Танк пантера характеристики

Компоновка танкаКомпоновка танка PzKpfw V "Пантера" — классический вариант с традиционным для германского танкостроения передним расположением трансмиссии.

Отделение управления находилось в передней части танка. В нем размещались главный фрикцион, коробка передач, механизм поворота, органы управления танком, контрольные приборы, курсовой пулемет, часть боекомплекта, радиостанция и рабочие места двух членов экипажа — механика-водителя и радиста (он же — пулеметчик).

Боевое отделение располагалось в средней части танка. Здесь размещались: в башне — пушка и спаренный с ней пулемет, приборы наблюдения и прицеливания, механизмы вертикальной и горизонтальной наводки и сиденья командира танка, наводчика и заряжающего. В корпусе в нишах, по стенкам и под вращающимся поликом башни находился боекомплект.


На днище танка устанавливались водяной насос, насос гидравлической системы поворота башни и поворота танка и воздушный компрессор.

В моторном отделении, располагавшемся в кормовой части танка, размещались двигатель, радиаторы, вентиляторы и топливные баки. Между моторным и боевым отделениями имелась металлическая перегородка.

КОРПУС танка собирался из броневых листов, соединенных в шип и сваренных двойным швом.

Верхний лобовой лист корпуса располагался под углом 38° к горизонтальной плоскости, нижний — под углом 37°. Нижние бортовые листы — вертикальные, верхние наклонены под углом 48°, кормовой лист — под углом 60°.

Танк пантера характеристики
Корпус танка:
1 — люк-пробка механика-водителя, 2 — броневая заслонка пулеметной амбразуры, 3 — люк-лаз механика-водителя, 4 — люк-лаз радиста, 5 — перископические приборы наблюдения механика-водителя, 6 — перископические приборы наблюдения радиста, 7 — люк моторного отделения, 8 — отдушины для притока воздуха, 9 — вывод антенны, 10 — люк для з.

к для доступа к приводу инерционного стартера, 19 — люк для доступа в моторное отделение, 20 — люк для доступа к приводу двигателя от пусковой рукоятки, 21 — маска пушки, 22 — амбразуры бинокулярного прицела, 23 — амбразура спаренного пулемета, 24 — амбразура для стрельбы из личного оружия, 25 — люк для выброса стреляных гильз, 26 — люк-лаз для посадки и высадки экипажа, 27 — командирская башенка, 28 — отдушина башенного вентилятора.

В передней части крыши корпуса имелись люки-лазы механика-водителя и радиста. Для входа и выхода из танка крышки люков приподнимались вверх и отводились в сторону с помощью специального подъемно-поворотного механизма (у модификации G — откидывались на петлях). Люки-лазы были выполнены в крышке люка, предназначенного для удобства монтажа и демонтажа коробки передач и механизма управления танком.


Кроме того, в передней части крыши корпуса устанавливались четыре (у варианта G — два) перископических прибора наблюдения (по два для механика-водителя и радиста) и имелось вентиляционное отверстие, прикрытое броневым колпаком, перед которым монтировалась стойка для фиксации ствола пушки в походном положении.

Кормовая часть корпуса делилась на три отсека внутренними водонепроницаемыми переборками. Два крайних при преодолении водных преград вброд могли заливаться водой. В центральный же отсек, где находился двигатель, вода не поступала. Крайние отсеки закрывались сверху броневыми решетками, четыре из них служили для притока воздуха, охлаждавшего радиаторы, а две средние — для его отвода.

Надмоторная часть закрывалась крышкой с двумя вентиляционными отверстиями.

В днище танка были предусмотрены люки для доступа к торсионам подвески, к спускным кранам систем питания, охлаждения и смазки, к водооткачивающей помпе и к спускной пробке картера коробки передач.

Танк пантера характеристики
Схема бронирования танкаТанк пантера характеристики


БАШНЯ, имевшая форму усеченного конуса,- сварная, с соединением листов в шип и наклоном стенок в 65°. В передней части башни в литой маске полуцилиндрической формы устанавливались пушка, спаренный с ней пулемет и прицел. Башня приводилась во вращение гидравлическим поворотным механизмом мощностью 4 кВт. Скорость поворота зависела от частоты вращения коленчатого вала двигателя. При 2500 об/мин полный оборот башни осуществлялся за 17 с вправо и 18 с влево. При выключенном двигателе башня поворачивалась вручную. При этом из-за неуравновешенности башни ее поворот вручную при крене свыше 5° был невозможен.

На крыше башни устанавливалась командирская башенка с шестью (позже с семью) смотровыми приборами.

ВООРУЖЕНИЕ. Основное вооружение "Пантеры" — пушка 7,5 cm KwK 42 калибра 75 мм, производившаяся на заводе фирмы Rheinmetall-Borsig в Дюссельдорфе. Ствол орудия имел длину 70 калибров — 5250 мм; вместе с дульным тормозом — 5535 мм. Масса составляла 1000 кг, а всей установки вместе с маской — 2650 кг. Предельная длина отката — 420 мм. Вертикальная наводка — в пределах от — 8° до +18°.

Пушка снабжалась вертикальным клиновым затвором и полуавтоматикой копирного типа. Полуавтоматика располагалась на правой стороне казенника (закрывающий механизм) и на люльке (копирное устройство). Противооткатные устройства состояли из гидравлического тормоза отката и воздушно-жидкостного накатника. Подъемный механизм пушки — секторного типа.


Выстрел из пушки производился с помощью стационарного электроспуска, кнопка которого находилась на рукоятке маховика подъемного механизма.

В боевом отделении под сиденьем наводчика устанавливался воздушный компрессор для продувки ствола пушки после каждого выстрела. Воздух для продува ствола отсасывался из короба гильзоулавливателя.

С пушкой был спарен 7,92-мм пулемет MG 34. Курсовой пулемет размещался в лобовом листе корпуса в бугельной (Ausf D) или в шаровой (Ausf А и G) установках. Командирские башенки модификаций А и G были приспособлены под монтаж зенитного пулемета MG 34.

Танки Ausf D оснащались бинокулярным телескопическим ломающимся прицелом TZF 12, а Ausf А и G — монокулярным TZF 12а. При изменении вертикального угла установки вооружения изменялось и положение объективной части прицелов, окулярная же часть оставалась неподвижной, что обеспечивало работу с вооружением на всем диапазоне вертикального угла наведения без изменения положения стреляющего. Прицелы изготавливались фирмой Karl Zeiss в Йене.

Боекомплект пушки состоял из 79 выстрелов у Ausf D и А и 82 выстрелов у Ausf G. Выстрелы укладывались в нишах подбашенной коробки, в отделении управления и в боевом отделении.

Боекомплект пулеметов составлял для моделей D и А 5100, а для G — 4800 патронов.

В качестве вспомогательного вооружения танк оснащался "устройством ближнего боя" (Nahkampfgerat) — мортиркой калибра 26 мм, в боекомплект которой входили дымовые (12 шт.), осколочные (20 шт.) и осколочно-зажигательные (24 шт.) снаряды. Мортирка располагалась в правой задней части крыши башни.


ДВИГАТЕЛЬ И ТРАНСМИССИЯ. На танке "Пантера" устанавливался 12-цилиндровый карбюраторный четырехтактный двигатель Maybach HL 230P30 мощностью 700 л.с. (515 кВт) при 3000 об/мин (на практике число оборотов не превышало 2500). Диаметр цилиндра 130 мм. Ход поршня 145 мм. Цилиндры располагались V-образно под углом 60°. Степень сжатия 6,8. Сухая масса двигателя 1200 кг.

Топливо — этилированный бензин с октановым числом не ниже 74. Емкость пяти бензобаков 730 л. Подача топлива принудительная, с помощью четырех диафрагменных насосов Solex. Карбюраторов — четыре, марки Solex 52FFJIID.

Система смазки — циркуляционная, под давлением, с сухим картером. Циркуляция масла осуществлялась тремя шестеренчатыми насосами, из которых один нагнетающий и два отсасывающих.

PzV_4.gif (25103 bytes)
Схема трансмиссии танка


Система охлаждения — жидкостная. Радиаторов-четыре, соединенных по два последовательно. Емкость радиаторов — около 170 л. По обеим сторонам двигателя располагались вентиляторы типа Zyklon.

Для ускорения запуска двигателя в холодное время года предназначался термосифонный подогреватель, отапливаемый паяльной лампой, которая устанавливалась с наружной стороны кормового листа корпуса.

Трансмиссия состояла из карданной передачи, трехдискового главного фрикциона сухого трения, коробки передач АК 7-200, механизма поворота фирмы MAN, бортовых передач и дисковых тормозов типа LG 900.

Коробка передач — трехвальная, с продольным расположением валов, семиступенчатая, пятиходовая, с постоянным зацеплением шестерен и простыми (безынерционными) конусными синхронизаторами для включения передач со 2-й по 7-ю.

