Бронетанковые войска ссср

Закономерным после корпусов стало появление в РККА танковых армий. Впервые это случилось ещё в 1942 году. Но в то время армии во многом унаследовали проблемы мехкорпусов 1941 года и не слишком удачно показали себя на фронте. Зато следующая реформа танковых армий, состоявшаяся в начале 1943 года, оказалась ключевой. Именно тогда была «нащупана» оптимальная армейская структура и выработана правильная тактика и стратегия их применения.

Танковые армии 1942 года советское командование формировало, используя опыт вермахта. За образец приняли немецкий танковый корпус, в котором под единым командованием были собраны танковые, моторизованные и пехотные части. По сути, то же самое сделали в СССР. Танковые армии 1942 года по штату включали в себя три танковых корпуса, резервную танковую бригаду, а также стрелковые, а иногда и кавалерийские части. Новые объединения снова получились трудными в управлении и не очень подвижными за счёт не моторизованной, а потому не слишком мобильной пехоты.


-прежнему не хватало автотранспорта. Далеко за примером ходить не надо. Вот — ноябрь 1942 года, операция «Уран». Советские танкисты готовятся наступать под Сталинградом, но запасы везти не на чем. Приходится навьючивать «тридцатьчетвёрки»: «каждый танк имел 150 снарядов из них 100 было вложено внутрь танка, 50 снарядов в ящиках были закреплены на крыльях танка. На некоторых танках были закреплены бочки в 200 литров с горючим». Что чувствовали люди в танке, увешанном снаружи снарядами и бочками солярки, можно себе только представить. 

Не слишком удачный опыт применения новых танковых армий закономерно привёл в начале 1943 года к новой реформе. Она фактически стала решающей и до конца Великой Отечественной войны определила «облик» советских бронетанковых сил. Речь идёт о танковых армиях однородного состава. Новые объединения состояли из одного-двух танковых корпусов, одного механизированного корпуса, отдельных частей самоходной артиллерии. Стрелковые дивизии из штата танковых армий исключили. Зато добавили сапёрные части и гаубичную артиллерию. То и другое было необходимо при взломе вражеской обороны и преодолении переправ с разрушенными мостами. Результат не заставил себя ждать: отразив наступление вермахта на Курской дуге в июле 1943 года, советские войска успешно перешли в наступление, и танковые армии играли в нём огромную роль. При этом, например, на Белгородско-Харьковском направлении они оторвались от пехоты на 25–40 километров, о чём годом ранее было трудно даже мечтать.


worldoftanks.ru

Предшествовали сражению под Сенно бои на Витебском направлении, в результате которых, согласно планам командования Вермахта, дорога на Москву должна была стать полностью открытой. Основанием для подобного вывода послужило то, что к началу июля 1941 года был взят Минск и практически разгромлены основные силы советского Западного фронта. 3 июля начальник немецкого генерального штаба Франц Галь-дер записал в своем дневнике: «В целом уже можно сказать, что задача разгрома главных сил русской сухопутной армии перед Западной Двиной и Днепром выполнена… Поэтому не будет преувеличением сказать, что кампания против России выиграна в течение 14 дней…» Однако, уже 5 июля на пути к Витебску немецкие части были остановлены — начался срыв знаменитого плана «Барбаросса». Бои на Витебском направлении, окончившиеся битвой при Сенно, сыграли важную роль в этом срыве, на целую неделю парализовав движение немецких войск.

В результате июльских боев севернее и западнее Орши, танкисты-красноармейцы 20-й армии под командованием генерал-лейтенанта Павла Алексеевича Курочкина нанесли ощутимый удар по немецким частям, отбросив их на 30 — 40 километров в сторону от города Лепель. Немецкие войска неожиданно оказались в сложной ситуации, из наступления перейдя в оборону, которую прорвали два советских танковых клина.


Согласно военной теории, танковый клин можно было остановить таким же танковым клином: поэтому в контрнаступлении немецкое командование было вынуждено задействовать подошедший 47-й моторизованный корпус и другие танковые соединения. В район Сенно был заброшен крупный воздушный немецкий десант. В это время части 20-й армии продвигались вперед будучи уверенными в успешном завершении операции.

Вот отрывок из воспоминаний участника той битвы: «Вскоре впереди показались танки. Их было много, очень много. Зловещая масса бронированных монстров с черными крестами на бортах двинулась на нас. Трудно передать душевное состояние, охватившее молодых необстрелянных бойцов…» Удержать Сенно было сложно: на следующий день город трижды переходил из рук в руки, но к концу дня оказался все же под контролем советских войск. Танкистам приходилось выдерживать по 15 немецких атак в день: по воспоминаниям участников битвы, это был «настоящий кромешный ад!»

После первого, самого тяжелого дня битвы красноармейские танковые корпуса попали в окружение. Запасы горючего и боеприпасов иссякли, танки Т-26, БТ-5, БТ-7, находившиеся на вооружении Красной Армии, не выдерживали ударов снарядов ни одного из калибров, и остановившийся на поле боя танк, через несколько минут превращался в груду металла. Из-за устаревших бензиновых двигателей советские танки буквально сгорали «как свечки».



Подвоз топлива и боеприпасов к танкам не был организован в нужном объеме, и танкистам приходилось сливать горючее из баков машин, почти уже не дееспособных, в те, что осуществляли наступление.

8 июля немецкое командование решило задействовать в бою с защитниками города все силы, расположенные в районе Сенно, и считающиеся резервными.

В итоге советским частям пришлось оставить город и отойти к шоссе Витебск — Смоленск, где они заняли следующий рубеж обороны. Часть советских танков все еще продолжала наступать на Лепель, в надежде успешно завершить операцию, но уже 9 июля немецкие корпуса захватили Витебск. Таким образом, еще до начала форсирования Днепра, дорога к Смоленску и Москве оказалась открытой для Вермахта. Продолжение контрудара войск Красной Армии не имело смысла. 10 июля советское командование отдало приказ взорвать танки, оставшиеся без экипажей и горючего, и выходить из окружения.

Отступали ночью, многим так и не удалось вырваться. Те же, кто выжил, позже приняли участие в Смоленском сражении. Именно в ходе Смоленского боя попал в плен самый знаменитый участник битвы под Сенно — сын Иосифа Сталина Яков Джугашвили — младший офицер 14-го гаубичного артполка. В этом же корпусе сражался и сын генерального секретаря коммунистической партии Испании — лейтенант Рубен Руис Ибаррури.

www.e-reading.club

Организация танковых войск Красной Армии


Организация танковых войск Красной Армии

Накануне Великой Отечественной войны автобронетанковые войска Красной Армии (следует отметить, что наименование этого рода войск несколько раз менялось: перед войной они назывались «автобронетанковые», а с конца 1942 года — «бронетанковые и механизированные войска») состояли из механизированных корпусов, нескольких танковых дивизий и танковых полков, входивших в кавалерийские дивизии. Имевшиеся до середины 1940 года войсковые танковые части и подразделения и части Резерва Главного Командования (РГК) при формировании механизированных корпусов были направлены на их укомплектование.

К началу войны в разной стадии формирования находилось 29 механизированных корпусов, состоявших из двух танковых, одной моторизованной дивизий, мотоциклетного полка, отдельного батальона связи, отдельного инженерного батальона и других корпусных подразделений.

В целом, с учётом корпусных частей и подразделений, механизированный корпус должен был иметь свыше 36 тыс. человек, 1031 танк (в том числе 546 КВ и Т-34), 358 орудий и миномётов, 268 бронемашин.

Однако следует отметить, что одновременное развёртывание столь большого количества корпусов не соответствовало имевшимся в то время возможностям по обеспечению их личным составом, боевой техникой, вооружением и автотранспортом. К середине 1941 года абсолютное большинство указанных соединений было недоукомплектовано. Нехватка боевой техники и вооружения, а также высокоманёвренный характер боевых действий начального периода войны поставили советское командование перед необходимостью изменений в организационной структуре танковых частей. В конце июля 1941 года началось упразднение механизированных корпусов, продолжавшееся до сентября. Танковые дивизии передавались в подчинение командующих армиями, а моторизованные реорганизовывались в стрелковые дивизии.


