойных пуль. Расчёты, произведённые конструкторами КБ-520, показали, что установка на танк А-32 броневых листов толщиной 45 мм вполне возможна, при этом боевая масса машины возрастала до 24 тонн. В результате 28 сентября 1939 года АБТУ РККА заключило с заводом №183 договор №8/678 на проектирование и изготовление двух танков с усиленной броневой защитой, получивших заводской индекс А-34.

Для проверки надёжности работы узлов, агрегатов и отдельных деталей при увеличенной массе танка, а также определения влияния увеличения массы танка на его динамику с 14 октября по 17 ноября 1939 года на заводе №183 были проведены испытания второго опытного образца танка А-32, догруженного до массы, равной 24 тоннам.

Второй образец танка А-32 (заводской номер 0367–7) был собран в начале октября 1939 года в опытно-производственном цехе «530» завода №183. Эта машина отличалась от первого образца танка А-32 (заводской номер 0365–3), проходившего полигонные испытания вместе с танком А-20 в июле–августе 1939 года, тем, что на ней вместо 76,2-мм пушки Л-10 была установлена 45-мм танковая пушка 20К. Кроме того, второй опытный образец танка А-32 не был полностью укомплектован, на нём отсутствовали оптические приборы, механизм подъёма пушки, привод управления жалюзи, средства связи, пулемёты, боеукладка, запасные части и возимый инструмент. Для увеличения массы до 24 тонн на испытуемом танке А-32 разместили дополнительный груз, который был уложен на специально приваренных кронштейнах по обоим бортам, на носовой части корпуса танка, а также на крыше башни.

На основании получаемых в ходе испытаний догруженного образца танка А-32 результатов и вырабатываемых комиссией рекомендаций в октябре – ноябре 1939 года в конструкцию узлов, систем, механизмов, агрегатов и деталей проектируемого танка А-34 были внесены многочисленные изменения. По итогам заводских испытаний догруженной машины комиссия подтвердила целесообразность изготовления двух опытных образцов танка А-34. Как показали испытания, имевшийся резерв машины А-32 позволял увеличить массу танка без существенного снижения его боевых качеств.

Таким образом, опытный танк А-32 послужил базой для создания нового среднего танка с противоснарядной защитой, принятого на вооружение Красной армии в декабре 1939 года под названием Т-34 и ставшего одним из символов нашей Победы в Великой Отечественной войне.

Оба построенных танка А-32 после всех испытаний прошли капитальный ремонт и в 1940–1941 годах использовались на заводе №183 для обучения вождению экипажей танков Т-34. В списке эвакуированной в Нижний Тагил техники эти машины не значатся. Принимали ли они участие в обороне Харькова от немецко-нацистских захватчиков — на данный момент неизвестно.

А-20: на страже Москвы

Судьба же танка А-20 сложилась не столь блистательно. После проведения полигонных испытаний конструкторы КБ-520 приступили к устранению недостатков в конструкции танка А-20, выявленных в ходе этих самых испытаний. Завод постепенно начинал готовиться к освоению серийного выпуска этой машины. Однако к середине ноября 1939 года, когда в ходе испытаний догруженного образца танка А-32 была подтверждена полная возможность усиления его броневой защиты, преимущества гусеничного танка А-34 перед колёсно-гусеничным А-20 стали очевидными, и от принятия танка А-20 на вооружение Красной армии было решено отказаться.

В апреле 1941 года танк А-20 по распоряжению ГАБТУ КА был передан с завода №183 в музей полигона в подмосковной Кубинке. Но на этом «жизнь» боевой машины не завершилась, в дальнейшем танк А-20 принял непосредственное участие в обороне Москвы. В первых числах октября 1941 года, когда обстановка на подступах к столице стала критической, танк А-20 был включён в состав танковой роты Семёнова, сформированной из музейных машин полигона, которая 7 октября убыла из Кубинки в распоряжение начальника Можайского укрепрайона. В конце ноября 1941 года танк А-20 из роты Семёнова был передан в 22-ю танковую бригаду, входившую в состав 5-й армии, и участвовал в боях в районе Павловской Слободы.

3 декабря 1941 года танк получил повреждения и был эвакуирован на 25-ю подвижную ремонтную базу, а через день, 5 декабря, отремонтированный А-20 вновь вернулся в строй в распоряжение заместителя командующего 5-й армии по танковым войскам. Дальнейшая судьба этой машины неизвестна.

Неоспорим тот факт, что работа коллектива конструкторов завода №183 им. Коминтерна под руководством Михаила Ильича Кошкина по созданию опытных танков А-20 и А-32 явилась большим шагом вперёд в деле развития отечественного танкостроения. Результатом этой работы стали создание и организация серийного производства легендарной «тридцатьчетвёрки», считающейся лучшим средним танком Второй мировой войны.

warspot.ru


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.