Картер коробки передач центрировался и жестко соединялся с картером механизма поворота, образуя единый монтажно-демонтажный агрегат (с общими внутренним объемом и системой смазки) трансмиссии: двухпоточный механизм передач и поворота. Механизм поворота состоял из двух планетарных редукторов. К бортовым передачам мощность передавалась короткими поперечными валиками с зубчатыми муфтами на концах. Центровочные работы при сборке танка были сведены таким образом к минимуму, но монтаж и демонтаж механизма передач и поворота из сварной носовой части броневого корпуса представлял большие трудности.


Приводы управления танком — комбинированные,с гидросервоприводом следящего действия с механической обратной связью.

ХОДОВАЯ ЧАСТЬ танка применительно к одному борту состояла из восьми сдвоенных опорных катков с резиновыми бандажами диаметром 850 мм.

Подвеска — торсионная. В целях получения большого угла скручивания торсионы выполнялись двойными, что обеспечивало вертикальное перемещение опорного катка на 510 мм. Передние и задние катки снабжались гидравлическими амортизаторами.

Ведущие колеса переднего расположения имели два съемных зубчатых венца по 17 зубьев каждый. Зацепление цевочное. Между ведущими колесами и первым опорным катком устанавливался отбойный ролик.

Направляющие колеса — литые, с металлическими бандажами и кривошипным механизмом натяжения гусениц.

Гусеницы стальные, мелкозвенчатые, из 86 одногребневых траков каждая. Траки литые, шириной 660 мм, шаг трака 153 мм.

ЭЛЕКТРООБОРУДОВАНИЕ было выполнено по однопроводной схеме. Напряжение 12В. Источники: генератор Bosch GTLN700 12-1500BJ1 мощностью 0,7 кВт, два аккумулятора Bosch емкостью 150 А.ч. Потребители: электростартер Bosch BFD624ARS15 мощностью 4,4 кВт, контрольные приборы, подсветка прицелов, приборы звуковой и световой сигнализации, аппаратура внутреннего и внешнего освещения, спуски пушки и пулеметов.

СРЕДСТВА СВЯЗИ. Все танки "Пантера" оснащались радиостанцией Fu 5, имевшей дальность действия 6,4 км телефоном и 9,4 км телеграфом.

СПЕЦИАЛЬНОЕ ОБОРУДОВАНИЕ. Система пожаротушения — автоматическая. Сигнализация была выведена на панель приборов механика-водителя.

Назад | Продолжение

armor.kiev.ua


История создания

Перед нападением на Советский Союз основу бронетанковых сил Третьего Рейха составляли средние танки Pz.35(t), Pz.38(t) а также Pz.III и IV. Они проявили себя неплохими машинами, подвижными и надёжными. Но после боёв с французскими B-1 и британскими “Матильдами” было очевидно – их вооружение малоэффективно в борьбе с противоснарядным бронированием. Не вызывала сомнений и недостаточная защищённость немецких машин.

PZKPFW V

Немцы знали о наличии у Советского Союза тяжёлых танков КВ. Но в 1941 году ещё можно было рискнуть и попытаться повторить блицкриг, исходя из надежд на небольшое количество таких машин в Красной Армии. Эти надежды не оправдались. Мечты о скорой победе растаяли, война начала затягиваться. Более того, ряды РККА стремительно пополнялись танками Т-34, не уступающим КВ по огневой мощи и защите. В такой обстановке и начали разрабатывать «достойный ответ» советской технике.


В 1942 году «ответ» материализовался. Фирма “Даймлер-Бенц” не просто создала свой образец с учётом опыта встреч с Т-34 — даже внешне их прототип напоминал советский танк. Фюрер склонялся к одобрению именно этого варианта, но в итоге предпочтение отдали разработке фирмы MAN. Весной 1943 года стартовало серийное производство танка, получившего полное название Panzerkampfwagen V Panther.

Первая серия “Пантер” получила индекс Ausf.D.

Следующая версия, с обозначением Ausf.A, появилась осенью 1943 года. Их башня лишилась пистолетных амбразур и бокового лючка, командирскую башенку унифицировали с узлом от “Тигра”. Прицел TZF-12 уступил место упрощённому варианту TZF-12А. Бугельная установка курсового пулемёта оказалась неэффективной, и её заменили привычной для танкистов шаровой. Ранние машины Ausf.A выпускались с бугельной стрелковой установкой.

Весной 1944 года освоили, фактически, последнюю серию – Ausf.G. Она же стала и самой массовой. У этих «Пантер» увеличили толщину бортов, убрали лобовой лючок механика-водителя, маску орудия изменили, уменьшив вероятность рикошета (при удачном попадании) в крышу.

Осенью 1944 года намечали пустить в производство модификацию Ausf. F. Для неё подготовили корпус с усиленной бронёй и башню нового типа, известной как “Schmalturm” («тесная башня»). До весны 1945 года не удалось даже построить законченный прототип.

До стадии испытаний не было суждено дойти и танку “Пантера 2“. Это был, фактически, уменьшенный “Тигр 2” с облегчённой бронёй и “тесной башней”. Образец, со штатной башней “Пантеры G”, захватили американцы.

Устройство танка

“Пантера” – первый танк Вермахта, в конструкции которого применили наклон бронелистов под рациональными углами. Верхняя лобовая плита толщиной 80мм, наклонённая под углом в 550, давала надёжную защиту даже от снарядов калибра 85мм (кроме подкалиберных). Верхняя часть борта имела толщину 40 мм при угле наклона в 400. Нижняя часть наклона не имела, но полностью закрывалась катками ходовой части и стальными экранами.

Такая броня должна была дать защиту от советских противотанковых ружей, но случаи пробития всё-таки отмечались.

Кормовой лист, тоже 40 мм, имел наклон в 290, причём наклонён был наружу, затрудняя поражение с воздуха. На “Пантере” серии G толщину верхнего бронелиста увеличили — она достигла 50 мм, угол наклона уменьшился до 300.

Башня – также из катаной брони, листы соединялись сваркой. Поворот башни – с помощью гидропривода, питающегося через устройство отбора мощности. Вспомогательный ручной привод позволял наводить орудие при отказе гидропривода.

Толщина лба башни ранних “Пантер” достигала 100 мм, но почти не имела наклона (всего 120), и обеспечивала меньшую, чем лоб корпуса, защиту. Толщина бортовых и кормовых листов башни – 45 мм. “Пантера” серии G получила новую башню с усиленным лбом толщиной в 120 мм, а “тесная башня” серии F имела защиту в 60мм «по кругу» (лобовая броня осталась прежней толщины — 120 мм).

Устройство Пантера

Механик-водитель и стрелок-радист сидели в носу корпуса, по сторонам от картера трансмиссии. В башне по левую сторону от орудия находился наводчик, справа – заряжающий, а корма башни отводилась командиру. На предсерийных “Пантерах D1” с однокамерным дульным тормозом на борту башни имелся выступ-прилив под смещённую командирскую башенку. Последующие модели получили улучшенный дульный тормоз, башенку сдвинули к центру и убрали прилив.

Основным вооружением всех серийных вариантов “Пантеры” была пушка KwK 42 калибра 75 мм. Несмотря на небольшой калибр, это было очень грозное оружие. От ранних орудий KwK 40 его отличала увеличенная длина ствола – 70 калибров против 40.

При использовании стандартного бронебойного каморного снаряда Pz.Gr 3942 орудие пробивало 160 мм брони с дистанции в 500 метров.

Такая пробиваемость – выше, чем у более мощного 88мм орудия KwK 36. Она позволяла уверенно поражать любые танки противника.

Подкалиберный снаряд Pz.Gr 4042 позволял пробить броню свыше 200 мм толщиной. А небольшой калибр пушки считался достоинством, позволяя увеличить скорострельность, возимый боекомплект, и монтировать орудие в небольшой по габаритам башне. Орудие имело электрический запал, пороховые газы из ствола высасывал компрессор.

Противопехотным оружием служили два пулемёта MG-34. Один — курсовой, управляемый стрелком-радистом. Второй – спаренный с пушкой. На башенках «Пантер» серий A и G предусматривался зенитный пулемёт (MG-34 или MG-42). Также поздние серии оснащались мортирками для постановки дымовых завес, которые при условии применения осколочных гранат можно было использовать для обороны от пехоты.

Двигатель и трансмиссия

Все варианты “Пантеры” оснащались двигателем “Майбах” HL230. Это был карбюраторный 12-цилиндровый мотор объёмом в 23 литра. Блок цилиндров и головки отливались из чугуна, питание осуществлялось четырьмя двухкамерными карбюраторами типа “Солекс”. Камеры в карбюраторах включались последовательно – до 1800 об/мин, в каждом карбюраторе работала только одна камера. Для работы зажигания применялись два магнето.

Танк пантера Трансмиссия

При 3000 об/мин мотор развивал 700 л.с, но на таких оборотах он быстро перегревался. Поэтому инструкции предписывали не превышать 2600 оборотов в минуту. Мощность при этом составляла 600 л.с.

Моторное отделение выполнялось водонепроницаемым для облегчения преодоления бродов. Недостатком такого решения оказалась недостаточная вентиляция отсека, повышающая вероятность перегрева двигателя. Безопасность экипажа обеспечивали огнеупорные переборки, разделяющие моторный и боевой отсек. Размещение баков с горючим в корме выгодно отличало «Пантеру» от Т-34 с баками в отделении экипажа.