В то же время из механизированных корпусов, находившихся во внутренних военных округах, было создано 10 танковых дивизий. В своём составе они должны были иметь два танковых, моторизованный и артиллерийско-противотанковый полки, разведывательный батальон, зенитный дивизион и другие подразделения.

В конце августа 1941 года народный комиссар обороны утвердил штат танковой бригады полкового состава на 93 танка. Танковый полк бригады состоял из трёх танковых батальонов. Один батальон планировалось укомплектовать тяжёлыми и средними танками, два других — лёгкими. Уже в сентябре в танковых батальонах полка произошли изменения в сторону уменьшения количества танков, после чего в бригаде стало 67 машин. Опыт применения бригад полкового состава выявил ряд недостатков в их организации. Так, наличие промежуточной инстанции (полка) усложняло управление, командир и штаб бригады иногда лишались возможности оперативно реагировать на изменение обстановки. Учитывая всё это, в сентябре началось формирование бригад батальонного состава.


Одновременно с созданием новых танковых бригад происходило формирование отдельных танковых батальонов. Основной причиной их появления, как показала боевая практика, стала необходимость усиления ими стрелковых дивизий, оборонявших важные направления или рубежи, поскольку дробление бригад для этой цели приводило к распылению их усилий, усложняло управление подразделениями и затрудняло материально-техническое обеспечение.

Первый штат отдельного танкового батальона военного времени приняли в том же сентябре 1941 года. По этому штату батальон должен был иметь три танковые роты (одна рота средних и две роты лёгких танков). Штатом предусматривалось иметь 130 человек и 29 танков. Вскоре выявилась потребность и в более мощных танковых батальонах, в составе которых имелись бы и тяжёлые танки. Такие батальоны создали в ноябре 1941 года. Они должны были состоять из роты тяжёлых танков двухвзводного состава, роты средних и двух рот лёгких танков. Всего в таком батальоне предусматривалось иметь 202 человека и 36 танков (тяжёлых — 5, средних — 11, лёгких — 20).

В 1941-м и зимой 1942 года отдельные танковые батальоны содержались и по другим, причём различным, штатам. Это объяснялось главным образом условиями формирования частей, на укомплектование которых поступала имевшаяся в резерве материальная часть. Нередко по количеству боевых машин отдельные батальоны превосходили танковые бригады.

В начале января 1942 года началось формирование танковых бригад для конницы и пехоты.


едполагалось, что по своему составу они будут лёгкими, с минимальным числом подразделений обеспечения и обслуживания. В каждой такой бригаде предусматривалось иметь по штату 372 человека и по 46 танков. (В танковой бригаде для пехоты должно было быть 10 тяжёлых, 16 средних и 20 лёгких танков; в танковой бригаде для конницы предусматривалось иметь 20 средних и 26 лёгких машин.) Однако сформировать необходимое количество таких бригад не представлялось возможным. В феврале 1942 года было принято решение создать танковые бригады в составе 282 человек, 27 танков и включить их в штат стрелковых дивизий. Но и таких бригад удалось сформировать крайне мало.

Полученный опыт ведения боевых действий зимой 1941/42 года подтвердил правильность разработанной у нас в конце 20-х годов теории глубокой наступательной операции. Практика войны показала, что отсутствие в составе фронтов и армий крупных танковых соединений не позволяло в полном объёме решать такую важную задачу наступления, как развитие тактического успеха в оперативный.

Поэтому с марта 1942 года начали формирование первых четырёх танковых корпусов, которые имели в своём составе управление корпуса, вначале две, а вскоре три танковые и мотострелковую бригады. По этому штату в корпусе должно было насчитываться 5603 человека и 100 танков (из них 20 тяжёлых КВ, 40 средних Т-34 и 40 лёгких Т-60 или Т-70). В создаваемых соединениях совершенно не предусматривались артиллерийские части, инженерно-сапёрные, разведывательные подразделения, а также свой корпусной тыл. Управление корпуса фактически состояло из небольшой группы офицеров, предназначавшейся для координации боевых действий бригад.


Первый опыт боевого применения таких корпусов весной 1942 года на воронежском и других направлениях показал, что новые соединения не обладали необходимой оперативно-тактической самостоятельностью при ведении боевых действий, что отрицательно сказывалось на их результатах.

В июле 1942 года в штат корпуса были включены отдельный гвардейский миномётный дивизион, насчитывавший 250 человек и 8 реактивных установок БМ-13, разведывательный и мотоциклетный батальоны. Несколько позже в корпус поступили две подвижные ремонтные базы, а также рота подвоза ГСМ для обеспечения второй заправкой топлива и масла.

Параллельно с развёртыванием танковых корпусов в мае 1942 года начали создаваться танковые армии (ТА).

Первые две танковые армии (3-ю и 5-ю) сформировали в мае — июне 1942 года. В конце июля этого же года непосредственно на Сталинградском фронте с использованием полевых управлений 38-й и 28-й армий были созданы соответственно 1-я и 4-я танковые армии, которые примерно через месяц расформировали.

Первоначально боевой состав ТА определялся директивами на их формирование и был неодинаковым. Опыт применения танковых армий летом 1942 года в оборонительных и наступательных операциях на воронежском направлении (5 ТА), в районе Козельска (3 ТА) и особенно в контрнаступлении под Сталинградом (5 ТА) позволил сделать ряд важных выводов о их боевых возможностях и организационной структуре. Наличие в них стрелковых дивизий, танковых и кавалерийских корпусов, обладавших различными боевыми возможностями и подвижностью, отрицательно сказывалось на организации, осуществлении взаимодействия, управления и материально-технического обеспечения. В целом ТА оказались громоздкими, неманёвренными и трудноуправляемыми.


В сентябре 1942 года начали формирование механизированных корпусов (МК), при этом учитывался опыт создания корпусов танковых. Поэтому уже в самом начале в новые соединения включались части и подразделения специальных войск. Однако организация корпусов всё же была неодинаковой. Так, например, 1-й и 2-й механизированные корпуса имели по три механизированные и по одной танковой бригаде, истребительно-противотанковый и зенитно-артиллерийский полки, дивизион гвардейских миномётов, бронеавтомобильный, ремонтно-восстановительный батальоны, а также инженерно-минную роту, роты управления и подвоза ГСМ. 3-й и 5-й механизированные корпуса вместо одной имели по две танковых бригады, а 4-й и 6-й корпуса вместо танковых бригад были укомплектованы каждый двумя отдельными танковыми полками.

Таким образом, из шести механизированных корпусов, полностью сформированных к началу 1943 года, имелось три типа организации, что сказывалось на численном составе новых соединений. В частности, по танкам это выглядело следующим образом. 1-й и 2-й МК должны были иметь по 175, 3-й и 5-й — по 224, а 4-й и 6-й — по 204 танка. Однако основным являлся штат, по которому содержались два первых корпуса. Этот штат стал основой для формирования всех новых корпусов, на него же в последующем были переведены корпуса, имевшие другую организацию.

В первой половине 1942 года танковые бригады, как отдельные, так и входившие в состав корпусов, формировались и укомплектовывались по различным штатам. Наличие в составе бригад батальонов и рот, имевших тяжёлые, средние и лёгкие танки, отрицательно сказывалось на их применении. В июле 1942 года был утверждён единый штат для всех танковых бригад, на который постепенно переводились ранее созданные бригады.

Механизированные бригады начали создаваться в сентябре 1942 года, то есть с момента формирования механизированных корпусов. Кроме того, имелось несколько отдельных механизированных бригад.

В 1942 году было сформировано необходимое количество мотострелковых бригад, которые включались в состав танковых корпусов, а несколько подобных бригад сделали отдельными. Все бригады создавались по единому штату и должны были иметь в своём составе три мотострелковых батальона. артиллерийский и зенитно-артиллерийский дивизионы, а также подразделения обеспечения и обслуживания.