Все «Пантеры» получили 7-ступенчатую коробку передач ZF AK 7-200.

КПП соединялась с главным фрикционом карданной передачей и была полуавтоматической – при смене позиции рычага переключения автоматически выжималось сцепление, и включалась нужная пара шестерён. Планетарный механизм поворота был с КПП единым агрегатом. Управление танком облегчали приводы, оснащённые гидравлическими сервоприводами.

Ходовая часть танка – системы Книпкампа, катки в ней располагались в шахматном порядке. Фактически сплошной ряд катков давал высокую плавность хода и проходимость – равномерно распределяя давление на грунт. Оборотной стороной была сложность в производстве и ремонте, а опыт эксплуатации показал – в распутицу промежутки между катками легко забивались грязью.

Танк Пантера

Подвеска Pz.V – торсионная, на переднем и заднем катке дополнительно ставили гидравлические амортизаторы. Позже в порядке упрощения задние амортизаторы устанавливать перестали.

Прочее оборудование

Бинокулярный прицел TZF-12 первых “Пантер” имел фиксированную кратность – 2.5х при поле зрения в 30°. Упрощённый (за счёт упразднения левой трубы и превращения в монокулярный) прицел TZF-12A получил переменную кратность – от 2,5× до 5×, поле зрения при этом составляло 30° или 15°.

Командирские “Пантеры” имели дополнительные радиостанции, занимающие место некоторой части боеукладки.

В 1944 году произвели 63 “Пантеры” с приборами ночного видения. Инфракрасный прожектор и прибор наблюдения на командирской башенке дали возможность ночью наблюдать местность на расстоянии до 200 м.

Для ведения ночного боя цели предполагалось подсвечивать мощным инфракрасным прожектором на шасси бронетранспортёра. С сентября 1943 года на танки наносилось покрытие «циммерит», защищающее от магнитных мин. Через год такая практика прекратилась.

Тактико-технические характеристики в сравнении с танками противника

В таблице приводятся характеристики наиболее совершенных модификаций – как “Пантеры”, так и аналогов, в том числе – её прямого предшественника Pz. IV.

PZKPFW V Panther

В таблице приведены ТТХ только средних танков, но советская классификация военного времени считала «Пантеру» тяжёлым танком.

  Pz.Kpfw.VAusf.G Pz.Kpfw.IVAusf.H Т-34-85 обр. 1944 г
Длина с пушкой, м 8,6 7,02 8,10
Ширина, м 3,2 2,88 3,0
Высота, м 2,99 2,68 2,72
Боевая масса, т 44,8 25,7 32,0
Лоб корпуса, мм 80/55° 80 45/60°
Борта и корма корпуса, мм 50/ 30° — 40/30° 30-20 45-40/40°
Лоб башни, мм 110/10° 50 90
Борта и корма башни, мм 45/25° 30 52-75
Пушка 75-мм KwK.42 L/70 75-мм KwK.40 L/48 85-мм С-53
Пулемёты 2 × 7,92-мм MG-34 2 × 7,92-мм MG-34 2 × 7,62-мм ДТ
Боекомплект, выстрелов/патронов 81/4500 87/3150 60/1890
Двигатель Бензиновый 12-цилиндровый Maybach HL 230P45, 600 л. с. Бензиновый 12-цилиндровый Maybach HL 120TRM, 300 л. с. 12 цил. V образный дизель В-2, 500 л. с.
Максимальная скорость по шоссе, км/ч 55 38 54
Запас хода по шоссе, км 250 210 300

Цифры свидетельствуют – “Пантера” по подвижности не уступала танкам противника, а по защите фронтальной проекции – превосходила. Но Pz.V существенно тяжелее аналогов (что и давало повод относить его к тяжёлым танкам). Стоит учитывать наличие на “Шермане” стабилизатора орудия, позволяющего вести огонь с ходу.

Боевое применение

Pz.V считались настолько важными для готовящегося наступления на Курской дуге, что начало боя даже откладывали, стремясь собрать в войсках больше “Пантер”. В бою машины уничтожали любые советские танки, их лобовая броня не пробивалась 76 милиметровыми советскими орудий. Но надёжность танка оказалась неприемлемо низкой. Только при выдвижении 10-й танковой бригады на исходные позиции четверть “Пантер” вышла из строя, сломавшись.

Пантера реконструкция

В последующих боях 1943 года “Пантеры” продолжали проявлять себя, как мощные в бою, и ненадёжные в эксплуатации. Максимальное количество танков – 522 машины – удалось собрать на Восточном фронте к летней кампании 1944 года. Проблемы с надёжностью в этот период официально считались устранёнными.

В том же 1944 году “Пантеры” пошли в бой в Италии. Там их дебют тоже не принёс ожидаемого успеха – из 62 машин 1-го батальона 4-го полка за дни боёв осталось только 13 боеспособных.

При высадке в Нормандии “Пантеры”, с одной стороны, стали неприятной неожиданностью для англо-американских сил. Встретить ожидалось, как в Италии, небольшое количество Pz.V, в составе отдельных батальонов. На практике оказалось – почти половина из немецких танков в Нормандии – “Пантеры”. Но на стороне союзников были численное превосходство и господство в воздухе, а немцам в очередной раз часто приходилось бросать на поле боя сломавшуюся технику.

Когда шло контрнаступление в Арденнах “Пантеры” вновь доказали свою эффективность на открытой местности, страдая от тяжёлых потерь в городских боях.

Эпизодически трофейные “Пантеры” (под обозначением T-5) применяла Красная Армия. Вооружение танков оценивалось высоко, и, в целом, применялись они успешно. При этом отмечались сложность в эксплуатации и ремонте, а также необходимость применения высококачественного авиабензина.

Оценка проекта и след в истории

Если составлять мнение о “Пантере” по отзывам танкистов, можно сделать следующий вывод. Очень удачный проект подвела реализация. В авральных условиях конструкторы создавали новый, современный танк, почти не имеющий преемственности с освоенными в производстве машинами. Да ещё и насыщенный передовыми по тем временам техническими решениями. В такой обстановке большое количество “детских болезней” – ожидаемый результат.

Дополнительные проблемы создал ставший к 1943 году ощутимым недостаток сырья, а всеобщая мобилизация, лишая предприятия квалифицированных рабочих, вынудила использовать труд военнопленных и рабочих из оккупированных стран.

Пантера танк

По сей день мнения о ценности “Пантеры” расходятся. Согласно одной гипотезе, немцам стоило выпускать больше “Пантер”, отказываясь от производства разорительного для экономики “Королевского Тигра”. По другой версии – от самих “Пантер” следовало отказаться в пользу отработанных и неприхотливых Pz. IV.

При всём новаторстве конструкции «Пантеры» на послевоенное танкостроение влияния она почти не оказала. Некоторое сходство с ней имел французский танк AMX-50, но в серию он не пошёл.

Недолгой была и послевоенная карьера сохранившихся «Пантер».

До пятидесятых годов они стояли на вооружении в Румынии. Во Франции «Пантеры» использовали до 1947 года, пока не было восстановлено собственное производство танков. После этого оставшиеся «Пантеры» остались только на полигонах и в музеях. Гораздо большее распространение, чем в жизни, танк получил в компьютерных играх на тему танковых сражений. В первую очередь это, конечно, WarThunder и WorldofTanks.

Выводы

Если бы “Пантера” была создана в мирное время – у неё были бы все шансы стать основой танковых сил Германии на многие годы вперёд. Появись этот танк чуть раньше, когда немецкая промышленность ещё могла обеспечивать качество продукции – и в его боевой ценности никто бы не усомнился.

Возможно, ей удалось бы стать предком нового семейства бронетехники. Но случилось так, как случилось. «Пантера» не смогла переломить ход ни одной из битв Второй Мировой.

После войны немногочисленные эксплуатанты избавлялись от этих танков при первой возможности. В конечном итоге, “Пантера” осталась в истории, как сильный и опасный враг. Но надёжного и незаменимого союзника из неё не получилось.

warbook.club

Pz.Kpfw.V Ausf.G “Panther” (Sd.Kfz.171)

Изготовители: “MAN”, “Daimler-Benz”, “MNH”.
Боевая масса 45,5 т,
экипаж 5 чел.
Вооружение:
75-мм пушка KwK42 L/70
и 2 пулемета MG-34 (MG-42).
Габариты: 8,86 х 3,4 х 2,98 м,
клиренс 0,56 м.
Макс, скорость
по шоссе 46 км/ч,
по местности 24 км/ч;
запас хода по шоссе 200 км.
Двигатель: “Maybach” HL230Р30.
Толщина брони 16-мм -110-мм.

В степях Восточного фронта и в боях во Франции и Германии в 1944-1945 гг. “Пантера” отлично проявила себя, сражаясь с танковыми армиями союзников. Ее 75-мм пушка длиной ствола в 70 калибров обладала гигантской ударной силой, а наклонная броня обеспечивала надежной защитой в любом бою. Большинство экспертов по танковой технике согласны в том, что “Пантера” была лучшим танком Второй мировой войны, правда, с двумя важными оговорками: во-первых, она страдала от постоянных технических проблем и поломок, и это сказывалась на ее боевой эффективности, во-вторых, как уже отмечалось выше, германская военная промышленность не была в состоянии выпускать “Пантеру” в достаточном количестве, чтобы она могла изменить ход войны. Стратегические бомбардировки союзной авиации в сочетании с граничащим с одержимостью нежеланием немцев пойти на малейшие жертвы качества в обмен на рост количества привели к тому, что объем производства был низок. Омраченный постоянными поломками двигателя временной отрезок участия немногочисленных “Пантер” в боевых действиях был короток. Они появились на фронте в июле 1943-го и воевали до окончания войны в мае 1945 г. Первые бои с участием “Пантер” прошли на Восточном фронте, где она участвовала в самых ожесточенных сражениях.

 

Танки “Пантера” и подготовка к битве под Курском

Работа над “Пантерой” была завершена в конце 1942 года, а ее боевое крещение состоялось во время операции “Цитадель” летом 1943 года. Под этим названием скрывалось летнее наступление немцев, целью которого было уничтожение выступа, который образовала линия фронта в районе Курска – важного железнодорожного узла в 805 км южнее Москвы. Этот выступ глубоко вдавался в линию обороны немцев. Он образовался в результате боев зимы 1942/43 г. и имел ширину 190 км и глубину 120,7 км. Замысел немцев заключался в том, что в результате сходящихся ударов по южному и северному фасам выступа советские войска будут отрезаны и уничтожены, а одержанная победа послужит трамплином для последующих наступательных операций. Естественно, для проведения такой операции немецкая армия нуждалась в большом количестве танковых соединений, усердно воссоздаваемых после поражения под Сталинградом.

В феврале 1943 года Гудериан опять был направлен на Восточный фронт. Он получил должность генерала-инспектора танковых войск и был намерен создать полностью экипированные танковые дивизии. К 1944 году Гудериан рассчитывал иметь дивизии, способные осуществлять крупномасштабные операции. Каждая дивизия должна была иметь 400 танков и полноценные части поддержки. Он настаивал на том, что лучше иметь несколько мощных дивизий, чем много слабых. Он был убежден также в том, что Германия должна в конечном счете получить крупные танковые армии, способные побеждать русских, которые получали вооружения с заводов, расположенных восточнее Уральских гор.

Гудериан считал, что война продлится долго. В этой связи он настаивал на необходимости повысить надежность боевых машин и увеличении объема производства “Пантер” и “Тигров”, но не за счет уменьшения выпуска PzKpfw IV – “рабочей лошади” Вермахта. Поэтому Гудериан не особенно поддерживал идею Курской операции, предпочитая отложить наступление на 1944 год. Однако Гитлер проигнорировал опасения Гудериана о невосполнимых потерях живой силы и техники, которые армия понесет в наступлении, и приказал начать подготовку к операции “Цитадель”. Затем он опять вмешался, настаивая на том, что армия должна иметь больше “Пантер”, из-за чего начало операции пришлось отложить. Это было худшее, что Гитлер мог придумать. К июлю 1943 года, когда должно было начаться наступление на Курск, из-за переносов элемент внезапности был утерян, и немцы были вынуждены наступать там, где этого хотел противник, где его оборона была хорошо подготовлена, а наступавшие не имели пространства для маневра. При этом задержки все равно не позволили немцам подготовить и доставить на фронт достаточное количество “Пантер” и других танков, да и фирмы-производители не имели достаточно времени для устранения неизбежных для новой машины недостатков. Те танки, которые прибыли на фронт, часто были небоеспособны.

Битва под Курском была уникальной. Это было крупнейшее танковое сражение в истории, в котором участвовали более 6000 танков и самоходных орудий. Для сравнения, в сражении под Эль-Аламейном в Северной Африке в 1942 году участвовало 1500 танков, а в бою за “Китайскую ферму” на Синайском полуострове во время Арабо-израильской войны 1973 года – около 2000 танков. Курск стал “лебединой песней” немецких танковых войск. Необходимо также отметить, что германская армия предприняла свое последнее крупное наступление на Востоке, использовав танки, большая часть которых устарела. В операции “Цитадель” с немецкой стороны было задействовано почти 900 000 солдат и офицеров и 2700 танков и САУ, из которых лишь небольшую часть составляли “Пантеры”, а “Тигров” было еще меньше. Подавляющее большинство немецких танков составляли PzKpfw IV, вооруженные длинноствольными 75-мм пушками. В который раз приходится отмечать, что излишний упор на качество в ущерб количеству привел к тому, что немцам не хватало “Пантер”, что и стало одной из причин провала их наступления.

Танки были просто не готовы к участию в Курской операции. Дороги и проселки, ведущие от железнодорожных станций, где они разгружались, к линии фронта, были забиты “Пантерами”, вышедшими из строя из-за поломок трансмиссии или возгорания двигателя. Как уже говорилось, Гудериан считал, что Гитлер слишком рано отправил танки “Пантера” в бой, не дав их в полной мере испытать на полигонах. По его оценке, “Пантеры”, на которые начальник Генерального штаба возлагал такие надежды, еще страдали и от недостатков, которые всегда присущи новой технике, и казалось маловероятным, что их успеют устранить вовремя.

Гудериан был прав. Задержки, вызванные стремлением Гитлера руководить операциями, дали советским инженерным частям время превратить Курский выступ в неприступную крепость, и они сделали это быстро и в полном объеме. Было построено шесть связанных между собой линий обороны глубиной более 40 км с траншеями, опорными пунктами и колючей проволокой. Из глубины оборону поддерживали 20000 артиллерийских орудий, треть из которых составляли противотанковые пушки. Одновременно советские солдаты заложили минные поля плотностью 1500 противотанковых и 1375 противопехотных мин на километр фронта. В общей сложности было заложено 400 000 мин, были перегорожены русла ручьев и созданы непроходимые водные преграды, таким образом, плодородные сельскохозяйственные земли превратились в гигантскую полосу препятствий. Советское Верховное командование (Ставка) направило местное гражданское население на подготовку 4828 км противотанковых рвов, в которых позиции противотанковых пушек, а также пулеметные гнезда были расположены так, что их секторы обстрела перекрывались и создавали “огневую завесу”. Кроме того, русские сосредоточили крупные силы истребителей и бомбардировщиков, а также крупнейшие танковые соединения. На Курском выступе было сосредоточено семь армий. Кроме того, в 200 км от линии фронта были сосредоточены резервы – одна танковая и две общевойсковые армии. Они образовали дополнительные линии обороны. Когда все приготовления завершились, к бою были готовы 1 336 000 солдат и офицеров, 3444 танков, 2900 самолетов и 19 000 орудий. 75 процентов всех советских танков сосредоточились в районе Курска в ожидании удара немецкого молота.

Дебют танков “Пантера” под Курском

Немцы знали, что русские укрепляют свою оборону под Курском, но по приказу Гитлера продолжали готовиться к наступлению. Переносы сроков наступления играли на руку Красной Армии, давая дополнительное время на совершенствование обороны, в то время как времени на выпуск и доставку дополнительных “Пантер” на фронт все равно не хватило. В конце концов немцы подготовили для участия в операции всего два батальона “Пантер”, которые они использовали на южном фасе наступления в составе 4-й танковой армии. Кроме того, усилили несколько своих танковых дивизий ротами танков “Тигр”. Большая часть танковых дивизий под Курском имела в своем составе танки PzKpfw III и PzKpfw IV.

5 июля 1943 года 4-я танковая армия Германа Гота и армейская группа “Кемпф” в составе 18 дивизий (в том числе 10 танковых) пошли в наступление южнее Курска, а 9-я армия Вальтера Моделя (также 18 дивизий, из них 7 танковых) – с севера. В общей сложности в операции “Цитадель” участвовало около 200 танков “Пантера” модели Ausf.D, входивших в 51-й и 52-й танковые батальоны, объединенные в импровизированную танковую бригаду. Под Курском “Пантеры” Ausf.D дебютировали 5 июля, и этот дебют оказался провальным. Танки испытывали большие проблемы в бою из-за частых поломок. Много машин вышло из строя еще на пути к фронту – из-за плохого охлаждения и вентиляции у “Пантер” загорались двигатели. Причина состояла в том, что моторные отсеки танков были закрыты герметически – их готовили к преодолению водных преград. Кроме того, отмечались массовые отказы коробок передач, поломки трансмиссии и подвески. Из-за этого “Пантеры” не смогли оправдать ожиданий немцев. Кроме того, были и чисто военные проблемы. Упоминавшиеся выше минные поля не удалось разминировать полностью, и “Пантеры” понесли на них большие потери. В результате влияния этих двух факторов 51-й танковый батальон в первый день наступления лишился 56 процентов танков. К концу второго дня в строю осталась пятая часть “Пантер”, что лишний раз свидетельствовало о чересчур поспешной отправке на Восточный фронт небоеготового танка.