Наряду с формированием отдельных танковых бригад, предназначавшихся для поддержки пехоты, в сентябре 1942 года началось формирование отдельных танковых полков, которыми также предполагалось усиливать стрелковые соединения. Организация такого полка была аналогична организации танкового полка механизированной бригады.

Почти одновременно, в октябре 1942 года, стали создавать отдельные тяжёлые танковые полки прорыва РГК. По штагу полк состоял из четырёх рот (в каждой по 5 танков) и роты технического обеспечения. Всего в нём должно было насчитываться 214 человек и 21 тяжёлый танк КВ. На укомплектование этих полков направлялись тяжёлые танки, изъятые из смешанных отдельных танковых батальонов и расформировывающихся в это время тяжёлых танковых бригад, созданных в небольшом количестве летом 1942 года.

В результате осуществления в 1942 году поистине грандиозной программы строительства танковых войск к январю 1943 года в Красной Армии имелось две танковых армии, 24 танковых (из них два — в стадии формирования), 8 механизированных (два из них завершали формирование) корпусов, а также значительное количество различных бригад, полков и батальонов, предназначавшихся для совместных действий с пехотой.

В дальнейшем совершенствование организационной структуры бронетанковых и механизированных войск Красной Армии продолжалось.

Так, для усиления противотанковых возможностей мотострелкового батальона танковой бригады в январе 1943 года в его штат включили роту противотанковых ружей, а в марте — зенитно-пулемётную роту. Более существенные изменения произошли в конце 1943 года, когда был принят новый штат танковой бригады. В связи с принятием на вооружение танка Т-34–85, экипаж которого состоял из пяти человек (что, впрочем, не всегда соблюдалось), рота противотанковых ружей мотострелкового батальона в апреле 1944 года была обращена на доукомплектование экипажей новых танков. На этот штат танковые бригады переводились постепенно, прежде всего бригады, входившие в состав танковых и механизированных корпусов. В дальнейшем, вплоть до конца войны, организация танковой бригады практически не изменялась.

В январе 1943 года в целях усиления ударной силы механизированной бригады в штат танкового полка была введена ещё одна рота средних танков. Общее количество танков в полку осталось прежним — 39. Однако средних танков стало 32, вместо ранее имевшихся 23, а лёгких уменьшилось на 9 машин. В феврале этого же года из бригады был исключён зенитно-артиллерийский дивизион, а вместо него введена зенитно-пулемётная рота. Одновременно в штат включили инженерно-минную роту, а все автомобили, предназначавшиеся для перевозки личного состава мотострелковых батальонов, свели в бригадную автороту.

Дальнейшие изменения в организации механизированной бригады происходили преимущественно в связи с совершенствованием организации её танкового полка. Так, в феврале 1944 года танковый полк перевели на новый штат, по которому в нём имелось три танковых роты, укомплектованных только средними танками. В результате в полку стало 35 танков Т-34, а лёгкие танки из штата были исключены. После этого до конца войны в бригаде не происходило никаких изменений.

В целях усиления огневой мощи танкового корпуса в январе 1943 года в его штат включаются миномётный полк РГК (36 120-мм миномётов) и самоходно-артиллерийский полк РГК (25 САУ). Несколько позже в состав некоторых корпусов ввели резерв танков (40 машин) с экипажами и 100 шофёров. Одновременно были увеличены возможности роты подвоза ГСМ.

В феврале вместо инженерно-минных рот в состав корпуса включили сапёрный батальон, а в марте — зенитно-артиллерийский полк. В апреле в штат корпуса ввели истребительно-противотанковый артиллерийский полк (20 45-мм пушек) и истребительно-противотанковый дивизион (12 85-мм зенитных пушек). Однако уже в августе 1943 года их заменили двумя самоходно-артиллерийскими полками (СУ-76 и СУ-152). В октябре в отдельных танковых корпусах, а в ноябре во всех остальных вместо бронеавтомобильного батальона вводится отдельный мотоциклетный батальон, в который вошли две мотоциклетные, танковая роты, рота бронетранспортёров и истребительно-противотанковая артиллерийская батарея.

В августе 1944 года в целях повышения огневых возможностей корпуса в его состав включили лёгкий артиллерийский полк, в котором имелось 24 76-мм пушки.

Из сказанного следует, что организация танкового корпуса совершенствовалась главным образом в направлении увеличения огневой и ударной силы, повышения подвижности и самостоятельности корпуса при ведении боевых действий.

Организация механизированного корпуса совершенствовалась также с учётом опыта его боевого применения и в связи с поступлением в войска новой боевой техники. В январе 1943 года из состава механизированной бригады был исключён зенитно-артиллерийский дивизион, а из корпуса — армейский полк ПВО. Одновременно в состав корпуса ввели миномётный полк (36 120-мм миномётов), самоходно-артиллерийский полк смешанного состава (8 СУ-122, 17 СУ-76), а также резерв танков (40 танков и 147 членов экипажей) и 100 шофёров. В феврале вместо инженерно-минной роты в корпус включили сапёрный батальон, а в марте роту управления переформировали в батальон связи. В это же время в штат корпуса поступил зенитно-артиллерийский полк (16 37-мм пушек, 16 ДШК). В апреле в штат был введён истребительно-противотанковый артиллерийский полк и авиационное звено связи — 3 самолёта. В мае корпус получил истребительно-противотанковый артиллерийский дивизион и роту химической защиты. В августе 1943 года взамен истребительно-противотанкового полка в штат корпуса ввели самоходно-артиллерийский полк СУ-76 (21 установка), а вместо истребительно-противотанкового дивизиона — полк СУ-85 (16 установок и один танк Т-34).

В это же время из штатов механизированных корпусов, входивших в состав таковых армий, исключили бронеавтомобильные, а вместо них ввели отдельные мотоциклетные батальоны.

В 1944 году танковый полк механизированной бригады был переведён на новый штат. В результате в полку стало 35 средних танков, а лёгкие танки исключили совсем.

Что касается танковых армий, то в конце января 1943 года состоялось специальное заседание ГКО, посвящённое выработке положений об их формировании. Предварительно по этому вопросу были заслушаны мнения некоторых видных военачальников. Все сошлись на том, что из танковых армий необходимо прежде всего изъять немоторизованные стрелковые дивизии и организационно выделить их танковое ядро. Таким образом, танковые армии должны были иметь в своём составе, как правило, два танковых и один механизированный корпуса, зенитно-артиллерийскую дивизию, гвардейский миномётный, гаубичный артиллерийский, истребительно-противотанковый и мотоциклетный полки. В качестве частей обеспечения предусматривались полк связи, авиационный полк связи (самолёты По-2), инженерный батальон, автомобильный полк и два ремонтно-восстановительных батальона. К тыловым частям и учреждениям относились подразделения и части обслуживания полевого, управления армии, продовольственные, обозно-вещевые, медицинские и химические учреждения, органы артиллерийского снабжения, снабжения ГСМ, а также части по сбору, приёму и эвакуации трофейного имущества. Однако следует отметить, что состав танковых армий определялся приказами на их формирование и был неодинаковым. Так, например, из 64 наступательных операций, проведённых танковыми армиями указанного выше состава, в 32 случаях они действовали в двухкорпусном составе. Только одна танковая армия (3-я гвардейская) в ходе всей войны имела три корпуса.

В начале 1944 года было принято решение ввести в состав танковых армий самоходно-артиллерийские и лёгкие артиллерийские бригады. К концу сентября 1944 года все шесть танковых армий уже имели эти бригады. Однако для успешного проведения операций танковые армии усиливались артиллерийскими и истребительно-противотанковыми бригадами и полками.

В конце войны танковая армия трёхкорпусного состава, как правило, имела свыше 50 тыс. человек, 850–920 танков и САУ, около 800 орудий и миномётов, более 5 тыс. автомобилей. Однако в подавляющем большинстве наступательных операций танковые армии не имели полного комплекта людей, вооружения и боевой техники.