Ефрейтор Вернер Кригель вспоминал о своем участии в Курской битве в составе 51-го танкового батальона: “Наша первая атака захлебнулась на минном поле. Я потерял гусеницу. Пока наша артиллерия обстреливала русских, мы смогли починить оба подбитых танка… Первый день закончился катастрофически. К вечеру 5 июля 51-й танковый батальон имел лишь 22 боеспособных “Пантеры”. 28 танков были либо уничтожены, либо серьезно повреждены. Мои товарищи жаловались на слабые бортовые передачи и на перегрев двигателей… 8 июля мы снова двинулись к Обояни, что южнее Курска. Наша “Пантера” получила прямое попадание из танковой пушки в районе командирской башенки. Мы продолжали наступать с открытым люком и расколотой башенкой. Мой командир до сих пор хранит этот снаряд… Мы потеряли один танк – в него попал снаряд из самоходного орудия СУ-152, пробив маску пушки. Мы встретились также с американскими танками (они поставлялись русским по ленд-лизу), которые не могли с нами соперничать… Мы уничтожили несколько Т-34 на дистанциях, значительно превышающих 2500 м”.

“Пантера” Кригеля сражалась на южном фасе Курского выступа в составе отдельного соединения 4-й танковой армии генерала Гота, которая шла в авангарде общего наступления. Девять танковых дивизий, в том числе “сливки” танковых соединений СС (дивизии “Лейбштандарт”, “Дас-Райх” и “Мертвая голова”) смогли продвинуться на 32 км. Самый большой прорыв удался немцам, когда части дивизии “Лейбштандарт” смогли захватить небольшой плацдарм на берегу маленькой речки Псел. Затем Гот перенес тяжесть наступления в направлении небольшой железнодорожной станции Прохоровка. Здесь произошло решающее сражение, в результате которого русские танки и противотанковая артиллерия,совместно с эффективными действиями советской штурмовой авиации (ИЛ-2) – вынудили немцев остановиться.

“Пантера” – танк, обладающий потенциалом победителя войны, не смог решить исход Курской битвы в свою пользу. Результаты, которые “Пантера” показала, можно признать противоречивыми. Она поражала Т-34 на дальних дистанциях, но при этом малочисленность “Пантер” и их склонность выходить из строя из-за “детских болезней” снижали значимость этой боевой машины. “Пантера” была разработана и принята на вооружение слишком быстро, не пройдя достаточных испытаний. В результате проблемы с трансмиссией преследовали танки даже в 1944 году. Как уже отмечалось, в тесном и герметически закрытом моторном отсеке двигатель быстро перегревался и мог загореться. Возгорания двигателя в разгар боя не были необычным явлением, вызывая дополнительные проблемы у танкистов. Один бывший член экипажа “Пантеры” рассказал об инциденте, имевшем место в сентябре 1944 года, когда его часть двигалась по сосновому лесу:
“От вибрации, вызванной проезжавшими тяжелыми танками, начался настоящий дождь из сосновых игл. Спустя короткое время головной танк вышел из строя, остальные остановились. Мы стали выяснять, в чем дело. Оказывается, сосновые иглы попали в воздухозаборники и засорили их. Из-за этого двигатель сразу заглох. Чтобы каким-то образом решить проблему, мы наварили к задникам воздухозаборников продырявленные ведра”.

Советская тактика: “Противотанковые районы”

На Восточном фронте “Пантерам” пришлось воевать против гораздо более опасного противника, чем тот, кто противостоял немцам во время наступления на Москву в 1941 году. Красная Армия под Курском и во время последующего наступления на Берлин в корне отличалась от храбрых, но плохо подготовленных и управляемых войск, с которыми немцы сражались ранее. Под Курском она продемонстрировала совсем другой уровень подготовки во время действий как оборонительных, так и наступательных. Обороняясь, русские использовали так называемые “противотанковые районы”, представлявшие собой систему опорных пунктов, основу которых составляли группы танков и противотанковые орудия, прикрытые минными полями. Эти опорные пункты располагались в глубине обороны на расстоянии около 20 км от линии фронта. Для немцев эта тактика русских оказалась новой. Нередко ситуация складывалась таким образом, что на каждый немецкий танк приходилось до 10 советских орудий.

Тактика танков “Пантера”: “Танковый клин” и “Танковый Колокол”

“Пантеры” под Курском и после действовали в боевом порядке, который назывался – “танковый клин” (“Раnzerkeil”). Он представлял собой клин, на острие которого двигались тяжелые танки, которые должны были прорывать оборону русских. На флангах клина уступами шли средние и легкие танки. Часто вместе с “Пантерами” шли “Тигры”. Более уязвимые PzKpfw III и PzKpfw IV двигались под прикрытием этих тяжелых танков. За клином двигались вооруженная пулеметами пехота, артиллерия и машины управления.

Система “танковый клин” в 1944 году эволюционировала в боевой порядок, получивший название “танковый колокол” (“Panzerglocke”). Здесь вместе с тяжелыми танками на острие клина следовали саперные части танковых войск. Как и раньше, фланги прикрывали средние и легкие танки. В боевых порядках находилась также командирская версия “Пантеры” , из которой осуществлялось руководство атакой и координация действий с пикирующими бомбардировщиками Ju-87 “Штука”, которые обеспечивали авиационную поддержку. Использование новой тактики зависело от конкретных факторов: хорошей разведки, хорошо налаженной связи между наземными и воздушными компонентами операции, хорошей артиллерии, удачно выбранного времени проведения операции, правильного расположения передовых наблюдателей, наличия достаточных резервов горючего и боеприпасов, находящихся недалеко от атакующих подразделений, и правильного использования белой и цветной дымовой завесы для прикрытия и обозначения на поле боя.

Оценка генерал-майора Ф.В. фон Меллентина.

Германский военначальник-танкист генерал-майор Ф.В. фон Меллентин оставил интересные воспоминания о действиях “Пантер” в Курской битве в своей книге “Танковые сражения”. Там много говорится о проблемах, которые испытывали “Пантеры”: “Во время операции “Цитадель” немецкие танковые части передвигались и сражались в боевом порядке “танковый клин” (“Panzerkeil”), который оказался очень эффективным. На острие клина шли самые тяжелые танки. “Тигры” доказали свою эффективность против советских “противотанковых районов”, организованных в глубине обороны. 88-мм орудия “Тигров” превосходили все, что имели русские, но, как я уже говорил, “Пантеры” еще находились в “младенческом возрасте” и постоянно выходили из строя”.

Сражение за Харьков. Август 1943 года

После Курской битвы немцы доказали, что они могут добиваться тактических успехов, когда русские продолжили свое наступление, стремясь овладеть стратегически важным городом Харьковом. Сталин возложил выполнение этой задачи на элитную 5-ю гвардейскую танковую армию. Ситуация в зеркальном порядке отразила положение под Курском: немцы знали, что русские собираются наступать, и подготовили глубокую оборону. В систему обороны входили 96 “Пантер”, которые нанесли атаковавшим советским войскам очень серьезный урон и преподнесли находившимся в эйфории после Курской битвы русским урок – не стоит недооценивать немцев. В этом бою русские потеряли почти 420 танков. Но, несмотря на то, что под Харьковом немцы продемонстрировали свое тактическое превосходство, они не могли изменить ситуацию стратегически. Русские безостановочно рвались на Запад, а на долю немцев оставались лишь успехи тактического характера.

Танк “Пантера” под Нарвой

В обороне (а после Курска немцам все чаще приходилось переходить к этому виду боевых действий) “Пантеры” были весьма полезны. В течение второй половины 1943 года 11-я добровольческая танково-гренадерская дивизия СС “Нордланд” получила несколько “Пантер” вместо штурмовых орудий StuG III (обычное вооружение для дивизий СС такого типа). К началу 1944 года дивизия “Нордланд” вошла в состав 3-го “германского” танкового корпуса СС под командованием группенфюрера Феликса Штайнера, заняв оборону на северном участке Восточного фронта у Финского залива в районе Нарвы. Положение линии фронта на севере не сильно изменилось с октября 1941 года, хотя в 1943 году русским удалось прорвать блокаду Ленинграда. В начале февраля 1944 года русские начали наступление на линию обороны дивизии “Нордланд”, переправившись через замерзшую реку Нарва. Им удалось захватить плацдарм южнее позиций, которые удерживала дивизия. Они начали продвигаться на север, атакуя оборону дивизии с юга. Командир дивизии отправил навстречу наступающему противнику свой резерв – “Пантеры” Aufs.А из 11-го танкового батальона СС “Герман фон Зальц”, названного в честь великого магистра Тевтонского ордена, который остановил русских. Похожая ситуация сложилась в конце марта, когда советская танковая колонна прорвала оборону немцев и достигла моста через Нарву в районе Иван-города, командование дивизии для отражения атаки значительно превосходящих сил противника направило “Пантеры” из 1-й танковой роты. За мужество, проявленное в этом бою, обершарфюрер СС Филлип Вильд получил Рыцарский крест. 3-й танковый корпус СС сумел продержаться у Нарвы шесть месяцев – до лета, когда массированное июльское наступление русских по всему фронту вынудило его отступить.

Танк “Пантера” и Советское летнее наступление 1944 года

22 июня 1944 года, в третью годовщину начала операции “Барбаросса”, советские Т-34 возглавили наступление, в результате которого немецкие войска были отброшены более чем на 700 километров. Были разбиты 25 немецких дивизий. Это наступление продемонстрировало, насколько лучше стали советские танковые войска как с точки зрения тактики, так и качества вооружений. Русские имели столько танков, что могли формировать огромные по численности танковые армии, подавлявшие все, что немцы могли им противопоставить. Численность русских танков превосходила численность немецких в три раза. Соотношение сил в корне отличалось от “пьянящих” дней 1941 года, когда Вермахт вторгся в Россию и дошел почти до ворот Москвы. Советские войска устремились вперед по всему фронту, предприняв серию ударов и использовав свое неограниченное превосходство в живой силе и большие массы танков. Обычно после мощной бомбардировки атаку начинали тяжелые танки, пробивавшие бреши в обороне немцев, в которые врывались Т-34 и пехота. Проблемы немцев заключались в том, что у них было слишком мало танков “Пантера”, способных остановить русские танки. У русских хватало ресурсов, чтобы атаковать снова и снова на одном и том же участке, попросту выматывая обороняющихся.

Для отражения атак противника немцы объединили “Пантеры” в мобильные контратакующие группы. Они должны были наносить удары во фланг атакующим советским частям. Поскольку большинство советских танков не было оборудовано рациями, предполагалось, что во время атаки все экипажи будут придерживаться заранее выбранной тактики, причем тактика определялась для каждого экипажа. В результате оказывалось, что контратаки немцев редко встречали организованное сопротивление, и “Пантеры” и PzKpfw IV могли наносить русским более тяжелые потери, чем обычно. И конечно, действуя против лучше подготовленных экипажей союзников в Нормандии и Италии, немцы не могли использовать такую тактику. Главной проблемой немцев было громадное превосходство русских в материально-технических ресурсах в сочетании с неотвечающими реальной ситуации приказами Гитлера “Ни шагу назад!”. Из-за этого в 1944 году в окружение попали огромные массы немецких войск вместе с боевой техникой, включая “Пантеры”. Окруженные войска либо капитулировали, либо старались вырваться из “котла”. В таких боях потери были особенно велики, а “Пантеры” ценились особенно. Из них формировали специальные части, в задачу которых входил прорыв окружения и спасение окруженных войск. Одной из таких частей был полк тяжелых танков “Бэке”, названный в честь его командира подполковника Франца Бэке. В состав полка входили батальон “Тигров” (34 танка) и батальон “Пантер” (46 танков), а также подразделения поддержки, в том числе пехотный батальон, части самоходной артиллерии и саперы.

В одном из боев в январе 1944 года полк Бэке сражался в течение пяти суток, уничтожив не менее 267 танков противника и потеряв лишь один “Тигр” и четыре “Пантеры”. Затем полк составил авангард 3-го танкового корпуса, который должен был прийти на помощь немецким частям, пытавшимся вырваться из окружения. Во всех этих боях “Пантеры” проявили себя с самой лучшей стороны, но их было слишком мало, чтобы задержать продвижение противника на Запад. Советский лейтенант-танкист Деган (в оригинале Degan) так описывал проблемы, с которыми он встречался во время схваток с “Пантерами”:

“Против таких немецких танков, как “Тигр” или “Пантера”, я не мог сделать ничего, если я сталкивался с ними лоб в лоб. Если я хотел победить, я должен был найти их уязвимое место, то есть мне нужно было зайти с фланга. Поэтому наша обычная тактика в тех случаях, когда мы наступали и знали, что впереди нас может ждать засада, была следующей: мы должны были неожиданно атаковать, остановиться и открыть огонь, как будто мы знали, что впереди что-то есть, а затем развернуться и как можно быстрее отходить. Мы надеялись, что они откроют огонь, и мы сможем определить, откуда они стреляют, чтобы атаковать снова”.

Русское летнее наступление 1944 года остановилось из-за проблем со снабжением, а не из-за реального сопротивления. Русские были уже в Польше и Восточной Пруссии – и готовились войти непосредственно на территорию Германии. Экипажи оставшихся “Пантер” сражались упорно и мужественно, но численный перевес противника сказывался все сильнее. Когда русские остановились у реки Висла, немцы попытались укрепить свой фронт, чтобы встретить следующее наступление противника. Но дела Германии шли все хуже – ее союзница Румыния вышла из войны. Войска 2-го Украинского фронта Родиона Малиновского с 6-й танковой армией в авангарде в сентябре 1944 года взяли Бухарест. Еще важнее было то, что русские захватили нефтяные месторождения в Плоешти – один из последних источников сырой нефти, которым могла пользоваться Германия. Вскоре “Пантеры” встали из-за недостатка топлива. Проблема “Пантер” заключалась в том, что после Курской битвы фронт покатился на Запад. Поэтому все чаще их приходилось использовать в обороне, а не в наступательных боевых порядках, о которых говорилось выше. Хотя “Пантеры” значительно превосходили по своим боевым качествам основной танк немецких панцерваффе Второй Мировой войны Pz.4, Вермахт продолжал полагаться именно на этот более надежный и распространенный танк, сопротивляясь попыткам прекратить его производство в пользу более современных, но капризных “Пантер”.

“Пантера” против танка “Шерман”

Когда 24 мая 1944 года союзники обошли “линию Гитлера” с фланга, немцы двинули против них настоящие “Пантеры”. Это был первый случай использования “Пантер” на Западном театре военных действий в их привычной роли, а не в виде башен, установленных на бетонных платформах. В короткой перестрелке “Шерманы” подбили три “Пантеры” и несколько самоходных артиллерийских установок. Это было весьма примечательное событие, если принять во внимание проблемы, которые обычно испытывали танки союзников (например, “Шерманы”), сталкиваясь с “Пантерами”.

Существовали модели “Шермана”, вооруженные мощной пушкой. Однако в основном “Шерманы” были вооружены 75-мм пушкой, которая показывала просто удручающие результаты в противостоянии с “Тиграми” и “Пантерами”. Она в принципе не пробивала лобовую броню “Пантер” при стрельбе с любой дистанции. При этом 75-мм пушка “Пантеры” с высокой начальной скоростью снаряда разносила “Шерман” на куски при стрельбе с дистанции, превышающей 2700 м. Чтобы поразить “Пантеру”, “Шерман” должен был стрелять ей в борт с расстояния не более 3600 м. Справедливости ради надо отметить, что “Пантера” могла уничтожить “Шерман” с фланга с расстояния почти 4500 м. Усовершенствованные “Шерманы” с 76-мм пушкой получили хоть какие-то шансы, но “Пантеры” все равно имели преимущество: “Шерман” теперь пробивал лобовую броню башни “Пантеры” с 550 м, а “Пантера” лобовую броню усовершенствованного “Шермана” – с 2700 м. Тяжелые бои, в которых сошлись крупные силы “Шерманов” и “Пантер”, имели место в Нормандии. В Италии “Пантеры” в привычной роли использовались мало. Там эффективно применялись башни “Пантер”, установленные на платформах. В результате “линию Гитлера” союзники прорывали очень долго, и их продвижение к Риму было серьезно задержано.

Сражение за Польшу

Когда советские войска углубились на территорию Польши, командующий ими Георгий Константинович Жуков начал планировать окончательное наступление на Германию и операцию по взятию Берлина. К октябрю 1944 года план наступления был почти готов. Для последнего удара по Рейху были развернуты 13 танковых и механизированных корпусов. Основу их составляли танки Т-34, в состав корпусов входили также тяжелые танки ИС-2. Были подготовлены также элитные гвардейские танковые армии. В январе 1945 года после мощной артподготовки русские начали форсирование Вислы. Прорвав оборону немцев, советские танки устремились в образовавшуюся брешь, стремясь расширить ее и выйти им в тыл. Некоторые из них были оснащены элементарными устройствами для работы дизеля под водой (шноркелями), которые давали возможность форсировать водные преграды по дну. Это позволило избежа ть проблем при форсировании Вислы, подобных тем, что имели место во время летнего наступления 1944 года.

Немцы отступали. Вскоре советские танки, которые наступали со скоростью 80 км в сутки, вошли в столицу Польши Варшаву. Однако во время этого наступления захватить Берлин русским не удалось, а решающее наступление началось лишь в апреле 1945 года. Вопрос, почему русские остановились перед Берлином, стал предметом жарких обсуждений. Некоторые объясняли это необходимостью подтянуть отставшие тылы. У наступавших иссякли запасы горючего и боеприпасов. Надежные обычно русские танки начали выходить из строя из-за поломок гусениц, двигателя и подвески подобно “Пантерам”. Вторая причина заключалась в усиливающемся сопротивлении немцев. Разношерстные остатки немецкой армии, а также части фольксштурма, состоявшие из пожилых людей и подростков, отчаянно сражались, стараясь не пустить русских в Берлин. Немецкие войска в Померании (севернее Берлина) угрожали ударом во фланг русским. Таким образом, ранний захват Берлина был невозможен.