В феврале 1944 года упоминавшиеся выше тяжёлые танковые полки прорыва перевели на новые штаты, и они стали именоваться тяжёлыми танковыми полками. В новых полках насчитывалось 375 человек, четыре танковых роты ИС-2 (21 танк), рота автоматчиков, сапёрный и хозяйственный взводы, полковой медицинский пункт. При формировании этих полков им присваивалось почётное наименование «гвардейский».

Отдельные танковые полки тоже были переформированы. Суть этой реорганизации, проведённой в начале 1944 года, состояла в исключении из них лёгких танков, усиления подразделений обеспечения и обслуживания. В целом в полку должно было быть 386 человек и 35 танков.

В декабре 1944 года начали формирование отдельных гвардейских тяжёлых танковых бригад. Организационно бригада состояла из трёх тяжёлых танковых полков, моторизованного батальона автоматчиков, подразделений обеспечения и обслуживания. Всего в бригаде насчитывалось по штату 1666 человек, 65 тяжёлых танков ИС-2, три самоходно-артиллерийских установки СУ-76, 19 бронетранспортёров и 3 бронемашины.

Кроме рассмотренных частей и соединений, в танковых войсках имелись танковые полки и бригады специального назначения. В середине 1943 года был сформирован инженерно-танковый полк. В него входили две танковые роты Т-34 и подразделения обеспечения. В полку насчитывалось 22 средних танка, 18 тралов и средства их транспортировки.

Здесь кратко рассмотрена организация танковых частей и соединений. Однако это не означает, что полки, бригады и корпуса были все одинаковыми по укомплектованности. Реально, особенно в танковых и механизированных корпусах, имелись значительные несоответствия с их основными штатами.

В целом же следует отметить, что в годы войны организационная структура танковых войск находилась в полном соответствии со способами ведения боевых действий и в значительной степени способствовала достижению высокой боевой эффективности этого рода войск.

Сокращения, принятые в схемах:

БМП — батальонный медицинский пункт,

ГАП — гаубичный артиллерийский полк,

ЗПУ — зенитно-пулемётная установка,

MЗА — малокалиберная зенитная артиллерия,

МСБ — мотострелковый батальон,

МСП — мотострелковый полк,

ОЗАД — отдельный зенитно-артиллерийский дивизион,

ПТА — противотанковая артиллерия,

ПТД — противотанковый дивизион,

ПТО — противотанковая оборона,

ПТР — противотанковое ружьё,

РТО — рота технического обслуживания,

ТБ — танковый батальон,

ТП — танковый полк.

arsenal-info.ru

Теория маневренных войн

О перспективах полномасштабного развития танкостроительной отрасли для военных нужд всерьез задумались в самый разгар Первой мировой войны. Чтобы организовать наступление, необходимо было преодолеть хорошо укрепленные позиции противника, и сделать это силами пехоты не представлялось возможным, поскольку в этом случае потери среди рядового состава были бы колоссальными. Справиться с поставленной задачей под силу только мобильной бронированной технике, оснащенной пушками, поскольку перевозить тяжелую артиллерию с места на место — занятие достаточно хлопотное, требующее огромных временных затрат. И хотя до конца реализовать эту гениальную задумку в ходе Первой мировой не удалось, уже в послевоенные годы в некоторых западноевропейских странах «светлые умы» человечества стали активно выдвигать первые теории будущих маневренных войн, которые подразумевали использование особых механизированных боевых частей, состоящих из бронетехники.

Такие выдающиеся личности, как Ричард Бакминстер Фуллер, Сэр Бэзил Генри Лиддел Гарт, Гейнц Вильгельм Гудериан и другие, первыми заявили, что все последующие войны на планете перейдут на новый уровень — станут более быстрыми, яростными и маневренными. Свои догадки они взяли не из «пустой» головы, а почерпнули из полученного опыта прошлых военных конфликтов, детально проанализировав неудачи и поражения всех сторон вооруженного противостояния. Руководство СССР относилось к этой теории неоднозначно — были как сторонники, так и противники. Однако развитию военной техники придавалось тогда первостепенное значение, причем основной упор делали на производство бронированных машин.

В рядах Красной Армии начали в срочном порядке создавать новые уставы, в которых были закреплены прогрессивные взгляды военной науки советского «образца». Главное командование вооруженных сил СССР рассматривало будущие военные конфликты не только с точки зрения маневренного характера (хотя это и был основной фактор) — советские начальники также не исключали вероятность позиционных форм боевых действий. После долгих диспутов танки было решено строить, потому как без этого нового вида вооружения невозможно было противостоять многочисленным модернизированным и переоснащенным армиям стран Европы.

Хронология развития танковых войск

На конкретных этапах развития советские подразделения танкистов называли по-разному. Всего официально было утверждено шесть наименований. Хронология «имен» ведется еще со времен Имперского периода.

  1. Броневые силы

Первые мобильные подразделения русской армии, оснащенные легкобронированной техникой с пушками, появились в составе регулярных войск в 1914 году. Именно тогда была сформирована автопулеметная рота, которая включала 12 бронированных машин. В том же году подразделения стали называть броневыми силами армии. Эта формулировка не менялась вплоть до 1929 года. По состоянию на 1917 год было сформировано более десяти мобильных дивизионов, на вооружении которых числилось порядка 300 бронемашин. Как ни парадоксально, но Красная армия на период Первой мировой не обладала собственными парками танков, но были приняты на вооружение ВС специальные бронепоезда отечественного производства.

  1. Механизированные войска

Начиная с 1929 года, дивизионы советских бронесил переименовали в специальные мехвойска, которые были уже оснащены первыми танками. Верховным командованием Красной Армии было сформировано Главное управление по механизации и моторизации войсковых соединений. В 1930 году в составе мехвойск числился отдельный танковый полк, который на тот момент насчитывал более сотни единиц техники. Спустя два года на базе Ленинградского ВО были уже отдельные мехкорпуса, в которых общее количество бронетехники превышало 500 единиц. В СССР название «Механизированные войска» использовалось до начала 1936 года.

  1. Автобронетанковые войска

Последующее интенсивное развитие мехвойск и танковых подразделений послужило толчком для модернизации внутренней структуры армейских частей и формирования нового вида сухопутных войск — автобронетанковых. Эти процессы начались в 1936 году. В том же году было сформировано управление по моторизации действующих боевых частей, которое позже тоже переименовали в автобронетанковое. В таком составе танковые подразделения СССР стояли на страже Родины до 1942 года. Помимо четырех основных танковых частей, дополнительно было сформировано около тридцати танковых бригад.

  1. Бронетанковые и мехвойска

В самый разгар Второй мировой Главным командованием советской армии было принято решение снова переименовать танковые подразделения. В 1942 году их официальным названием стала двойная формулировка «Бронетанковые и механизированные войска» (БМВ). Эта аббревиатура была сохранена и после завершения военных действий — до 1953 года.

  1. Бронетанковые войска

С появлением на военной арене тяжелых танков и после изменения в связи с этим тактики ведения боя танковые подразделения стали называть проще — бронетанковыми войсками. Официальный указ вышел в 1953 году. Уже тогда было «призвано на службу» более 50 тысяч единиц техники, при этом основу бронетанковых подразделений составляли высокоманевренные танки класса Т-54/55. В качестве действующих боевых формирований ВС СССР бронетанковые войска существовали до 1960 года.

  1. Танковые войска

Решение окончательно переименовать бронетанковые войска в танковые приняли только в 1960 году, когда активно разворачивалась Холодная война между Советским союзом и США. Они стали ударной и огневой мощью русской армии — на вооружение были приняты новые танки класса Т-72 и Т-80. Последнее название оказалось наиболее удачным и остается приоритетным даже сегодня — в вооруженных силах РФ.

Нужно отметить, что менялось не только название бронетанковых подразделений, но также их ключевая роль в проведении боевых операций. В зависимости от театра военных действий, танки и бронемашины пехоты могли использоваться как в качестве вспомогательного средства, так и в роли ударно-штурмовых сил.

«Рождение» бронетехники в России

Практически с самого начала Первой мировой в рядах Имперской армии России сформировали специальные броневые силы пехотных войск, которые были оснащены легкими бронемашинами с пушками и пулеметами. Англичане и немцы скептически относились к идее перевооружения, по этой причине вариант применения нового вида техники на первых этапах военных действий они не рассматривали. Тогда как в Российской Империи уже в 1905 году ученые вместе с инженерами проводили первые экспериментальные опыты по созданию броневой техники на колесах. Тогда на вооружение приняли образцы бронемашин Накашидзе-Шаррон, созданных по чертежам экс-майора французских артиллерийских войск Поля Алексиса Гюйе.

После того, как в августе 1914 г. Верховное командование Императорской армии постановило сформировать в рядах армии отдельную механизированную автопулеметную роту, на Ижорском машиностроительном заводе, расположенном в 26 км от Северной столицы — Санкт-Петербурга, приступили к созданию первых боевых бронированных машин. За основу взяли конструкцию автомобиля «Руссо-Балт», которые начали выпускать в 1905 году в Риге. Бронемашины оснастили автоматическим оружием — в основном использовались станковые пулеметные системы класса «Максим», изобретенные в 1883 году. Поскольку запросы были очень велики, а промышленных мощностей катастрофически не хватало, со временем легковые броневики стали завозить из-за границы.

В начале осени 1914 года командование Императорской армии России заключило долгосрочный контракт на поставку целой серии бронеавтомобилей с английской фирмой Austin Motor Company. За три года в Россию было отправлено порядка 200 единиц импортной бронетехники марки «Austin». Летом 1916 года инженеры ГВТУ приступили к разработке «русских Остинов». Главным центром производства стал Путиловский завод. Английские «Austin» в целом были неплохими, но требовали небольшой доработки с учетом особенностей российского рельефа местности. Чтобы не начинать все с нуля, командование армии заключило с Austin Motor Company дополнительный договор на поставку фирменных автомобильных шасси в количестве 60 штук.

Инженеры ГВТУ основательно доработали проект «русского Остина»: добавили 8 мм брони, усилили раму и переделали задний мост, а пулеметные башни расположили по диагонали. Также места пулеметчиков дополнительно укрепили броневыми листами. Немного позднее разработали модификацию с более «универсальным» пулеметом, который способен был вести прицельную стрельбу не только по наземным, но и воздушным целям. Обновленную модель бронемашины оснастили комбинированным колесно-гусеничным движителем системы Кегресса. Массовое производство русских броневиков организовали на Путиловском заводе в начале весны 1918 г.

Каждый автомобильный бронеотряд обычно состоял из 4-х броневых машин: 3 пулеметные и 1 пушечная, а также дополнительно комплектовался мотоциклами с колясками, транспортными грузовыми автомобилями и мобильными ремсредствами. Рядовой состав одного бронеотряда составлял до 100 человек. Как правило, самостоятельно они не действовали — ими укрепляли действующие пехотные дивизии и кавалерийские полки. На завершительной стадии гражданской войны (во время обороны города Царицын) три бронеотряда объединились в отдельную колонну. Полученный боевой опыт послужил толчком для выделения броневых сил РККА в самостоятельный род войск.

Советский эксперимент: первый танк

Весной 1919 года, во время боев под Одессой красноармейцы отбили у белогвардейцев несколько французских танков Renault ft-17. Одну бронемашину решили подарить вождю пролетариата — Владимиру Ильичу Ленину. Трофейный презент «во всей красе» продемонстрировали руководству страны на торжественном первомайском параде, который традиционно проходил на Кремлевской красной площади. Управление французским танком «Reno» доверили «дедушке русской авиации» Борису Илиодоровичу Россинскому. Уже тогда В. И. Ленин сказал, что России нужно в обязательном порядке освоить «высшую» технику, иначе противники растопчут «в пух и прах». Спустя несколько дней Владимир Ленин приказал организовать и запустить собственное производство русских танков.

Осенью Renault ft-17 доставили на завод «Красное Сормово», который до сих пор продуктивно работает в Нижнем Новгороде. Работу над проектом первых русских танков поручили инженеру Николаеву. Бронелисты для будущих машин планировали доставлять с Ижорского завода, пушки — с Путиловского. Двигатели для танков производили на заводе имени Лихачева (АМО ЗИЛ). В. И. Ленин практически каждый день запрашивал подробные отчеты о результатах работ. Из-за нехватки опыта и технологического оборудования процесс экспериментального танкостроения продвигался мучительно долго. И все-таки, медленно, но уверенно Россия приближалась к поставленной цели.

Русский «Рено» выехал «в люди» утром 31 августа 1920 года — именно он считается первым танком, сделанным в СССР. После практических испытаний «на прочность» в период 1920–21 гг. его запустили в массовое серийное производство. Согласно общепринятой классификации он относился к легким маневренным бронемашинам, главная задача которых — прикрытие основных сил и огневая поддержка контрнаступательных операций сухопутных подразделений советской армии. Конструктивно практически ничем не отличался от своего французского «собрата» Renault FT-17, разве что сделан по-русски. Находился на вооружении до начала 1930 года, однако в боях не участвовал. Масса танка составляла 7000 кг, мощность двигателя — 34 л.с. В башне русского «Рено» помещалось всего 2 члена экипажа. В качестве вооружения использовались пушка калибра 37 мм и один пулемет, рассчитанный на пули калибра 7,62 мм.

Развитие танкостроения в СССР

В 1924 г. в Советском союзе проводилась полномасштабная военная реформа. Помимо изменения внутренней структуры боевых подразделений, верховным командованием было принято решение сформировать специальное Военно-техническое управление — ВТУ РККА. Также была создана главная комиссия по танкостроению, в задачи которой входило контролировать процесс производства танков и утверждать инженерные проекты. Члены этой комиссии единогласно поддержали идею массового производства легких танков вместо тяжелых. По большому счету, данное решение было обусловлено экономическим и промышленным кризисом в стране — катастрофически не хватало ресурсов и квалифицированной рабочей силы. В 1927 году в СССР выпустили легкий танк Т-18, который позже назвали МС-1.

В отличие от русского «Рено», МС-1 весил всего 5300 кг. Его оснастили 37-миллиметровой пушкой и сдвоенным пулеметом, рассчитанным на пули калибра 6,5 мм. По классификации МС-1 являлся танком сопровождения пехоты — на ровной местности он мог разгоняться до 17 км/ч. Двигатель на 35 л.с. позволял «безболезненно» преодолевать небольшие подъемы, не теряя начальную скорость. МС-1 серийно выпускали на Обуховском заводе в Ленинграде. За основу русские инженеры взяли конструкцию французского Renault FT-17. Однако ничем особенным этот танк не отличался. В 1929 году он был задействован в боях на китайской границе и уже тогда стало понятно, что советский МС-1 оказался ненадежным танком. Помимо технических неисправностей, неудовлетворительными оказались и другие характеристики бронемашины — крайне плохая проходимость на «полосе препятствий». Танк МС-1 не способен был преодолевать траншеи, ширина которых была больше одного метра. Несмотря на это, именно этот танк был взят за основу для создания будущих, более «продвинутых» моделей.

Тенденции развития механизированных войск СССР включали:

  • постепенное наращивание боевого потенциала, огневой мощи и ударной силы армии;
  • формирование полностью автономных танковых подразделений, которые способны были бы эффективно проводить боевые операции в отрыве от основных сил;
  • создание необходимых условий для обеспечения маневренности и мобильности отдельных танковых групп во время наступательных операций;
  • организация легкоуправляемой структуры танковых подразделений сухопутных войск.