Операция “Весеннее пробуждение”

Немцы продолжали вести ожесточенные арьергардные бои. В конце 1944 года на Западном фронте они начали контрнаступление в Арденнах. Провал этой операции не принес измотанным немецким войскам никакой передышки. В 1945 году Гитлер приказал 6-й танковой армии СС организовать новое контрнаступление на Востоке. Получив несколько дней на отдых и организацию приема новых “Пантер”, 10 февраля 1945 года 6-я армия начала в Венгрии операцию “Весеннее пробуждение”. Дивизия СС “Гитлерюгенд”, например, получила 16 новых “Пантер” Ausf.G. Общее количество “Пантер” в ней составляло теперь 44 машины. После четырехнедельных ожесточенных боев дивизия потеряла 35 танков и имела всего 9 боеспособных “Пантер”.

Сражение за “Зееловские” высоты, 1945 год

Несколько оставшихся боеспособных “Пантер” находилось в самой гуще сражения, которое вели немцы, из последних сил пытаясь не допустить падения Берлина. В середине апреля они приняли свой последний бой. Это было сражение на “Зееловских” высотах, где советские танки прорвали оборону немцев и устремились к Берлину. Здесь батальон “Пантер” и несколько “Тигров” в последний раз нанесли мощный удар по советским танкам.

wofmd.com

«Пантера» — безусловно один из наиболее известных тяжелых танков, принимавших участие во второй мировой войне. Катализатором создания этой непредусмотренной в системе танкового вооружения вермахта боевой машины стал советский средний танк Т-34. Его появление на Восточном фронте заставило Министерство вооружения Германии приостановить работы, которые с 1937 года вела фирма Непschel над перспективным танком 30-тонного класса. 18 июля 1941 года фирма Rheinmetall получила заказ на разработку 75-мм длинноствольной пушки, способной пробивать 140-мм броню на дистанции 1000 м. 25 ноября фирмам Daimler-Benz и MAN был, в свою очередь, выдан заказ на 35-тонный танк. Тактико-технические требования к новой боевой машине определили следующие: ширина до 3150 мм, высота- 2990 мм, двигатель мощностью 650-700 л.с., броневая защита- 40 мм, максимальная скорость движения — 55 км/ч. Задание получило условное название — «Пантера».

Танк, спроектированный фирмой Daimler-Benz, внешне сильно напоминал Т-34, но тем не менее понравился Гитлеру. С советской машины была полностью скопирована компоновка с задним расположением моторно-трансмиссионно-го отделения и ведущих колес. Восемь опорных катков большого диаметра располагались в шахматном порядке, блокировались по два и имели листовые рессоры в качестве упругого элемента подвески. Предполагалось использовать на танке дизельный двигатель Daimler-Benz MB 507. В начале февраля 1942 года началась постройка прототипа — VK 3002(DB), а четыре недели спустя Гитлер приказал министру вооружения Шпееру выдать фирме заказ на первые 200 машин. Впрочем, точка зрения фюрера не нашла понимания и поддержки в министерстве вооружения, эксперты которого не без оснований считали, что во фронтовых условиях внешнее сходство с Т-34 могло послужить причиной обстрела танка своей же артиллерией. Проект фирмы MAN, имевший традиционную немецкую компоновку с передним расположением трансмиссии и ведущих колес, казался им более предпочтительным, хотя и был значительно сложнее. Эти разногласия привели к формированию так называемой «Пантер-комиссии».

13 мая 1942 года Гитлеру доложили заключение экспертов по обоим проектам; предпочтение при этом однозначно отдавалось танку фирмы MAN. Фюрер был вынужден согласиться с мнением специалистов, но тут же выдвинул свои условия: первую машину нужно изготовить в июле, а две следующие — в августе 1942 года. Цена одного танка без вооружения составила 117 тысяч рейхсмарок (для сравнения PzIII стоил 96 163, а «Тигр»-250 800 марок).
Конструкторами PzKpfw V (название «Пантера», без упоминания армейского индекса ввели по приказу фюрера только с 27 февраля 1944 года) были главный инженер танкового отдела фирмы MAN П.Вибикке и инженер Г.Книпкамп из управления усовершенствования и испытания вооружения.

Первые два танка V1 и V2 (V — Versuch — опыт), отличавшиеся друг от друга незначительными деталями, изготовили к сентябрю 1942 года. 3 ноября одну из машин, с макетом вместо настоящей башни, продемонстрировали Шпееру на учебном полигоне в Бад Берка. В ходе испытаний выявились существенные недостатки в ходовой части. На их устранение требовалось время, а это задерживало начало серийного производства. Заказом же предусматривалось изготовить 250 танков в довольно сжатые сроки — к 12 мая 1943 года. К тому же поступило неожиданное распоряжение Гитлера вооружить «Пантеру» 75-мм пушкой с длиной ствола в 100 калибров. К счастью (для немцев, разумеется), эта пушка еще не была готова и серийному производству танка указание фюрера сильно не помешало.

Первая серийная «Пантера» покинула заводской цех фирмы MAN 11 января 1943 года. Танки «нулевой» серии (20 единиц) получили обозначение Ausf А. Они не имели ничего общего с одноименными машинами, выпускавшимися с сентября 1943 года. Характерной особенностью первых серийных «пантер» была командирская башенка с выступом на левом борту башни и однокамерный дульный тормоз пушки. Танки оснащались двигателями Maybach HL210P45 и имели лобовую броню толщиной 60 мм. Их использовали только в тылу для подготовки экипажей. С февраля 1943 года обозначение машин этой серии изменилось на Ausf D1.

До сих пор нельзя сказать точно, почему первая крупносерийная модификация «Пантеры» получила обозначение D. Возможно, буквы В и С зарезервировали для других вариантов.

Танки PzKpfw V Ausf D (у этой и последующих модификаций индекс по сквозной системе обозначений боевых машин вермахта был одинаковым — SdKfz171) незначительно отличались от прототипов и машин «нулевой» серии. Изменения затронули в основном командирскую башенку и дульный тормоз пушки — они приобрели более привычный «пантеровский» вид. Толщина лобовой брони возросла до 80 мм. На танках установили и новую коробку передач типа АК 7-200.

Следует отметить, что на машинах выпуска первой половины 1943 года командирская башенка была аналогична башенке «Тигра», позже ее заменили на новую, с семью перископическими приборами наблюдения по периметру и специальным кольцом для установки зенитного пулемета MG 34.

По бортам башни крепились мортирки NbK 39 для запуска дымовых гранат калибра 90 мм.
Броня танков, выпущенных во втором полугодии, покрывалась «циммеритом», кроме того, они оснащались фальшбортами, изготовленными из 5-мм броневых листов.

К характерным особенностям машин серии D (официально D2) относится отсутствие шаровой установки курсового пулемета (он размещался внутри танка и только для стрельбы вставлялся в узкую вертикальную щель, закрывавшуюся откидной крышкой), а также наличие в левом борту башни круглого лючка для выброса стреляных гильз и бойниц для стрельбы из личного оружия в бортах и корме башни.

Как уже упоминалось, первую партию «пантер» планировалось изготовить к 12 мая 1943 года — дату выбрали не случайно, 15 мая должно было начаться немецкое наступление под Курском — операция «Цитадель». Однако в течение февраля и марта большую часть из 77 изготовленных танков военные не приняли, в апреле же вообще не приняли ни одного. В связи с этим сроки наступления перенесли на конец июня. К концу мая вермахт получил долгожданные 324 «пантеры», что позволило укомплектовать ими 10-ю танковую бригаду. Но возникшие проблемы с освоением танкистами сложного бинокулярного прицела TZF 12 и желание ввести в строй еще 98 танков, выпущенных в июне, заставили передвинуть дату начала наступления с 25 июня на 5 июля. Так трудности с производством и освоением в войсках первых «пантер» повлияли на сроки летнего наступления на Восточном фронте в 1943 году.

Для восполнения потерь, понесенных в боях под Курском, начиная с августа был установлен ежемесячный производственный план — 250 «пантер». Однако в августе изготовили только 120 танков — в результате бомбежек союзной авиации оказались сильно разрушенными заводы фирмы MAN в Нюрнберге и DaimIer-Benz в Берлине. Не удалось выполнить план и в сентябре (197 машин), и лишь в октябре заводские цехи покинули 257 танков!
С сентября 1943 года начался выпуск следующей модификации «Пантеры» — Ausf А. Изменений внесли не много: появилась шаровая установка курсового пулемета в лобовом листе корпуса; ликвидировали лючок для выброса стреляных гильз и бойницы для стрельбы из личного оружия в бортах башни; вместо двух фар стали устанавливать только одну — на левом крыле. Бинокулярный прицел заменили монокулярным TZF 12а. Угол возвышения танковой пушки уменьшился с 20° (у Ausf D) до 18°.