В период 1930-40 гг. бронесилы Красной Армии оснащали высококлассной техникой, которая была создана лучшими конструкторскими бюро СССР. Новые ударные русские танки опытные инженеры создавали на основе британских и американских моделей. Наиболее популярным в те годы стал танк БТ-2. В дальнейшем были выпущены его улучшенные модификации — БТ-5 и БТ-7, которые надолго «прописались» в рядах Красной Армии.

Массово производить танки серии БТ начали в период 1932-40 гг. на паровозостроительном заводе в городе Харькове. Всего выпустили порядка 8 тысяч бронемашин. Кроме БТ, производили и другие модели танков, в частности Т-26. За основу этой модификации был взят 6-тонный танк британской компании Vickers. Изначально новый легкий танк оснастили двумя пулеметными башнями, но позже заменили на одну, в которую поместили 37-миллиметровую пушку и пулемет калибра 7,62-мм. Еще спустя некоторое время 37-мм пушку заменили на 45-мм, образца 1932 г. В 1938 году цилиндрическую башню танка Т-26 заменили на более рикошетную башню конической формы, дополнительно установили ТОС с вертикальной стабилизацией. Всего выпустили около 11 тысяч танков класса Т-26.

В 1933-34 гг. начали массово производить новые танки Т-28 и Т-35, которые были разработаны по чертежам советских инженеров и оснащены отечественным вооружением. Немного позже в СССР наладили производство моделей плавающих танков Т-37, Т-38 и Т-40, оснащенных пулеметными системами калибра 7,62 миллиметра. Но как показала практика, даже эти советские танки требовали полной модернизации. В ходе военных операций на территории Испании выявилось, что 10-мм броня не соответствует современным требованиям и в буквальном смысле прошивается насквозь. И тогда русские конструкторы получили задание сделать универсальные маневренные и хорошо защищенные танки, способные одинаково эффективно выполнять боевые задачи в атаке и обороне.

Русские танки Второй мировой

До начала Второй мировой на вооружении советской Армии числилось более 600 единиц КВ-1 и порядка 1200 единиц Т-34. Всего за первые годы войны предприятия оборонной промышленности выпустили больше 52 тысяч средних и тяжелых танков. Летом 1942 года Главное командование армии постановили срочно сформировать 4 отдельных танковых подразделения для проведения наступательных операций. В 1943 г. в бронетанковые формирования, помимо танков включили также ПТ-САУ, минометные и ракетно-зенитные комплексы. В том же году дополнительно была сформирована пятая танковая армия.

В первые два года войны танковые соединения несли огромные потери, поэтому командованием Красной Армии было принято решение расформировать корпуса и дивизии — вместо них создали отдельные механизированные батальоны и танковые бригады, которые на практике оказались более эффективными в ближних боях. Осенью 1943 года официально утвердили организационно-штатную структуру бронетанковых и механизированных войск. В каждую военную бригаду входили три ударных танковых батальона, состоявших из 65-ти средних танков Т-34, отдельный батальон пехоты (мотострелков), а также были предусмотрены дополнительные ремонтные подразделения и части снабжения. Численность рядового состава составляла более 1300 солдат.

История развития русских танков не ограничивается только легендарными танками Т-34. В разные периоды войны с конвейера советских заводов выпускались и другие «шедевры танкостроения». В 1943 г. на Челябинском Кировском заводе запустили производство нового тяжелого танка КВ-85. В 1944 году выпускали средний танк Т-44. А в конце войны появился ИС-3, но в боевых операциях он участие не принимал. Выпускались также легкие танки Т-60 и Т-70 — их производство было дешевым, но они не имели должного бронирования и служили больше для отвлекающего маневра. Немецкие солдаты называли их «неистребимой саранчой». В общей сложности в период 1941-45 гг. было изготовлено более 95 тысяч танков и САУ разных модификаций.

Во Второй мировой войны Красная Армия потеряла более 60-ти тысяч танков и САУ. Но главная цель была достигнута — силы Третьего Рейха потерпели поражение, а военное правительство Германии подписало акт о капитуляции. За мужественную борьбу с фашистскими захватчиками более тысячи русских танкистов были награждены медалью «Золотая звезда» и удостоены почетного звания Героя Советского Союза. Порядка 10000 работников оборонной промышленности, которые лично «ковали» Великую Победу в тылу страны, получили государственные награды и грамоты.

Танковые тараны: «Приказано уничтожить…»

В числе героических подвигов, которые совершили русские танкисты, особенное место занимают виртуозно проведенные танковые тараны. На войне ситуации возникали разные: заклинило башню, кончились снаряды или контузило наводчика… Но враг наступал по всем фронтам, и танкистам приходилось изощряться, чтобы не допустить прорыва на фланге. Первый в истории танковый таран успешно провел экипаж КВ-1 во главе с легендарным командиром Павлом Даниловичем Гудзем. На полной скорости тяжелый советский танк врезался в борт танка PzKpfw III и вывел его из строя.

Очень много аналогичных таранов было совершено в 1943 г. в ходе сражений под Прохоровкой. В общей сложности русские танкисты взяли тогда «на абордаж» порядка 20–30 вражеских машин. Во время легендарной Курской битвы тараном было повреждено больше 50-ти единиц немецкой бронетехники. Стоит отметить, что при помощи танковых таранов удавалось повредить не только бронемашины и легкие танки противника. Иногда в роли «жертвы» выступали также знаменитые «тигры» и «пантеры» — в момент столкновения у них часто рвались гусеничные траки, «трескались» по швам бронелисты и деформировались опорные катки.

Были случаи, когда танки сталкивались случайно (попадали в «клинч»), но чаще всего танкисты шли на таран намеренно, чтобы остановить продвижение немецких танковых колонн. Обычно это делали в ночное время или когда стоял густой туман, поскольку плохая видимость не позволяла вести прицельную стрельбу на средних и дальних дистанциях. Русские тяжелые танки врывались в ряды вражеской колонны, на полном ходу сокрушая немецкую бронетехнику мощными ударами корпуса. Нужно признать, что танковые тараны являлись показателем виртуозного мастерства танкистов, ведь чтобы удар нанес повреждение, необходимо было правильно рассчитать скорость, траекторию и вычислить наиболее уязвимые места противника.

Русские танки таранили не только «себе подобных», но и другие вражеские объекты — немецкие бронепоезда и даже самолеты на аэродромах. Летом 1944 г. командир среднего танка Т-34 Дмитрий Евлампиевич Комаров впервые совершил таран бронепоезда на железнодорожной станции Черные Броды. Отличились и бойцы 24 танкового корпуса во время контрнаступления русских войск после успешной обороны Сталинграда. В декабре 1942 г. они направились в сторону станции Тацинской, где на двух аэродромах готовились ко взлету более 200 немецких самолетов. Поскольку снарядов было мало, уничтожать авиацию противника пришлось тараном.

Михаил Катуков — гений танковых войск СССР

Имя Михаила Ефимовича Катукова, ставшего самым выдающимся маршалом бронетанковых войск СССР, впервые стало известно из сводок совинформбюро во время проведения оборонительных операций за Москву. В этих сражениях Катуков со своими верными «подопечными» из 4-й танковой бригады сумел остановить и разгромить бронированный «кулак» из немецких танков, которым командовал главный танковый стратег Третьего рейха — генерал Гейнц Вильгельм Гудериан. Немецкий полководец никогда не признавал поражения, действовал холодно и расчетливо, что позволяло ему успешно проводить любые атаки. Но в схватке с Катуковым он вынужден был признать неоспоримое преимущество советских танков т-34 перед немецкими бронемашинами и отказался от попытки захватить Тулу, чтобы начать наступление на Москву с юга.

В октябре 1941 года, в самый разгар битвы за Москву, танковая группа генерала Гудериана добилась серьезных успехов, преодолев за три дня почти 200 км российской территории. Передовой ударный отряд немцев сходу ворвался в город Орел, а еще через 180 км добрался до Тулы. Группа Гудериана не собиралась сбавлять темп наступления, но на их пути возникла 4-я танковая бригада полковника Катукова, которая не только остановила наступление, но и фактически вывела из строя немецкую дивизию. Катуков грамотно использовал рельеф местности, ложные позиции, маскировку и тактику танковых засад, когда танки прятались в земле по башню и ждали своего часа для атаки. За один бой силами 4-й бригады было уничтожено более десяти танков противника.

У Катукова было меньше войск, чем у Гудериана, но маневренные Т-34 творили на поле боя чудеса. Позже немцы прозвали Михаила Катукова «Генерал хитрость» и выдающийся русский полководец неоднократно подтверждал полученную от противника оценку своего полководческого таланта. В начале ноября 1941 г. бригаду Катукова переименовали в 1-е гвардейское танковое соединение в РККА. Самому Катукову присвоили звание генерал-майора танковых войск. Поскольку генеральских звездочек на передовой в 1941 году не было, пришлось нарисовать их на петлицах химическим карандашом.

В ноябре 1941 года Михаил Катуков был удостоен высшей награды СССР ордена Ленина. В те же дни он получил еще одну памятную награду — старинный Тульский самовар, который подарили тульские рабочие в память о том, как танкисты Катукова защищали подступы к городу. Растроганный Михаил Ефимович пообещал тогда дойти до Берлина и попить чайку на ступеньках рейхстага. Весной 1945 г. генерал-полковник Катуков свое обещание сдержал. Он растопил тульский самовар прямо посреди руин столицы Третьего Рейха.

Прохоровка: сражение стальных «титанов»

Легендарное танковое противостояние под российским поселком Прохоровка, который находится в Белгородской области, стало самым масштабным и грандиозным в истории Второй мировой войны. Сегодня в кругу историков ведутся «горячие» споры о количестве танков, артиллерийских систем и другой бронетехники, задействованных в танковой баталии под Прохоровкой. Однако какими бы не оказались реальные цифры, можно с уверенностью сказать, что по количеству используемых танков подобного сражения не было за все годы войны. Немецкое командование привлекло практически все технические резервы и сформировало достаточно мощный «железный кулак», чтобы наверняка прорвать советскую оборону своими танковыми клиньями.

Главными участниками баталии, которая состоялась в 1943 г. под Прохоровкой, являлись пятая танковая армия генерал-лейтенант Павла Алексеевича Ротмистрова с советской стороны и второй танковый корпус СС оберстгруппенфюрера Пауля Хауссера. В битве «стальных титанов» было задействовано около 1500 единиц бронетехники, причем перевес был у Красной Армии — 800 советских танков против 700 немецких. Русские Т-34 вливались в боевые порядки немецких войск, стараясь выиграть за счет маневренности, и расстреливали вражеские танки на близкой дистанции. Ближний бой был невыгоден немецкой стороне, поскольку сводил на нет все преимущества мощных крупнокалиберных пушек, но исправить ситуацию и переломить ход событий фашистам не удалось.

До поздней ночи под Прохоровкой не смолкал гул двигателей и лязг гусениц, взрывались снаряды, горели танки и артиллерийские установки. Черная пелена дыма заволокла небо. Немецкий план наступления под кодовым названием «Цитадель» потерпел фиаско. Это масштабное сражение полностью переломило ход Второй мировой, поскольку танковые силы Третьего Рейха не смогли оправиться от сокрушительного поражения и восстановить былую мощь. Проиграв битву, фашисты начали постепенно сдавать и другие позиции — началось отступление по всем фронтам. Курская битва стала символом стойкости бойцов Красной армии и высокого военного мастерства офицеров.

Современные модели танков ВС РФ

От армии Советского союза нынешним Вооруженным силам Российской Федерации достались в наследство прогрессивные танковые войска с внушительным парком боевой бронетехники, а также несколько крупных промышленных центров танкостроения, которые сегодня занимают ведущие позиции в ОПК страны. В 2005 году на вооружении российских ВС числилось более 20000 танков различных модификаций. Со временем советское «достояние» снимали с вооружения по причине несоответствия современным военным тенденциям. В 2009 году в строю оставили только 1/10 часть машин. Первостепенной задачей, которую поставило перед собой военное руководство России, стала модернизация танковых войск.

Первым танком нового образца, запущенным в серийное производство после войны, стал средний танк Т-54, который вооружили скорострельным 100-миллиметровым орудием. Также разработали усовершенствованный вариант этой модели танка — танк Т-55 с мощным 115-миллиметровым орудием, который был предназначен для проведения боевых действий в радиоактивных зонах. Но наиболее популярным в советской и российской армии стал средний танк Т-62, оснащенный хорошо бронированной башней и гладкоствольным 155-миллиметровым орудием. Серийные модели танков Т-72, Т-80 и Т-95 представляли собой универсальные средние танки, способные оперативно и эффективно выполнять различные боевые задачи на любой местности.

Приоритетным направлением в развитии танковых войск РФ в начале ХХ века стало перевооружение армии современными машинами, которые могут преодолевать любые преграды, а также выполнять маневренные марш-броски на средние и дальние расстояния, независимо от времени суток. Особенного внимания заслуживают российские танки и ПТ-САУ последнего поколения:

  • Средний танк «Армата» — представляет собой поистине уникальный образец российского танкостроения, способен проводить маневренные боевые операции против вражеских танков и сухопутных сил, входя в состав отдельных танковых и мотострелковых подразделений;
  • ПТ-САУ «Коалиция-СВ» — конструкция этой модели разработана с применением последних научных достижений и цифровых технологий 21-го века. Используется для оперативного уничтожения ядерных средств тактического назначения, наземных артиллерийских систем, минометных батарей и любых видов бронетехники;
  • БМП «Курганец-25» — широко применяется сегодня для переброски мобильных сухопутных подразделений в любую точку боевых действий, а также обеспечивает их огневую поддержку во время вооруженного столкновения;
  • Бронетранспортер «Бумеранг» — российская бронемашина нового поколения. Основным назначением является транспортировка сухопутных подразделений и содействие активному подавлению живой силы и легкой бронетехники противника.

На сегодняшний день модернизированные танковые войска России, как и несколько десятилетий назад, являются наиболее «закаленным» родом войск и представляют собой достаточно грозное оружие универсального действия. И хотя многие армии мира держат курс на бесконтактные формы войны, танки еще долго будут оставаться одной из главных ударных сил.

masterskayarsenal.ru

В годы войны значительные изменения претерпела организационно-штатная структура танковой армии. При этом формировались армии двух типов: смешанного и однородного состава. При создании объединений смешанного состава предусматривалось, что они будут включать три танковых корпуса, отдельную танковую бригаду, одну-две стрелковые дивизии и ряд отдельных частей. Фактически состав каждой танковой армии был различным и определялся директивой на ее формирование с учетом конкретной обстановки. Например, в августе 1942 г. 3-я танковая армия включала 3 танковых корпуса, отдельную танковую бригаду, мотострелковую и две стрелковые дивизии. В ноябре того же года 5-я танковая армия имела 2 танковых и один кавалерийский корпус, отдельную танковую бригаду и 6 стрелковых дивизий.

Наличие в составе танковых армий соединений с различной степенью подвижности, при недостатке эффективных средств связи, серьезно затрудняло управление войсками при развитии наступления в оперативной глубине. Это неизбежно приводило к ослаблению силы и уменьшению глубины танкового удара, а следовательно, и к снижению результатов операции в целом. Опыт проведенных операций показал необходимость создания однородных, высокоподвижных, обладающих большой ударной силой и огневой мощью бронетанковых объединений.

В танковую армию однородного состава, как правило, входили: боевые соединения (части) – один-два танковых и один механизированный корпус, отдельные танковая и самоходная артиллерийская бригады, артиллерийские соединения (части); части боевого обеспечения – разведывательные, инженерные, химические и др.; части и учреждения тылового обеспечения и обслуживания. Все боевые соединения и части обладали примерно одинаковой скоростью движения и одинаковой проходимостью, что облегчало управление войсками армии и значительно увеличивало ее маневренность.