Модификацию Ausf G — самую массовую из трех (изготовлено 3740 танков) — запустили в серийное производство в марте 1944 года. Бортовые листы корпуса получили угол наклона в 61 ° (у D и А — 50°), толщина бортовой брони возросла до 50 мм, а лобовой брони башни — до 110 мм, из лобового листа корпуса был удален люк-пробка механика-водителя. Посадочные люки пулеметчика и механика-водителя приобрели другую форму. Часть танков получила маску пушки со своеобразной «юбкой» в нижней части, делавшей невозможной заклинивание башни при попадании вражеского снаряда. На три выстрела увеличился боекомплект пушки, были внесены изменения в конструкцию вентиляторов, жалюзи двигателя, выхлопных патрубков и т.д. Танки серии G планировалось оснастить опорными катками без резиновых бандажей, но полное отсутствие фотографий боевых машин с такой ходовой частью дает основания предположить, что этот проект остался на бумаге. Машину с необрезиненными катками в опытном порядке построила фирма MAN в сентябре 1944 года. Некоторые серийные «пантеры» имели одиночные необрезиненные катки на последней оси.

Проводились эксперименты по использованию на «Пантере» различных двигателей: MAN/Argus LD 220 с воздушным охлаждением и мощностью 700 л.с. (515 кВт), авиационного звездообразного BMW 132D мощностью 650 л.с. (478 кВт), дизельного Daimler-Benz MB 507 мощностью 850 л.с. (625 кВт).

Испытывались и новые варианты трансмиссий — гидростатическая и гидродинамическая, оборудование подводного вождения и опорные катки с внутренней амортизацией. Однако применения на серийных машинах все эти новшества не нашли. Остался нереализованным и огнеметный вариант «Пантеры».

После прекращения работ над разведывательным танком VK 1602 «Леопард» фирмы Krupp и Rheinmetall приступили к проектированию варианта «Пантеры» того же назначения. Предполагалось оснастить машину новой башней с 50-мм пушкой KwK 39 L/60. Этот проект не приняли, так как вооружение его было признано недостаточным, а в разведывательных целях использовались линейные танки.

Применение союзниками по антигитлеровской коалиции во все возрастающих объемах авиации для борьбы с немецкими танками (особенно после открытия второго фронта в Европе) свело возможность передвижения танковых частей днем практически к нулю. Остро встал вопрос об оснащении танков приборами ночного видения, работа над которыми велась фирмой AEG с 1936 года. На командирской башенке «Пантеры» был смонтирован инфракрасный прожектор-осветитель мощностью 200 Вт и прибор наблюдения, который позволял вести наблюдение за местностью на дистанции 200 м. При этом водитель такого прибора не имел и вел машину, руководствуясь указаниями командира. Чтобы вести огонь ночью, требовался более мощный осветитель. Для этой цели на полугусеничном бронетранспортере SdKfz 250/20 был установлен инфракрасный прожектор Uhu мощностью 6 кВт, обеспечивающий работу прибора ночного видения на дистанции в 700 м. Испытания его прошли удачно, и фирма Leitz-Wetzlar изготовила 800 комплектов оптики для ночных приборов. В ноябре 1944 года панцерваффе получили 63 «пантеры», оснащенные первыми в мире серийными пассивными приборами ночного видения. Фирмой Zeiss-Jena разрабатывался еще более мощный прибор, позволявший «видеть» на расстоянии 4 км, однако из-за больших размеров осветителя — диаметр 600 мм — применения на танке «Пантера» он не нашел.

В 1943 году началось проектирование очередной модификации «Пантеры» — Ausf F, которая существенно отличалась от предшествующих моделей. Важнейшим нововведением стала башня, получившая название Schmalturm («узкая» или «тесная башня»), которая была меньше стандартной и имела другую конструкцию.
В течение 1944 года изготавливалось и испытывалось несколько прототипов. Проектирование закончилось лишь в январе 1945 года.

В итоге толщина брони башни составляла: лоб — 100 мм, борт и корма — 50, крыша — 30. В лобовом листе все еще сохранялась амбразура для телескопического прицела TZF 13. В окончательном варианте лобовая броня увеличилась до 120 мм, бортовая — до 60, а броня крыши — до 40. Устанавливался новый стабилизированный перископический прицел TZF 1 и стереоскопический дальномер фирмы Zeiss. Дальномер с базой 1320 мм и 15-кратным увеличением располагался в передней части башни, по бортам которой имелись броневые колпаки для его окуляров. Предусматривалась и установка прибора ночного видения FG 1250.

Маска пушки типа Saukopfblende («свиное рыло») толщиной 120 мм была подобна примененной на танке «Тигр II».
Новшества не обошли и вооружение танка. И если пушка осталась прежней и была лишь модернизирована на заводах Skoda — она лишилась дульного тормоза и получила индекс KwK 44/1, то башенный пулемет MG 34 заменили на MG 42. Вместо курсового пулемета устанавливался автомат МР 44. Монтаж вооружения в башне осуществлялся на заводах Krupp и Skoda.

Изменения затронули не только башню, но и корпус. Толщину крыши увеличили с 17 до 25 мм, изменили люки водителя и стрелка-радиста.

Испытывались и два новых двигателя: Deutz T8M118 мощностью 700 л.с. (515 кВт) и Maybach HL 234 с непосредственным впрыском топлива и мощностью 850 л.с. (625 кВт).

До конца войны не появилось ни одного прототипа в законченном виде, хотя серийное производство планировалось начать в июне 1945-го. В начале года фирма Daimler-Benz собрала шасси, на котором установили стандартную башню от Ausf G. В свою очередь, «тесную башню» установили на шасси Ausf G и испытывали в Куммерсдорфе. Всего для «Пантеры» Ausf F изготовили 8 корпусов и 2 башни.

В феврале 1943 года были разработаны тактико-технические требования к танку «Пантера II», предполагавшие высокую степень унификации танков «Тигр II» и «Пантера». Осуществить это оказалось достаточно просто, так как на заводах Henschel производились машины обоих типов.

На «Пантере II» предполагалось использовать «тесную башню» и новый корпус. Его лобовая броня достигала 100, бортовая — 60, а кормовая — 40 мм. Вооружение — 88-мм пушка KwK 43 L/71. Поскольку в этом случае масса танка превысила 50 т, встал вопрос о новой силовой установке. В качестве вариантов рассматривались двигатели Maybach HL 234, Simmering Sla 16 (720 л.с.) и MAN/Argus LD 220 (700 л.с.). В 1945 году для «Пантеры II» началось проектирование новой башни со 150-мм лобовой броней.

Ни один из двух прототипов не был достроен. До более или менее высокой степени готовности довели одно шасси, установив на него башню от Ausf G. Интересно отметить, что параллельно с проектированием «Пантеры II» велась разработка танка Е-50, призванного ее заменить.

В процессе работ над Ausf F и «Пантерой II» фирма Krupp дважды предлагала варианты перевооружения обычной «Пантеры» пушкой KwK 43 L/71 калибра 88 мм, но безрезультатно. Остался на бумаге и проект оснащения «Пантеры» 100-калиберной 75-мм пушкой с начальной скоростью снаряда 1250 м/с.

Наряду с созданием новых вариантов линейного танка на базе «Пантеры» выпускалось и несколько машин специального назначения. Первой из них стала бронированная ремонтно-эвакуационная машина (БРЭМ) Bergepanzer V или Bergepanther (SdKfz 179). И не случайно: новые танки поступали в войска, а средств для их эвакуации с поля боя практически не было. Существовавшая техника оказалась слишком слабой -для буксировки танка «Тигр», например, приходилось «запрягать» два 18-тонных тягача Famo.

Заказ на БРЭМ выдали 7 мая 1943 года, а уже месяц спустя фирма MAN начала выпуск шасси Ausf D, предназначенных для нее. Первая партия БРЭМ (46 машин) не имела крана и лебедки, но уже очень скоро на заводе Henschel в Касселе были разработаны и изготовлены кран и лебедка с тяговым усилием 40 т и длиной троса 150 м. Отбор мощности производился от двигателя танка, в кормовой части которого имелись два откидных упо-ра-сошника, предназначенных для удержания машины на месте при работе лебедки. Во время буксировки последняя блокировалась. Башню заменили на грузовую платформу для перевозки запасных частей или демонтированных агрегатов.

БРЭМ, выпущенные на шасси Ausf А и Ausf G, имели увеличенные топливные баки. На верхнем лобовом листе корпуса устанавливался кронштейн для 20-мм пушки KwK 38, прикрытой щитом толщиной 10-15 мм.

«БРЭМ-пантеры» первоначально оснащались кранами грузоподъемностью 1500 кг, а затем 6000 кг. Их использовали, главным образом, для демонтажа двигателей.
В передней части БРЭМ имели два упора с вкладками из твердого дерева-для толкания более узких машин.
1 марта 1944 года на полигоне Бад Берка Bergepanther была продемонстрирована генеральному инспектору танковых войск генерал-полковнику Г.Гудериану. 7 апреля Гитлер отдал приказание об ежемесячном производстве 20 машин. Впрочем, реальный выпуск составил в апреле 13 машин, в мае — 18, в июне — 20, а в июле-только 10. Всего же заводские цехи покинули 347 Bergepanther (в зарубежной литературе встречается и другая цифра — 297).

topwar.ru


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.