По штату в танковой армии насчитывалось около 800 танков и САУ и до 750 орудий, минометов и боевых машин реактивной артиллерии. Фактически различные танковые армии в зависимости от обстановки и задач имели от 200–400 до 1000 танков и САУ, от 500 до 850 и более орудий и минометов.

Следующая глава >

military.wikireading.ru

История изобретения

Первенство применения танков принадлежит англичанам, использование ими танков в Первой мировой войне, заставило военачальников всех стран пересмотреть концепцию ведения войн. Применение французами своего легкого танка «Рено» FT17 определило классическое использование танков для решения тактических задач, а сам танк стал воплощением канонов танкостроения.
Хотя лавры первоприменения достались и не русским, зато само изобретение танка, в классическом его понимании, принадлежит нашим соотечественникам. В 1915 году В.Д. Менделеев (сын известного ученого) направил проект бронированной самоходной машины на двух гусеницах с артиллерийским вооружением в технический отдел Русской армии. Но по непонятным причинам дальше проектных работ дело не пошло.

Сама идея поставить паровой двигатель на гусеничный движитель была не нова, первым ее реализовал в 1878 русский конструктор Федор Блинов. Изобретение получило название: «Вагон с бесконечными рейсами для перевозки грузов». В этом «вагоне» впервые применено устройство поворота гусениц. Изобретение гусеничного движителя, между прочим, тоже принадлежит русскому-штабс-капитану Д.Загряжскому. На что в 1937 выдан соответствующий патент.

Первая в мире боевая машина на гусеничном ходу — тоже русская. В мае 1915 года возле Риги происходили испытания бронированной машины Д.И. Пороховщикова под названием «Вездеход». Она имела бронированный корпус, одну широкую гусеницу и пулемет во вращающейся башне. Испытания признали очень удачными, но из-за приближающихся немцев дальнейшие испытания пришлось отложить, а спустя некоторое время про них забыли вовсе.

В том же году 1915 году проходили испытания машины конструкции начальника опытной лаборатории военного ведомства, капитана Лебеденко. 40-тонный агрегат представлял собой увеличенный до гигантских размеров артиллерийский лафет, приводимый в движение двумя двигателями «Майбах» со сбитого дирижабля. Передние колеса имели диаметр 9 метров. По замыслу создателей, машина такой конструкции должна легко преодолевать рвы и траншеи, но на испытаниях она застряла сразу после начала движения. Где и простояла долгие годы пока ее не порезали на металлолом.

Первый советский танк

Первую мировую Россия закончила без своих танков. В годы гражданской войны использовались танки других стран. Во время боев часть танков переходила в руки Красной армии, на которых уже бойцы рабоче-крестьянской вступали в бой. В 1918году в сражении с французо-греческими войсками у станицы Березовской были захвачены несколько танков Reno-FT. Для участия в параде их направили в Москву. Пламенная речь о необходимости построения собственных танков, которую произнес Ленин, положила начало советскому танкостроению. Решили выпустить, а точнее полностью скопировать, 15 танков Reno-FT под названием Танк М (малый). 31 августа 1920 первый экземпляр выехал из цехов завода Красное Сормово в Нижнем Тагиле. Этот день принято считать Днем рождения советского танкостроения.

Молодое государство понимало, что танки очень важны для ведения войны, тем более, что враги, подступающие к границам, уже вооружены этим видом боевой техники. Танк М из-за особо дорогой производственной цены в серию не запустили, потому нужен был другой вариант. По существовавшей тогда в Красной армии идее, танк должен был поддерживать пехоту во время атаки, то есть скорость танка не должна быть намного выше пехоты, вес должен позволять прорывать линию обороны, а в вооружения успешно подавлять огневые точки. Выбирая между собственными разработками и предложениями скопировать уже готовые образцы, выбрали тот вариант, который позволял наладить производство танков в кратчайшие строки – копирование.

В 1925 году запустили в серийное производство танк Т-18 или МС-1 (малый сопровождения первый), его прототипом выступил Fiat-3000. Пусть и не совсем удачный МС-1 стал танком, который заложил основу советского танкостроения. На его производстве разрабатывалось само производство, слаженность работы разных отделов и заводов.

До начала 30-х разрабатывалось несколько своих моделей Т-19, Т-20, Т-24, но в силу отсутствия особых преимуществ перед Т-18, и своей дороговизной в производстве в серию не пошли.

Танки 30-40 годов – болезнь подражания

Участие в конфликте на КФЖД показало несоответствие танков первого поколения для динамического развития боя, танки практически ничем себя не проявили, основную работу сделала кавалерия. Нужна была более скоростная и надежная машина.

Для выбора следующей серийной модели пошли проторенным путем и закупили образцы за границей. Английский Vickers Mk – 6 тонн у нас серийно выпускался как Т-26, а танкетка Carden-Loyd Mk VI – Т-27.

Т-27, по началу такой заманчивый в производстве своей дешевизной, выпускался не долго. В 1933 на базе танкетки приняли для армии
плавающий танк Т-37А, с вооружением во вращающейся башне, а в 1936 – Т-38. В 1940 году создали подобный плавающий Т-40, больше плавающих танков до 50-х годов СССР не выпускало.

Еще один образец закупили в США. На основе модели Дж.У.Кристи была построена целая серия быстроходных танков (БТ), главным их отличием было совмещение двух движителей колесного и гусеничного. Для перемещения при марше БТ использовали колеса, при ведении боев пользовались гусеницами. Такая вынужденная мера нужна была из-за слабых эксплутационных возможности гусениц, всего 1000 км.

Танки БТ, развивающие на дорогах довольно высокую скорость, полностью подходили под изменившуюся военную концепцию Красной армии: прорыв обороны и через образовавшуюся брешь скоростное развертывание глубинной атаки. Непосредственно для прорыва разработан трехбашенный Т-28, прототипом которому послужил английский «Виккерс 16-тонный». Еще одним танком прорыва должен был случить Т-35 похожий на английский пятибашенный тяжёлый танк «Independent».

За предвоенное десятилетие создано много интересных конструкций танков, которые не пошли в серию. Например, на базе Т-26
самоходная установка полузакрытого типа АТ-1 (артиллерийский танк). Во время ВОВ снова вспомнят об этих машинах без крыши рубки.

Танки второй мировой

Участие в гражданской войне в Испании и в боях на Халхин-Голе показало насколько высока взрывоопасность бензинового двигателя и недостаточность противопульного бронирования против зарождавшейся тогда противотанковой артиллерии. Внедрение решений этих задач позволило нашим конструкторам, переболевшим болезнью подражания, создать накануне ВОВ по-настоящему хорошие танки Т-34 и КВ.

В первые дни войны было потеряно катастрофически много танков, для налаживания выпуска не имеющих конкуренции Т-34 и КВ на только эвакуированных заводах требовалось время, а фронту катастрофически нужны были танки. Эту нишу правительство решило заполнить дешевыми и быстрыми в производстве легкими танками Т-60 и Т-70. Естественно, что уязвимость у таких танков очень высокая, но они дали время для развертывания производства танков Победы. Немцы называли их «неистребимой саранчой».

В бою под жд. ст. Прохоровка впервые танки выступали в роли «цементирующих» обороны, до этого их использовали исключительно как оружие атаки. В принципе, вплоть до сегодняшних дней, больше новых идей в примение танков не было.

Говоря о танках ВОВ, нельзя не упомянуть о ПТ-САУ ( СУ-76, СУ-122 и т.д) или как их называли в войсках «самоходы». Вращающаяся относительно не большая башня не позволяла применять на танках некоторые мощные орудия и главное гаубицы, для этого их устанавливали на базы существующих танков без применения башен. Фактически советские ПТ-САУ времен войны, кроме вооружения, ни чем не отличались от своих прототипов, в отличие от тех же немецких.

tanki-tut.ru


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.